– Ты жив – это главное, – Марфа провела рукой по своим иссиня-черным, блестящим волосам, – а я оказалась не на высоте. У дома этой Валентины крутилась соседка. Она явно не собиралась уходить, и я решила действовать в открытую. Сказала ей, будто собираюсь купить зеркало и пришла осмотреть его. А она говорит: «Вы, гражданочка, опоздали – его еще утром увезли» – и повела меня в дом. Представляешь, она никогда не запирала входную дверь!
– Хитра, как лисица, и чутье звериное – все предугадала. Эх… и что же?
– Зеркала не было! Осталось только яркое пятно на обоях. Соседка сказала – покупательница не местная, из отдыхающих. Должна была сегодня уезжать и прихватила с собой зеркало. Я отправилась в город, на вокзал, переговорила со всеми носильщиками. Один сказал, что буквально час назад загружал какой-то длинный плоский ящик в поезд до Москвы. И все – след оборвался. Краска, увы, мне не понадобилась – закрашивать было нечего.
Олег забарабанил пальцами по столу:
– Мы только помешали ей, но не остановили. Рано или поздно обе половинки души найдут друг друга и тогда… Марфа, мы должны расстаться.
– Расстаться? – В черных глазах женщины блеснули слезы. – Почему?
– Ты же слышала – она прокляла меня. Если мы будем вместе, никто не знает, какой бедой это кончится. Я из рода охотников. В нашей семье случались и не такие истории. Борьба с этими, отдавшими свои души зеркалам, существами жестока и не обходится без жертв. Я знал, на что шел, а ты не должна страдать.
– Олег, став твоей женой, я уже сделала выбор. Мы найдем это зеркало и изловим ведьму. Если надо – объездим всю страну…
– Марфа, любимая, а как же музыка? Ты говорила, что не можешь жить без нее. Неужели годы упорного, мучительного труда пропадут впустую? Такой талант нельзя…
– Молчи, Олег. Слова приносят боль, но уже ничего не изменят.
– Что ж… – Олег поднялся, подошел к незавешенному окну. Мимо него пролетел еще один стремившийся к свету мотылек. Под окнами пышно цвели пионы. Мир казался безмятежным, спокойным, уютным, и в нем не было места злу. – Что ж, будем делать все, что возможно, но помни: рано или поздно она вернется, обязательно вернется.
Шел первый летний месяц 1941 года…
Часть I
Повелитель дождя
Забравшись с ногами на полку, я гордо восседала за столиком и думала о том, как классно быть путешественником. За окном мелькали домишки, речушки, проселочные дорожки – словом, типичная средняя полоса без примеси экзотики. Мы уже провели в поезде целую ночь и половинку дня, и от такой обыденности можно было заскучать, но я не унывала. В конце концов, кроме зрелищ, существовали и другие развлечения, например гастрономические. На столике лежали всевозможные вкусности: домашние и купленные по дороге – в буфете и на крупных станциях. Есть не хотелось, но от нечего делать я все жевала, жевала и жевала… Короче, несмотря на некоторую затянутость, начало путешествия складывалось вполне удачно.
Между прочим, я всего этого едва не лишилась! Прогулы и прочие невинные шалости, накопившиеся за год, неожиданно довели моих родителей до состояния бурного кипения. Подстрекаемые зловредными учителями, они всерьез подумывали о такой мере пресечения, как домашний арест до конца лета. Жуткие планы засадить меня за литературу и историю витали в воздухе. Только здравая мысль о том, что, находясь в Москве, я все равно буду бездельничать, а возможно, даже свяжусь с «дурной компанией», охладила их пыл. Выбрав из двух зол меньшее, непутевую дочь решили отправить на юг. Как и в прошлом году, я должна была путешествовать под конвоем моего двоюродного брата Петьки Толкачева – человека рассудительного, добропорядочного и не склонного к авантюрам. Компанию нам составил Сережка Ивойлов, Петькин приятель и одноклассник. Вообще, если быть совсем точной, это Ивойлов отправился отдыхать на юг в нашем обществе, так как именно его родственница проживала в небольшом приморском городке, где и планировалось провести каникулы. Как бы там ни было, два дня назад мальчишки приехали из своей провинции к нам в Москву, а потом, загрузившись всей компанией в поезд, мы двинулись в теплые края.
Пока я придавалась воспоминаниям, Петька уже закончил конструировать собранные из множества компонентов супербутерброды. Только-только я взяла одно из его творений, как поезд неожиданно тряхнуло, и залитые кетчупом копченые рыбешки посыпались на мою футболку. Ивойлов хихикнул.
Отправившись устранять последствия случившегося, я на минуточку задержалась у двери купе – хотелось еще раз увидеть в зеркале свою умопомрачительную прическу из пятидесяти восьми косичек. Взгляд скользнул по зеркальному стеклу, а внутри все сжалось, заныло от беспричинной тоски. Казалось, собственное отражение смотрело на меня с холодной ненавистью во взоре. Тряхнув продвинутой шевелюрой, я быстренько вышла в коридор. Думать о неожиданном приступе уныния не хотелось – возможно, просто сказывались последствия учебного года. Следовало спокойненько ждать, когда из головы выветрятся все лишние знания, а до того можно было готовиться к каким угодно напрягам. Признаюсь, я всегда не любила ходить в школу.
Остаток дня прошел без приключений. Почти все время, выражаясь словами Сережки Ивойлова, мы «предавались чревоугодию». В перерывах между трапезами глазели в окно, играли в подкидного дурака, а потом снова жевали, жевали и жевали. Поскольку поезд не сошел с рельсов, его не захватили террористы и не посетили инопланетяне, наш маленький коллектив заскучал и довольно рано в полном составе отошел ко сну. Лежа на верхней полке, я долго не могла уснуть, наблюдая, как за занавесками мелькают яркие пятна придорожных фонарей.
А вот вставать пришлось ни свет ни заря, что несколько испортило впечатление от поездки. Я клевала носом, Петька тоже выглядел невыспавшимся, зато Сережка не унывал. Он восхищался всем, что попадало в поле его зрения, – железнодорожным вокзалом большого портового города, привокзальной площадью, улицами, людьми, клумбами и воробьями. Больше всего поражало то, что, приезжая сюда почти каждое лето, он ухитрялся находить новые и новые поводы для восторга, будто видел город первый раз в жизни.
От конечной цели путешествия нас отделяло расстояние, приблизительно равное получасу езды на автобусе. Хотелось преодолеть эти последние километры как можно быстрее, но расписание автобусных маршрутов выглядело неутешительно. Автобус укатил совсем недавно, забрав пассажиров предыдущего поезда. Дальнейшие наблюдения показали – кое-кто из наших попутчиков уже отправился в дорогу, воспользовавшись услугами частного извоза. Вдохновившись таким решением проблемы, я направилась к маячившему поблизости «жигуленку», но Петька оттянул меня за рукав:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
