— Ну ты, Жорик, охренел! Танька, тащи шест. Собачку хочу!
— Шеста нет, швабра подойдет?
— Феденька, не плачь, это всего лишь Снегурочка…
23.00, 31.12.05
— С новым московским годом!
— Звучит странно, вам не кажется?
— Тихо, все встали, поем гимн!
— «Союз нерушимых республик свободных…»
— Это не те слова.
— А какая разница? «Славься Отечество, наше народное…»
— Теперь те, но фальшивишь.
— Уйди отсюда, да?
23.30, 31.12.05
Коньяк.
— Шашлычки с пылу-с жару. С балкона.
— Вы шашлыки на балконе жарите? Вот прям так, по-настоящему, на мангале?
— Много разговариваешь, женщина, ешь давай.
00.00, 1.01.06
Шампанское.
— С Новым годом! С Новым годом!
— Не ори мне на ухо! Не ори мне на ухо!
— Ты загадала желание?
— Нет.
— Почему?
— Надоело.
— Никуся, когда мы в Питер поедем?
— Завтра.
— А в Индию?
— Послезавтра.
— А в Прагу?
— Послепослезавтра.
— А ты ко мне в гости придешь?
— Когда?
— Завтра.
— Нет, Таня, не приду.
— Почему?
— Я лежать буду.
После часа ночи воспоминания становятся яркими, но весьма смутными.
02.00, 01.01.06
Коньяк. Опять.
— Какие вы все хорошие! Как я вас всех люблю!
— И давно это у тебя?
— После бутылки рома, кажется.
03.30, 01.01.06
Родители: Ника, ты собираешься к нам зайти?
— Иду. Любимый, одевайся, мы идем пить к родителям. Женя, ты с нами.
— За что?
— Пошли, нечего тут рассиживаться.
Таня: Подрюга, ты куда?
— Держись, мой верный Руслан, я еще вернусь.
— Только ты обязательно возвращайся, Карлсон.
— Хорошо, малыш.
— Поцелуемся?
— Потом. Еще не кондиция.
04.00, 01.01.06
— Мама, ты просто не представляешь, какие у тебя гениальные дети!
— Ника, вы зачем с Сашей так напились? Ну кто-то же один хотя бы должен быть трезвым!
— Нет, у нас всё происходит синхронно. Где «Куантро»? Я требую «Куантро»!
Через две минуты.
— Сережа? А ты что здесь делаешь?
— Приехал к твоей сестре.
— И давно?
— Часа два назад.
— Опа! Привет.
— Мы здоровались.
Мама: Зачем же вы так напились? Может, не надо «Куантро»?
— Папа, наливай!
Звонок. Танькин стон:
— Ты где? Приходи быстрей назад!
— Сейчас, допою песню в караоке.
— Чо поешь?
— «I'm Englishman in New-York…»
— Чо??????
05.00, 01.01.06
Саша: А «Куантро» — приятный ликер.
— Ты не пил.
— Как это?
— Ты его разлил. Больше тебе не наливали. И скажи мне, ты зачем всем коктейльным обезьянкам сломал хвостики и лапки? Мама нас больше домой не пустит.
— Чья мама?
— Моя мама!
— А мы у нее были?!
— Женя, ты куда?
— Домой. Там нас такси ждет. Вы сами вызывали.
— Я вызывала такси? Да я ни одного номера не знаю. Не, мы не поедем. Женька, оставайся.
— Нет, я уезжаю.
— Ладно, скажи там таксисту, чтоб он это, того, ну это… Уезжал, в общем.
06.00, 01.01.06
Шампанское.
Танька: У меня есть там-там. Настоящий.
— Хочу там-там! На свадьбу. Подарите мне на свадьбу там-там!
— Я тебе на свадьбу здесь-здесь подарю.
— Блин, несмешно.
07.00, 01.01.06
— Не пора ли нам домой, любимая?
— Саша, выйди с кухни, мы еще с Таней не договорили.
— О чем?
— Она мне объясняет, какой мужчина мне нужен.
— Ну и как?
— Пока не поняла.
08.30, 01.01.06
— Всё, всем счастливо, завтра пойдем в ночной клуб. Сережа, ты такой хороший парень, Танюха — ты моя самая лучшая подруга, Лена — ты моя обожаемая сестра! Я вас всех так люблю. А почему вас так мало?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Саша: А меня любишь?
— Конечно, Женя!
— Какой еще Женя??!!
— Какая!
— Всё, домой. Домой спать!
Конец — это всегда начало
«Все твои романы быстротечны.
Ты влюбляешься в понравившуюся девушку, так как в первую очередь видишь в ней образ, достойный запечатления на пленке. Но еще ни одна попавшая в твою фотогалерею застывших муз девушка не смогла удержать тебя близ себя. Они все рано или поздно что-то начинали требовать, приближая тем самым со скоростью метеора неминуемый разрыв отношений.
Стоило тебе заслышать в голосе очередной возлюбленной знакомые плачуще-просительные интонации, как ты, не задумываясь и не задерживаясь ни на секунду, уходил, игнорируя впоследствии все телефонные звонки и истеричные рыдания при случайной встрече. Скорее всего, ты никогда никого из них не любил, и все эти девушки принесены в жертву твоему эгоизму. Тебе всегда было приятно женское общество, но этим привязанность к противоположному полу исчерпывалась.
Существовали еще сиюминутные постельные романы, но они в твоем сознании относились к разряду удовлетворения физических потребностей и не более. Звучит цинично, но от правды не уйдешь.
И вдруг… Ты встречаешь девушку в компании, на улице, может, на дискотеке… Неважно. Знакомишься с ней. Она тебе нравится. У нее красивое лицо, приятный голос и стройная фигура. А еще есть несколько маленьких, но с ума сводящих деталей: возбуждающая форма губ, вздернутый нос, асфальтно-серый цвет глаз, близорукий взгляд… Что-то. Что-то, что заставляет подняться утром в странном волнении, найти в кармане джинсов потрепанную пачку сигарет с криво написанным телефонным номером и позвонить ей.
Начинается головокружительная пора первых встреч, неловких и случайных объятий, робких поцелуев. В какой-то момент телесная страсть берет верх, благоразумию — конец, и что-то вроде любви поселяется в истомленном одиночеством сердце. Она всё чаще остается у тебя на ночь, на две, на три, и вскоре ты предлагаешь ей жить вместе. Почему бы и нет? Тебе с ней хорошо, она умна, обаятельна, красива, неплохо управляется с армией кастрюль и сковородок, умеет навести парой точных движений порядок в квартире. Тебе это нравится.
В одно прекрасное утро она переступает порог твоей квартиры с кучей спортивных сумок и даже чемоданов. На полке в ванной появляется ее зубная щетка, а также множество других загадочных баночек непонятного назначения, но, вероятно, очень важных, так как они вытеснили твои бритвенные принадлежности. Трельяж перед зеркалом также заставлен всевозможными средствами, хранящими в себе секреты женской красоты. Вещи, которые находились в привычном для тебя порядке, оказываются выброшенными из круговорота твоей жизни, якобы за ненадобностью.
Твоя квартира неуловимо преображается, но понять сущность этих изменений ты не можешь. Просто всё становится по-другому, и ты не знаешь плохо это или хорошо. Теперь здесь постоянно присутствует другое существо, у которого совсем не такое представление о домашнем уюте, чем у тебя. И порой тебе хочется спрятаться от нее, побыть одному. Но это мелочи, на которые ты стараешься закрывать глаза, ведь есть то, что никакие мелкие досадности не победят. Ее теплое тело рядом, с тобой, под одним одеялом, мерное дыхание в ночи, ласкающее твое ухо, томные прикосновения, тайна, скрывающаяся в темноте, свобода, которую может подарить только ночь…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Но день проходит за днем. И вдруг она устаивает тебе скандал из-за того, что ты оставил не помытой чашку, и готова бить посуду только потому, что твоя рубашка брошена на зеркальный столик. Она цепляется к твоему внешнему виду и устраивает допрос, если опоздаешь домой на полчаса. Гармония окружающего тебя мира начинает потихоньку рассыпаться, и ты не успеваешь подбирать осколки мозаики, чтобы поставить их на место.
