Приступ четвертый. Охота
В злогневности крикнул на это их кэп:"Не к месту все эти признанья,Когда до чудовища волей судебТакие прошли расстоянья!
Тебя потерять мне обидно до слез,Команда скорбеть будет в горе,Но что же ты думал, мой храбрый матрос,Когда собирались мы в море?
Не к месту все это!", а Пекарь в ответ(Как имя его не дознались):"Опасность я кликал когда на корветВ порту мы к вам, сэр, нанимались.
Уж лучше вы все обвините меняВ пороках, убийстве случайном,Но я не повинен, поверьте, друзья,В злом умысле тайномолчанья.
Испанский, немецкий, японский, фарсиИспользовал я в разговоре,Но все на родном языке довестиДо вас позабыл как на горе!"
"Печальный рассказ!", - проворчал капитан,Лицо его было ужасно,"С признаньями ты опоздал, мальчуган,И каяться нынче напрасно!
Все прочее я доскажу вам, когдаТенета повесим на сушку,Теперь же мы выполним долг, господа,И монстра поймаем в ловушку!
Ловить будем мы на горох и долги,На случай, на грех, наудачу,Падением акций на мыла куски,Опутав рекламой впридачу!
В сравненьи с другими зверями ЗемлиСнарк ловится так непохоже,Так делайте все, что вы можете иЧего вы не можете - тоже!
Британия ждет! Впрочем, вместо строкиЦитаты избитой и громкойЯ вам говорю - доставай рундуки,Доспехи тащи из котомки!"
Тотчас же Банкир себе выписал чек,Сменяв серебро на банкноты,А Пекарь расправил усы, вынул стек,Почистил костюм для охоты.
Лакей и Оценщик точили вдвоемЛопаты до острого края,А Бобр игнорировал этот содом,По-прежнему что-то сплетая.
Его вразумить поспешил АдвокатПримерами, в коих законностьНередко страдала от рук или лап,К плетенью имеющих склонность.
Портной в суету свою лепту привнес,Весь скарб переставив умело,А Маркер биллиардный поспешно свой носДо кончика вымазал мелом.
Мясник разоделся как будто на бал,Напялил перчатки из лайки.Узрев его брыжи, их кэп повторял:"Все это пижонство зазнайки!"
Представиться Снарку пред битвой желалСей юный приверженец моды,"Но все на морях - ему Кормчий сказал -Зависит порой от погоды!"
Бобер галумфировал, тайный порокВрага наконец обнаружив,И даже их Пекарь, хоть был простачек,Хихикал по поводу кружев.
"Мужчиною будь! - капитан МясникуСоветовал. - Побоку шутки!Для схватки с Джабджабом всегда начекуТы должен быть круглые сутки!"
Приступ пятый. Наставления Бобру
Коварного монстра ловили ониНа случай, горох, наудачу,Падением акций манили в силки,Чаруя рекламой впридачу.
Прочесывать местность Мясник предложил -Чащобу, овраги, трясину.И первым обследовать твердо решилУгрюмую с виду равнину.
Бобер промолчал, хоть несчастье и тутЕго потрепало за холку -Давно он замыслил такой же маршрутОдин совершить втихомолку.
Мечтали и тот и другой в эти дниНа поиски выступить срочно,Стремясь не заметить, что в этом ониДруг друга копируют точно.
И вот они долго в потемках кружат,Крадутся и прячутся оба,Невольно прижавшись плечами дрожатОт страха, а может, озноба.
Вдруг бешеный визг над долиной взлетел.Возник, прозвучал и распался.Бобер от усов до хвоста побледнел,И даже Мясник растерялся.
Ему он напомнил о детстве. ТогдаКак нынче от звуков мурашкиПолзли по спине при скрипеньи пераШуршаньи сухой промокашки.
"То голос Джабджаба! - Мясник прошепталВпервые Бобру - по порядкуСчитай, сколько раз я тебе указалНа страшную эту догадку.
То голос нам подал ни гад и ни зверь,То птица Джабджаб завывает!Коль я повторю это трижды, поверь,Что все оно так и бывает...
То голос Джабджаба!", - Бобер задрожал,Предчувствуя близкое горе,И нервно от ужаса захрюкоталПри этом последнем повторе.
Поскольку вдруг понял - три фразы в мозгахТасует без всякого смысла.Бобра доконал перед будущим страх -Забыл он как складывать числа.
"Один да один..." без конца повторялОн пальцы на лапе сгибая."Но где же тут сумма? Я в детстве считалДо ста, осложнений не зная!"
"Ты можешь, ты должен, ты будешь считать!Запомни, что знание - сила!", -Мясник поучал, "но придется достатьБумагу, перо и чернила".
Бобер вмиг достал канцелярский прибор,Чернила в объемистой таре...Следили за ним удивленно из норПолзучие скальные твари.
Но грубый Мясник, повернувшись к Бобру,Заметил их, право, едва ли -Он в обе руки захватив по перу,Шумел, объясняя в запале:
"Возьмем за предмет рассмотрения три,Прибавим семерку и десять,Умножим на тысячу без девяти,Чтоб все нам проверить и взвесить.
И на девятьсот девяносто одинРазделим все вмиг без остатка,Отбросим семнадцать, тревогу и сплин -Вот всех вычислений разгадка!
Систему расчетов охотно готовТотчас объяснить я для друга,Когда б ты имел хоть крупицу мозгов,А я хоть минуту досуга.
Я многие тайны поведать бы мог,И, лишнюю мзду не взимая,Хочу преподать я пространный урокО фауне здешнего края".
Мясник говорил, но большой лексиконПристойным речам не замена,И дерзкий его назидательный тонШокировать мог джентльмена.
"Джабджаб! Эта птица страстями живет,К возвышенным чувствам стремленьем,И даст сто очков всем франтихам впередКрикливым своим опереньем.
Всех знает в лицо. Неподкупна, честна.Всегда собирает без лениНа сборищах взносы для бедных она,Сама же не платит ни пенни.
На вкус она лучше бифштекса, мозгов,Яичницы с луком, кальмаров,Пикантнее устриц, икры, языков,Плодов дуриана, омаров.
Одни утверждают, что лучше хранитьДичину в особом горшочке,Другие советуют мясо солитьПод гнетом в сандаловой бочке.
Для этого надо сперва обвалятьВ опилках всю тушку умело,При этом, однако, стремясь не менятьСимметрию птичьего тела".
Мясник разглагольствовать мог до утра,Но было со временем туго,И он прослезился, закончив: "БобраВсегда почитал я за друга!"
Бобер же признался: "Учение - свет!Ты мне стал понятней и ближе.Я столько узнал, что за семьдесят летНе вычтешь из тысячи книжек!"
Обнявшись, вернулись они на баркас,И Кормчий промолвил: "Не спорю -Союз этот славный окупит для насМытарства по бурному морю!"
С тех пор эта дружба тверда словно стальКлинка безупречной заточки.В жару или стужу вы, право, едва льИх встретите поодиночке!
А если вдруг ссора - ведь издавна слабСпокойствия дух в человеке,В их памяти снова завоет ДжабджабИ дружбу спаяет навеки!
Приступ шестой. Сон Адвоката
