- Возьмите себя в руки, риттмейстер Браге, - полуобернулся к пленнику Стеллер. - Проиграли так проиграли.
- Война еще не закончилась. Она еще и не начиналась даже. Бандиты, террористы, никак от своих замашек не избавитесь. Как азиатские варвары, без официального объявления… - данорвежец изобразил суровое и презрительное выражение лица.
- Вы просто не в курсе, - мягко возразил русский лейтенант. - Наш посол вручил ноту вашему премьеру ровно в 23.00… прямо на новогоднем балу. А наши солдаты высадились в 23.05. На отдельных участках даже в 23.15.
- Я и говорю, типичное азиатское коварство. Самурайская дуэль.
Стеллер пожал плечами и ничего не ответил.
- Что такое "самурайская дуэль", товарищ лейтенант? - водитель оказался редким болтуном.
"Пусть вам риттмейстер объяснит", - хотел было ответить Стеллер, но вовремя спохватился. Этого еще не хватало! Мало того, что он с пленником болтает, так еще и простых солдат в это дело втягивать! Но лейтенант не смог выдавить из себя традиционное "разговорчики" - до российского берега было еще далеко.
- Про самураев слышал, ефрейтор?
- Вроде солдаты такие, - несколько неуверенно отвечал водитель. - Наемные. В Китае, кажется.
- Ну да, в Китае они тоже служат, но у дачников их больше. Так вот, если два самурая решили устроить дуэль - а дерутся они как правило на мечах - то закон и обычай требуют перед схваткой вежливо поклониться противнику. Поклонился - все, теперь хоть на куски его зубами можешь рвать, совесть твоя чиста и честь незапятнана. Только поединок на мечах между двумя сильными воинами - штука непростая, может повезет, а может и нет…
- Это точно, товарищ лейтенант, - неожиданно заговорил давешний морпех, - это как в штыковую ходить. Нет, с порохом сподручнее, предки не глупее нас были, когда саблю на пищаль сменяли…
- Ну так вот, - продолжал Стеллер, - некоторые самураи придумали способ, как обойти закон и не нарушить обычай. Фокус состоит том, чтобы выхватить меч в самое последнее мгновение, когда ты едва успел выпрямиться после поклона. И тут же ударить! Вот это и называется "самурайская дуэль".
- Азиаты, - снова пробурчал Браге. Но на этот раз Стеллер не успел ничего ответить.
"Бла-бла-бла", - подумал Джеймс Хеллборн. - "Господь свидетель, теперь мои уши немного отдохнут".
Его руки были закованы в наручники, но длинная, в 7-8 звеньев, цепочка гарантировала оперативный простор и свободу действий. И когда она обхватила горло Стеллера, русскому офицеру оставалось только хрипеть и ломать ногти о каленую сталь.
Тесная кабина танкатера не оставляла "этоточному" морпеху много вариантов. Будь дело на открытом воздухе, он бы с пол-оборота двинул взбунтовавшегося пленника прикладом… А зачем прикладом? Без глупостей, говоришь? Так мы и не глупили, он первый начал… "Это тебе за старкапа", - подумал солдат и передернул затвор.
"Samozaradny Karabin Fedoroff - оружие с коротким ходом ствола", - подсказала услужливая память Хеллборну. И он резко откинулся назад. Дульный срез уткнулся альбионскому офицеру в спину, ствол пошел назад, и нажатие на спусковой крючок привело к закономерному результату - карабин заклинило.
- Сука! Сссука! - заорал морпех, пытаясь оттянуть затвор.
И почти одновременно прогремели два выстрела.
За несколько секунд до этого Хеллборн ослабил хватку, нагнулся и вытащил револьвер из кобуры Стеллера. Первая пуля досталась водителю, тот упал на штурвал, и танкатер, шедший со скоростью 25 узлов, резко занесло вправо. Поэтому второй морпех, целившийся в Хеллборна, промахнулся. Второй раз он нажать на спуск не успел. Альбионец выстрелил под углом, который мог бы свести с ума самого Эвклида, не говоря уже о Пифагоре.
Тем временем "этоточный" отбросил заклинивший карабин и, в свою очередь, обеими руками схватил Хеллборна за горло. И тогда альбионец уронил револьвер на колени данорвежца, сидевшего слева от него, и до сих пор бездействовавшего. И риттмейстер не подвел. Но то ли у него дрожали руки, то ли пошли в разнос нервы… короче говоря, он выпустил в предпоследнего русского все патроны, которые только оставались в барабане.
В переднем пассажирском кресле неожиданно захрипел восстановивший подачу кислорода Стеллер.
- Отличная работа, мистер Хеллборн, - столь же хриплым голосом заметил Браге. В горле пересохло.
- Работа должна быть завершена, - заметил Хеллборн и наклонился вперед.
- Что вы де…
В наручниках это было сложно, но теперь ему спокойно примериться и сосредоточиться. КРАК! - хрустнула шея, и голова Стеллера упала на грудь.
- Зачем?! Мы победили, он был нашим пленником… - похоже, риттмейстер был по-настоящему возмущен.
- Европейцы, - заметил Хеллборн, и в его голосе было столько презрения, сколько данорвежец не смог переварить. Он замолчал и отвернулся.
Альбионец обшарил карманы Стеллера и нашел ключ от наручников. Расстегнул свои, молча отдал ключ Браге. Снова нагнулся вперед, отодвинул водителя и выключил до сих пор гудевший двигатель.
- Вы умеете обращаться с этим кораблем? - осторожно спросил Браге.
- Да, мы у купили у них дюжину штук несколько лет назад. Через посредников, разумеется, - перехватил Хеллборн удивленный взгляд риттмейстера. - Они нам не подошли, но это был полезный опыт. Типичная русская машина. Грубая, но надежная. Если только тщательно за ней следить.
- Мы сможем добраться хотя бы до Нордкапа? - поинтересовался Браге.
БАНГ!
Хеллборн воспользвался револьвером водителя.
- Извините, - покачал он головой, - нам не по пути.
- Последний выстрел был явно лишним, - продолжал альбионский лейтенант вслух, - кабина и так загажена. Но все лучше, чем продолжать бессмысленный разговор.
Поколдовав с рычагами, он открыл один из верхних люков. В кабину ворвался холодный морской воздух.
В ящике с аварийным запасом обнаружился бинокль, и Хеллборн принялся вглядываться в серые полярные сумерки. Справа никого. Слева никого. На севере и юге тоже чисто. Обычно, когда начинается война, такие узкие коридоры просто кишат морскими и воздушными кораблями… Похоже, русские действительно ограничились субмаринальным десантом. Основные силы флота находятся гораздо южнее, сторожат подходы к Мурманску и Архангельску. Но мы туда не пойдем.
Освободив трупы от всех полезных вещей вплоть до часов и зажигалок, альбионец по одному выпихнул их за борт. Покойтесь с миром. Нет ненависти к мертвым врагам.
Кое-как привел кабину в порядок. Запах остался, но ему не привыкать.
Еще раз осмотрел пульт управления и аварийный ящик. Как это типично для русских, никакого намека на радио. Вместо этого целых три сигнальных пистолета.
Компас, примтивный навигатор, автопилот… Слава предкам, все работает. Все было хорошо, и хорошо, что было. А теперь, курс 17-68…
Через много часов, когда он только собирался выключить двигатель и сделать очередной перерыв, его ослепил прожектор и дважды оглушил мегафон, нордачем и английским:
- Береговая оборона Исландии! Глушить мотор, стоять на месте!! Назвать себя, ждать призовую команду!!!
- С Новым Годом, - ответил Джеймс Хеллборн.
Глава 2. Увидеть Лондон и умертвить.
Хеллборн сидел на подоконнике и делал вид, что любуется лондонским пейзажем, а гросс-коммандер Натаниэль Гренвилль сидел за столом и делал вид, будто наводит порядок в куче цветных карандашей. Они оба делали вид.
- Вы отлично поработали, Джеймс, - как бы между прочим заметил гросс-коммандер.
Сэр Натаниэль, военно-морской атташе Нового Альбиона, был сед и импозантен. Черно-золотой мундир, украшенный многочисленными Орденами Британской Империи, импозантность только подчеркивал. Гросс-коммандер Гренвилль слишком много времени проводил в Лондоне и очень редко возвращался домой. Вслух он часто выражал сожаление о старых добрых временах, когда Новый Альбион входил в Британскую империю, поэтому обитатели Нижнего Фрэнсисберга называли его не иначе, как "младобриттом" - и это было далеко не самое сильное оскорбление. Но Те, Кто Принимают Решения, были лучше осведомлены об истинном положении дел, поэтому сэр Натаниэль продолжал занимать свой пост и творить добрые дела во имя Родины и Расы.
- Вы шутите, сэр, - Хеллборн выдавил из себя кислую улыбку. - Это была настоящая катастрофа.
- Ну-ну, Джеймс, вы же не собирались остановить русское вторжение в одиночку? Это было бы слишком даже для вас!
- Но теперь Свальбард потерян для нас надолго, если не навсегда… а ведь он так был нам нужен, - Хеллборн оставил подоконник и перебрался в ближайшее пустое кресло.
- Все еще только начинается, лейтенант, - военно-морской атташе полюбовался на аккуратную "поленницу", составленную из красных карандашей. Ура, с одним из цветов покончено.
- Будет война, сэр? - Хеллборн понизил голос.
- Не будем себя обманывать, Джеймс, - сэр Натаниэль переключился на оранжевые карандаши. - Мы ждали ее, мы к ней готовились, мы желали ее. Мы даже молились на нее.
