Вопрос в итоге не в том, хорошо или плохо они поступают. Плохо, конечно. Иногда попросту подло. Но – из «Всей королевской рати» Роберта Пенна Уоррена: «Ты должен сделать добро из зла, потому что его попросту не из чего сделать». Так и живём. Остаётся после человека и его команды больше и лучше, чем они прихватили? Равна ли сумма добра и зла в их жизни, и не перевесил ли баланс сотворённого ими в ту или иную сторону? И если перевесил, то куда? Что сделал разбойник с прихваченным добром? Перепродал? Бедным отдал? Уничтожил или по незнанию, или специально, потому, что счёл это более выгодным? А то и по дури? Развил и раскрутил не по-детски, или загнобил и сгноил? А страна это, город, изобретение, институт и его содержимое, а то и целое направление в науке или промышленности, университет или больница, сад или поле, лес или месторождение, музей или коллекция, заповедник или океан – какая разница? Что было, что стало – единственный критерий. Поскольку если ждать, чтоб командовали всем и всё решали достойные – умные, совестливые, профессиональные, честные и талантливые, жизни не хватит. Так и будешь стоять на обочине, пока она мимо уносится…
* * *
Чем нынешний взрыв политкорректности в Европе и Соединённых Штатах закончится, понятно. Непонятно только, когда. Благо так, как они теперь, весь остальной мир не живёт. Кое-какие их глупости, вроде отмены смертной казни, некоторые страны у себя внедрили, но, по счастью, не все. Хотя, судя по той скорости, с которой мигранты, в первую очередь нелегальные, осваивают страны Евросоюза и Соединённые Штаты, а также параличу их правоохранительной системы, повязанной по рукам и ногам леволиберальными политиками и прессой, существовать в текущем благостно-идиотском суицидальном режиме им осталось совсем недолго.
Как это всю более или менее современную человеческую историю было? Тысячи и десятки тысяч лет подряд? Есть свои. Семья, клан, племя, союз племён, вождество, государство. Разных размеров государство, до империи включительно. Есть чужие. Их можно включить в свой состав, завоевать или быть завоёванными, откочевать и попроситься к ним или принять их у себя, дать им свои законы или перенять их. Но всегда и везде защищая своё и делясь им только из выгоды или когда нет другого выхода, а убийц, разбойников и насильников изолируя, уничтожая или изгоняя. Так и только так мир до недавнего времени был устроен.
Называется: активная выбраковка опасного и агрессивного контингента по пути из животного состояния в человеческое. Впрочем, у зверей за излишнюю агрессию тоже можно огрести. Будешь в одиночку по тайге или саванне мотаться, на окружающих дурной нрав срывая. Но в стае или в стае жить не будешь. Кому ты там такой нужен?! И границы свои эта стая от другой защищать будет яростно, пока не будет побеждена или уничтожена. Да и от любых конкурентов по пищевой цепочке, если это хищники – а мы именно они и есть. Как львы леопардов и гиен на территории прайда гоняют? Что стая гиен с одиноким львом делает? Какие войны между собой шимпанзе ведут?! Жестоко это? Да. Но иначе не бывает. В этом основа нашей, людской породы и природы.
С течением тысячелетий чужаков научились терпеть и использовать во благо большинства. Или, скорее, верхушки этого большинства, которое всегда говорило и говорит от его имени, действуя исключительно в своих собственных интересах. Но схема примерно такая: чужие приходят, и они либо сильнее, либо слабее своих. Если слабее, им выделяют, где жить, и рисуют правила, по которым они будут жить. Иногда заставляют изменить веру. Женщин покрасивее забирают себе, мужчин ставят на тяжёлые и грязные работы или в низовое звено армии – воевать. Детей… Тут по-разному. Или закрепляют навечно в низшей касте, или, напротив, воспитывают, как своих – периодически с невероятным карьерным взлётом. У них у всех мотивация такая…
Если чужаки сильнее, они то же самое делают с исконным населением, устанавливая свои правила игры, которым те под страхом смерти вынуждены следовать. Часто навязывают свой язык, как делали римляне, греки, мадьяры, монголы, турки, персы, арабы, китайцы, испанцы, португальцы, англичане, французы или русские. И опять-таки свою веру, как католики или мусульмане. А могут и перейти на язык тех, кого завоевали, если, к примеру, своих женщин было мало и дети у них от местных баб, а культура у тех достаточно высока, как с болгарами случилось. Хотя тут вариантов – море. Но что всегда было, есть и будет – кто кого победил, тот и сверху. За единственным в истории нынешним евро-американским исключением у либералов – и то не сразу, а в последние полвека, в борьбе с их местными консерваторами.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Как нынешнюю Европу и Штаты в последние лет тридцать политкорректность подкосила, и не передать. Чем это для них кончится, страшно даже представить. И ведь чисто внутренняя борьба за власть тому причиной. Нас, СССР, они бояться перестали, и понеслось. Так что будущее их – превращение в часть Третьего мира. США прихватят латиносы и свои – потомки рабов из Африки. Европу – выходцы из той же Африки, с Ближнего Востока и из прочих бывших колоний. И явно произойдёт это довольно скоро. Консервативная часть населения будет сопротивляться, как в Восточной и Южной Европе, которые кочевряжатся, пытаясь отбиться от директив Брюсселя, или сторонники Трампа в Штатах, но с нынешними левыми либералами они не справляются и, похоже, справиться уже не смогут и не успеют.
Высокие гуманные принципы, которые те фанатично и слепо исповедуют, не желая обращать внимание на реальность, наличествуют только и исключительно у них. Не случайно критики этой дури очень точно именуют её либеральным фашизмом. Те, кто к ним из Азии, Африки, с Ближнего Востока и из Латинской Америки валом валят, этими извращениями не страдают. Им просто жить хочется. Легче, богаче и свободней, чем у себя. И если западники дают им такую возможность – почему бы нет?! Так что, переселяясь к ним, они никому ни за что не благодарны, считают, что им все должны, и ведут себя соответственно: нагло, требовательно и по-хозяйски. Да и правы. Когда и если даже мотивации учить язык хозяев у них нет – все пособия и так заплатят и переводчика с адвокатом, если что, им за государственный счёт наймут, чего надрываться?
Левая местная элита на них опирается – они её электорат. Без них она к власти вовек не придёт и конкурентов не победит. А что используют её те только до поры, так ей какая разница? Она своей стране и её традициям первый враг. Так что внутри либеральных западных демократий вырастают как грибы и множатся, разрушая страны, на которых они паразитируют, не контролируемые никем шариатские зоны и разные прочие очаги кланово-племенного и феодального общества, враждующие между собой и с окружающим миром криминальные этнические общины, которые презирают страны, где живут и их население, имея на это полное право. В самом деле, кто уважает людей, не способных защитить свой дом от нашествия чужаков, сдаваясь им без борьбы, распахивая перед ними двери и карманы, приглашая их во власть, покорно терпя от них любое насилие, спуская с рук и замалчивая любые их преступления?
Закат Европы, судя по всему, наступит намного быстрее, чем в Соединённых Штатах. Там на руках у населения оружия слишком много. Но с точки зрения цивилизационной западному либерализму хана. Как хана всем, кто успеет к нему примкнуть, поверив в благотворность глобализации, евроинтеграции и прочей ахинеи, столь популярной последние тридцать лет у нашего собственного начальства, решившего вскочить на этот новый Титаник перед самым его отправлением на встречу с айсбергом. Есть ли этому альтернатива и хороша ли она? Китайско-вьетнамский путь, коммунистический, но с поправками. Арабские монархии, либо трампизм, Марин Ле Пен во Франции, АДГ в ФРГ и прочие правые – тоже сволочи, но по-иному. А то и постсоветские авторитарные лидеры и неофеодалы, или наш собственный мягкий бонапартизм… Да нет, конечно. Ничего хорошего. Только выбора нет. Или так, или никак. А дальше каждый решает сам за себя. Вольному воля, спасённому рай.
