После непродолжительной паузы Сарантос заметил:
— Он не болел.
Селена кивнула, изо всех сил сдерживаясь, чтобы не заплакать. Она тоже не могла понять, как так случилось, ведь ее отец выглядел таким здоровым. Но Селена знала, что он никогда бы не стал говорить о своих недомоганиях, а сделал бы все возможное, чтобы их скрыть. И если бы он был даже смертельно болен, его родные ни за что бы не догадались об этом.
— И он умер вскоре после одиннадцати.
Ее отца нашли мертвым в своем кабинете в половине первого дня. Селена понятия не имела, откуда Сарантос узнал об этом.
Аристидес продолжил:
— В девять утра мой адвокат связывался с вашим отцом, чтобы согласовать дела, касающиеся одного из контрактов.
Селена знала об этом. Это она представляла интересы отца. Она перезвонила отцу и перечислила ограничительные и безжалостные условия контракта, которые тем не менее лично ей показались весьма привлекательными.
— В одиннадцать Гектор связался со мной.
Селена пошатнулась, услышав из уст Сарантоса имя своего отца. Если бы она не знала его лучше, она бы подумала, что тот говорит о своем друге.
— Он накинулся на меня, а потом бросил трубку. А через некоторое время он умер.
Прежде чем она успела что-либо сказать, он натянуто кивнул и развернулся, чтобы уйти.
Селена изумленно смотрела на его удаляющуюся фигуру, пока он не вышел за дверь.
Что это значило? Он пришел, чтобы сказать, что ее отец умер по его вине? Почему?
Но разве мог кто-нибудь объяснить причины поступков непостижимого Аристидеса Сарантоса?
Вместо того чтобы броситься за ним и потребовать объяснений, она осталась стоять на месте, пожираемая догадками и чувством неудовлетворенности. Ей казалось, что прошла вечность, прежде чем последний посетитель выразил свои соболезнования и за ним закрылась дверь. Наконец они остались одни.
Братья Селены занялись оставшимися делами, связанными с похоронами, а она, пошатываясь, вышла на улицу.
Нужно взять отпуск.
Селена забралась в машину и включила зажигание. Выехав за ворота, она увидела его.
Вокруг была кромешная тьма, а он стоял в стороне от уличных фонарей. Но она все равно узнала его.
Аристидес Сарантос. Подобно грозному стражу направил он свой взгляд на их поместье.
Ее сердце забилось от смущения, от любопытства. От волнения.
Почему он все еще здесь?
Она решила спросить его об этом и обо всем остальном. Сделав крутой разворот, Селена остановилась рядом с ним.
Ей показалось, что он не заметил ее, пока она не открыла окошко со стороны пассажира:
— Вы прибыли не на машине?
Прошло несколько секунд, прежде чем он оторвал свой взгляд от дома и посмотрел на нее. Сарантос едва заметно пожал плечами:
— Я отослал ее. Доберусь пешком.
Не думая, она открыла дверцу:
— Садитесь.
Он пристально посмотрел на нее. Потом медленно распахнул дверцу шире, и его мускулистое тело с легкостью и грацией леопарда опустилось на сиденье рядом с ней.
По ее телу пробежала дрожь, когда он слегка задел ее плечом. Сарантос устремил свой взгляд вперед и сидел так, не поворачиваясь. Селена понимала, что нужно сделать что-нибудь. Спросить адрес его гостиницы. Но его близость лишила ее сил. Мысли в ее голове перемешались. Что бы она почувствовала, если бы он…
«Прекрати сейчас же, идиотка. Тебе уже двадцать восемь лет. Ты деловая женщина, юрист, а не какая-то соплячка!» — одернула себя Селена.
Он сам уточнил адрес своей гостиницы, а потом снова погрузился в молчание, которое терзало ее и мучило.
До сегодняшнего вечера Селена считала, что Аристидес Сарантос — бесчувственный человек.
Через двадцать минут она подъехала к одному из фешенебельных отелей, в котором жил Сарантос. Насколько было известно, у этого человека, который мог позволить себе купить небольшую страну, не было собственного дома.
Аристидес открыл дверцу машины. Селена подумала, что он выйдет, даже не посмотрев на нее. Но он повернулся к ней, заставив ее сердце гулко забиться. Его взгляд был суровым и безжалостным.
— Спасибо. — Его голос прозвучал немного хрипловато. — Увидимся на поле боя.
Он снова повернулся, чтобы выйти. Сейчас он уйдет и навсегда останется ее врагом. Она не позволит ему вот так уйти.
— Вы в порядке? — Селене непреодолимо хотелось взять его за руку, прикоснуться к его щеке, предложить ему… что-то.
Он остановился и снова повернулся к ней, бросив на нее вопросительный взгляд:
— А вы?
— А как по-вашему? — дрожащим голосом ответила она.
— Судя по всему, перекрестный допрос доставит нам облегчение.
Она тихо рассмеялась:
— По мне так заметно?
Его глаза потемнели.
— В данный момент да. Итак, я вас слушаю.
— Прямо здесь?
— Если вы не против. Или, если хотите, можем подняться ко мне.
То, как он произнес эти слова, заставило задрожать не только ее губы.
Аристидес взял ее руку в свою и крепко сжал:
— Когда вы ели в последний раз?
Он прав. Ее реакция была вызвана помимо всего прочего еще и низким уровнем сахара в крови.
— Вчера утром.
— Я тоже. Давайте чего-нибудь перекусим.
Следующие полчаса она позволила ему командовать собой. Они поднялись в его президентский номер, и Аристидес заказал первоклассный ужин. Селена смотрела, как он методично поглощает и пережевывает пищу. Такая методичность проявлялась у него во всем.
Ей казалось чем-то сюрреалистичным то, что Аристидес Сарантос проявляет заботу о ней. Еще более диким было оказаться в его номере и не чувствовать никакой угрозы с его стороны. Она не знала, чувствовать ли себя польщенной, потому что он оказался таким джентльменом, или разочарованной, потому что он вел бы себя так по отношению к любой другой женщине.
Поужинав, он пригласил ее расположиться на диванчике и подал ей ее травяной чай. За ужином они почти не разговаривали. Она никак не могла взять себя в руки, а он то и дело терял нить разговора.
Сарантос остановился рядом с ней. В одной руке чашка с чаем, другая в кармане брюк. Его взгляд был обращен внутрь. А потом он вдруг заговорил:
— У нас было столько стычек, что не сосчитать. Но последняя отличалась от всех предыдущих. Я не узнал его. Это больше походило на какую-то высокопарную тираду.
Что двигало им? Вина? Он способен испытывать подобные чувства? Ее отец был абсолютно уверен, что Аристидес не имеет ничего человечного.
— Вы считаете, что оказали на него слишком сильное давление, — тихо сказала Селена, — что привело к его смерти?
Он, покачав головой, тяжело вздохнул:
