Наконец Гомнол сказал правителю Ронии:
– Восстанови еще раз печальные события этого дня. И не упускай никаких подробностей.
Сознание Бормола, к которому подключился и Кандатейр, развернуло перед остальными полную картину случившегося несчастья. Прибытие группы метапсихически активных чужаков было обнаружено солдатом в сером торквесе, стоявшим на крепостной стене Привратного Замка. (К счастью, он уцелел в последовавшей бойне.) Захватчики прошли через врата времени не на рассвете, что за многие годы путешествий во времени стало уже незыблемой традицией, а во внеурочное время. Снаружи замка не оказалось никого, кто мог бы перехватить их в краткий период растерянности, сопровождающей выход из временного разрыва; когда серые стражники появились наконец из замка, чтобы выяснить, что случилось, они были сметены мощным метапсихическим вихрем. Это всполошило коменданта в серебряном торквесе, который поспешил поставить в известность о происшествии двух лордов тану, присутствовавших в замке.
Затем метапсихически активные пришельцы обратили свое ментальное оружие, а также какие-то низкоэнергетические ручные установки фотонного типа против обитателей самого замка. Телепатический сигнал тревоги долетел до Ронии, отстоящей от замка на тридцать с лишним километров. Через два часа во главе Летучей Охоты прибыли Бормол с Кандатейром, но к этому времени чужаков уже и след простыл. Наместники тану и около половины гарнизона замка были мертвы, а обычные путешественники во времени, сидевшие в тюремном бараке, были ввергнуты чужаками в ступор какой-то опустошающей сознание мозговой операцией.
Воины Бормола были задержаны метапсихическими барьерами и миражами, наспех расставленными чужаками; но в конце концов преграды рассеялись, и стали легко различимы следы небольших вездеходов чужаков. Они держали курс на запад, через степную местность и дальше в леса, раскинувшиеся вокруг грандиозного вулкана Мон-Доре. Когда погоня вышла на низменную пересеченную местность, верховые халики участников Летучей Охоты получили преимущество перед вездеходами чужаков. Около дюжины этих хитрых механизмов с широченными колесами были брошены водителями на густо поросшем бамбуком болоте; чуть позже обнаружили еще два вездехода, превращенные в сплошное месиво слонами.
Вскоре после захода солнца спасающиеся бегством чужаки совершили оплошность, войдя в тянущееся на запад тесное ущелье, упиравшееся в отвесную каменную стену. На краткий миг ментальный экран измученных, выдохшихся, загнанных в ловушку пришельцев дрогнул, и наиболее искусные трансакцепторы Бормола сумели рассмотреть, с каким врагом они имеют дело. Группа пришельцев состояла из ста одного человека, все были обладателями активных метафункций, хотя некоторые находились в крайне плачевном физическом состоянии и практически все перенесли тяжелую ментальную травму. В своем распоряжении люди имели восемьдесят девять снабженных прицепами миниатюрных транспортных механизмов, забитых разными предметами двадцать второго века.
Бормол со своими лучшими психоиндукторами провел осторожную разведку боем, вызвавшую весьма слабое сопротивление. Судя по всему, стычка в замке и долгое преследование окончательно измотали пришельцев. Теперь они были загнаны в ловушку.
Посчитав ментальный бой унизительным для своего достоинства, Летучие Охотники, испустив задорный мысленный боевой клич, бросились в атаку и… были встречены фотонной пушкой. После кровопролитного отступления, выноса с поля боя раненых и передислокации выяснилось, что пришельцы разворотили своей пушкой одну из стен ущелья, свалили обломки по пологому откосу и ускользнули из тупика. С наступлением сумерек разведчики донесли Бормолу о новом феномене – о гигантской зеркальной полусфере, и тогда правитель Ронии решил остановиться и вызвать на подмогу Ноданна Стратега и его главных советников…
– Меня весьма настораживает один момент, – задумчиво сказал Ноданн. – Состояние рядовых путешественников во времени, содержащихся взаперти в Привратном Замке. Ты говоришь, их сознание было опустошено?
– Вычищено лучше, чем Серебристо-Белая равнина, – уверенно заявил Бормол. Такой дьявольской работы я в жизни не видел. Хорошо еще, что все произошло в начале недели и у нас была всего лишь двухдневная партия путешественников во времени. Сейчас эти шестнадцать первобытных ничуть не лучше растений. Психокорректору, который над ними поработал, помогал сам дьявол.
– И психокорректор вызнал у узников все, что им было известно о нас,
– проворчал Лейр.
– И начисто стер их сознание, – добавил Гомнол. – Значит, недавно прибывшие путешественники во времени могли снабдить нас какой-то важной информацией о чужаках. Интересно…
– Следует предположить, что некоторые из пришлых, если не все, обладают способностями – как называют их люди – «Великого Магистра», – сказал Кандатейр. – Иначе бы им не удалось убить наместников тану. Лорд Моранет и леди Сеневар были очень сильны как в психокоррекции, так и в психоиндукции.
Ноданн раскрыл свое сознание, сделав достоянием остальных величественный строй мыслей:
«Некоторые из чужаков обладают потрясающей метапсихической мощью, превосходящей нашу. Однако они не использовали свой потенциал в полную силу против Летучей Охоты Бормола, а сделали ставку на оружие. К тому же они предпочли бегство от наших войск позиционной обороне. Некоторые из пришлых выказывают явные признаки физической слабости. Они больны. Этих людей-операторов, цвет своей расы, довели до такой крайности, что они ушли в изгнание, избрали путь, официально для них запрещенный. Ergo, пришельцы преступили законы Галактического Содружества. Но ведь это же логическая несуразность! Все операторы мира будущего объединены в ментальное содружество. Там не может быть отверженных и не бывает бунтовщиков».
– Да, нам неизвестно об их существовании, Стратег, – вслух произнес Гомнол. – Но знания о Старой Земле тану волей-неволей черпают от людей – путешественников во времени. А что могут реально знать о сообществе операторов и о внутреннем функционировании Галактического Содружества «нормальные» люди или даже подобные мне латентники? – Он коснулся синего стекла своего латного нагрудника, под которым прятался золотой торквес, и улыбка скривила его губы. – Нам нужно было явиться сюда, в плиоцен, чтобы обрести истинное братство объединенных разумов, обрести могущество, равное богам. Спасибо вам, тану.
Мысль Ноданна, словно яркий солнечный луч, высветила глубоко в сердце человека-психоиндуктора черные споры злобы; но лик Аполлона, как всегда, остался безмятежным.
