Логан глубоко вздохнул. Волосы на руках встали дыбом, словно от внезапно налетевшего ледяного ветра, хотя в часовне было не так холодно. Он-то отлично знал, какое значение будет иметь для искусствоведов эта фреска, и понимал, с кем стоит немедленно связаться, кто обладает достаточным опытом и полномочиями, чтобы решить, как поступить дальше. Это вправе решать лишь эксперт Совета по художественно-историческому наследию Лючия Моретти. Его бывшая невеста.
Глава 1
Лючия посмотрела в окно, глотнула кофе и облизала перепачканные шоколадом кончики пальцев. Поскольку ее рабочий стол не являлся антиквариатом и достойным музея экспонатом, она вполне могла положить на него ноги. Она заслужила отдых, ведь значительная по сложности работа для Совета благополучно завершена. Позади месяцы изматывающих переговоров с владельцами артефакта и реставраторами, а также оформление груды документации. Ей казалось, что терпение ее закончится раньше, чем будет достигнуто соглашение с инвесторами, вызвавшимися финансировать проект. Наконец договоренности достигнуты, бумаги подписаны, и она может, образно говоря, отереть пот со лба и перевести дух.
Лючия толкнула створку окна, чтобы оно распахнулось чуть шире. В Венеции было жарко даже для нее, которая провела здесь последние двенадцать лет, а ведь ее защищают от горячего ветра, дующего с Гранд-канала, толстые стекла больших окон. Она проводила глазами проходящий мимо круизный корабль – через несколько месяцев им будет запрещено сюда заходить. Волны, которые они поднимают, могут навредить фундаментам домов бесценного города. Венеция так много потеряла к настоящему времени, что надо внимательнее относиться к тому, что останется будущим поколениям.
В приоткрытую дверь просунулась голова ее начальника Алессио Орсини. Лючия, вздохнув, опустила ноги и выпрямилась. Глаза босса подозрительно блестели. Сложно представить, чем это могло быть вызвано, учитывая, что Алессио видел все чудеса света.
– У меня только что был очень интересный разговор.
Она жестом пригласила его войти и сесть, хотя знала, что в свои семьдесят с небольшим он предпочитает стоять.
– О чем?
Начальник загадочно улыбнулся и кивнул:
– Любопытнейшая находка. Фреска, и довольно старая, только что обнаружена в Тоскане во время реставрации часовни. Я дал твой номер. – Он оглядел рабочий стол. – Похоже, время вполне подходящее.
Лючия не смогла сдержать улыбку. Алессио был уверен, что все окружающие обладают той же неукротимой энергией, что и он. Впрочем, ей действительно было интересно. Новая фреска может иметь огромное значение для культуры и истории, особенно если удастся определить автора. Ведь столько фресок уже безвозвратно утеряно. Впрочем, в Италии сохранилось немало шедевров, например, в Сикстинской капелле или в Помпеях.
Зазвонил телефон на столе, и она сразу взяла трубку. Возможно, эта находка станет самым значимым открытием за всю ее жизнь.
– Чао, Лючия.
Этот голос. Странно, но он кажется знакомым, итальянский с легким шотландским акцентом. Перепутать с каким-то другим невозможно.
Рука ее дрогнула, и она откинулась на спинку кресла.
– Логан? – только и смогла произнести она. Даже дышать стало трудно. Пожалуй, она готова была услышать кого угодно, только не его.
Логан Касчини. Единственная любовь в ее жизни. Их встреча во Флоренции была похожа на сказку. Обычно замкнутая студентка факультета истории искусств Лючия Моретти словно родилась заново. Тогда ей казалось, что до встречи с Логаном она и не жила вовсе.
Их страсть была взаимной, он разделял ее увлечение искусством, а она его – архитектурой.
Любовь вспыхнула в кафе, когда он пролил экспрессо на ее платье нежно-розового цвета, а она услышала его шотландский итальянский.
У нее никогда не было серьезных отношений с мужчиной. Через три дня после знакомства они стали жить вместе. Жизнь казалось прекрасной, все было идеально. Он был идеальным.
Они прекрасно дополняли друг друга. Она расцвела рядом с ним и со своей стороны тоже многому его научила – например, терпению. Логан вырос в богемной итальяно-шотландской семье и привык сначала говорить, а потом думать. Лючия уже мечтала о том, как они состарятся вместе, когда наступил трагический конец отношений. Работа в Венеции стала для нее спасением, единственным возможным выходом. Подсознательно она надеялась, что судьба столкнет их в профессии, но не ожидала, что это произведет на нее такое впечатление.
Двенадцать лет. Двенадцать лет прошло с того дня, когда она ушла от Логана Касчини. Почему же сейчас у нее такое чувство, что ей снова двадцать? И зачем он звонит ей по прошествии стольких лет?
– Надеюсь, у тебя все хорошо, – медленно произнес он. – Алессио Орсини рекомендовал тебя как лучшего специалиста. Я сейчас работаю в Тоскане в палаццо Компарино близ Монте-Каланетти, реставрирую часовню для свадьбы принца Антонио и его невесты Кристины Роуз. Вчера мы нашли нечто потрясающее. Фреску «Мадонна с младенцем». Ты не представляешь, Лючия, как она прекрасна. В течение многих лет она находилась под деревянной обшивкой, поэтому краски сохранились в первозданном виде.
От звуков его голоса ее захлестнула сладкая, как патока, волна нежности. Как глупо. Алессио сказал ей, что дал звонившему ее номер телефона, но не объяснил кому. Логан Касчини звонит ей исключительно по делу, ничего более. Откуда же столь сильное чувство разочарования?
Нет, она не провела последние двенадцать лет в тоске по нему, но всегда ощущала, что невидимая связь между ними будет существовать вечно. Она предпочла уйти первой, едва поняв, что расставание неизбежно. Некоторым парам не суждено пережить трагедию и остаться вместе.
Отбросив воспоминания, Лючия постаралась сосредоточиться на том, что говорил Логан. Первоначальный шок от осознания того, кто ей звонит, сменился профессиональным любопытством.
Это ее работа. И все, что сейчас происходит, имеет отношение только к работе. Ничего личного.
Ей будет очень интересно заняться изучением новой фрески, факт ее существования сам по себе чудо. И как удивительно все сложилось – не закончи она работу именно сегодня, Алессио отправил бы к Логану кого-то из ее коллег. Несмотря на то что фрески – ее специализация. Все ее коллеги в Совете под руководством Орсини были готовы на должном уровне заменить друг друга.
Лючия перевела дыхание. В голове помимо ее воли еще кружились ненужные мысли. Она говорит с человеком, с которым когда-то дышала в унисон, думала одинаково, спала в одной постели. Интересно, чем Логан занимался все эти годы? Грудь неприятно сжало. Вдруг он женат и у него есть дети?
– Лючия?
Восторженный голос сейчас звучал ласково. Он всегда был таким, когда хотел приободрить ее или успокоить. От этих мыслей у нее по спине побежали мурашки.
Она расправила плечи и откашлялась, настраиваясь на рабочий лад. Пора выбросить Логана из головы и из сердца. Надо думать о том, что его находка поможет ей сделать рывок в карьере. Необходимо взять себя в руки и думать только о деле.
– Можешь рассказать мне немного о фреске?
– Даже не знаю, с чего начать, – произнес он задумчиво.
Слышно было, как его слова разносятся эхом по помещению. Должно быть, он сейчас в той самой часовне. Лючия зажмурилась. Зачем она опять думает о нем? Перед глазами возник образ широкоплечего мужчины с темными волосами и невероятно притягательными зелеными глазами. Наверное, она никогда его не забывала, помнила таким, каким видела последний раз. После того, как в прошлом остались слезы, разочарование и гнев, у нее сохранился лишь его образ, который она так и не смогла забыть. Именно он напоминал ей, что хранить воспоминания о прошлом бессмысленно, ведь они оба знали, что должны расстаться навсегда.
Лючия была уверена, что он не попытается ее вернуть, время, когда это было возможно, прошло. Логан тоже понимал, что им тяжело в обществе друг друга.
Она зажмурилась сильнее и увидела перед глазами Логана, стоящего в подъезде у дверей их квартиры, на нем был мятый костюм, и он нервно поправлял рукой волосы.
– Просто опиши, что ты видишь, – спокойнее, чем ожидала, сказала Лючия в трубку.
Логан вздохнул:
– Не могу, Лючия. Не могу. Она просто… просто потрясающая. Ты должна сама ее увидеть. Должна увидеть в реальности.
В реальности. По телу опять побежали мурашки. Увидеть его в реальности? Сможет ли она встретиться с ним?
– Подожди, – услышала она, затем в трубке послышалось шуршание, вызвавшее у нее улыбку. – Продиктуй адрес твоей электронной почты.
– Что?
– Адрес электронной почты. Диктуй. Я отправлю тебе фотографию.
Запинаясь, она продиктовала адрес. К счастью, он был простым, но ей не хотелось делиться с ним даже тем малым, что относилось к ее теперешней жизни. Это теперь принадлежит только ей, оно скрыто от мира, словно находится в невидимом для остальных пузыре. Так она чувствовала себя в безопасности.
