Читаем без скачивания Мир звездного Коота - Андрэ Нортон

Похоже на воздушный душ, подумал он. Стены отрастили множество стержней, каждый заканчивался мягкой подушечкой, эти подушечки терли его тело, ерошили волосы, приглаживали, снова взъерошивали.

После первой неожиданности он просто спокойно ждал, пока машины проделают свою работу, и думал, что будет, когда машина попытается расплести плотные косички Элли Мэй. Он не сомневался, что с ней проделывают то же, что с ним.

Новый поток воздуха, на этот раз прохладней и с другим запахом, окутал его тело. Затем дверь ящика распахнулась, он принял это как приглашение и выполз наружу.

Паукообразная машина ждала его. Но на этот раз она его не схватила; наоборот, протянула конечность с какой-то пушистой вещью. Вначале Джим подумал, что это полотенце, но, встряхнув, обнаружил, что это костюм. Без рукавов, но длиной до колен, сделан из толстого плюша, похожего на шерсть. Джим натянул его, обнаружил, что он растягивается, плотно облегает тело и настолько легок, что кажется второй кожей. Ничего подобного он никогда не надевал. Костюм раскрывается на груди, и никакой застежки нет. Но машина-паук словно поняла его затруднение, робот протянул руку и плотно прижал края одежды. Они соединились и так и остались. Джим немного поэкспериментировал и обнаружил, что может раскрыть костюм, если резко потянет, может и закрыть его, нажимая на соединение.

— Лучше молнии, — заметил он вслух, поняв, как действует застежка.

Он осмотрелся. Поток кошек, вместе с ним вошедший в здание, исчез. Даже Элли не видно.

Откашлявшись, Джим снова заговорил.

— Элли, где ты?

— Здесь. — Она появилась в другом конце зала. Хотя на стенах виднелись следы других входов в небольшие помещения, теперь все входы были прочно закрыты. Джим мигнул.

Элли выглядела совершенно по-новому. Все плотно заплетенные косички распустились, волосы стояли дыбом, словно каждую косичку сначала распушили, а потом поставили вертикально. Тоненькие руки и ноги, не толще, чем у машины-паука, обнажены, как и у него, и на ней такой же костюм, только другого цвета — желтый.

Она ласково погладила свой костюм.

— Похоже на шерсть. Мер, она велела сделать их для нас. Приятно. Приятно и мягко.

— Кому велела? — Джим направился к ней.

— Рабочим машинам. Они все делают: дома, флаеры, все, что нужно коотам. Просто нужно сесть и подумать, что тебе нужно, и они сделают. Пойдем. Я есть хочу. А ты?

Она схватила его за руку и повела к другой двери. Им пришлось низко пригнуться, чтобы пройти. Но внутри они снова смогли распрямиться. Множество кошек с сосредоточенным голодным видом ели — каждая из отдельной мисочки. Джим всмотрелся в ближайшую миску. Темно-коричневое месиво выглядит не очень привлекательно, но когда Элли Мэй сказала, что хочет есть, словно кто-то нажал кнопку, и Джим сразу почувствовал, какой пустой у него живот. Он подумал, сколько времени прошло с той ночи, когда он в последний раз поужинал, а потом отправился на поиски Элли Мэй и попал в приключение, которое и теперь иногда кажется ему нереальным.

Элли Мэй миновала ряд едящих кошек — Джим заметил, что у каждой из них шерсть сверкает так же, как у Тиро. Девочка дошла до другого конца помещения и показала ему две чашки, в которых было совсем не коричневое месиво. Напротив, на каждой лежала булочка странной формы, и из нее торчали бифштексы.

Джим схватил одну.

— Как ты их раздобыла? — спросил он и откусил. Не совсем как гамбургер, но вкусно; он энергично начал жевать.

— Я сказала Мер, а она сказала машине, — гордо ответила Элли Мэй. — У них не такая пища, как у нас. Здесь ее делают машины. Мер пыталась мне рассказать, но, наверно, я недостаточно знаю, чтобы понять. — Улыбка ее чуть поблекла. — Я ведь никогда не училась в школе, хотя много знаю. Не могла просто оставить бабушку, когда некому за ней присмотреть. Мер говорит, что здесь мы пойдем в школу… будем учиться думать, чтобы уметь управлять машинами.

Джим прожевал и проглотил. Машина, которая делает пищу. Наверно, правда. Как миссис Дейл, готовящая печенье. Только там женщина смешивала муку, яйца и все остальное, а здесь это делает машина. Ведь у коотов нет рук, как у людей. им приходится пользоваться машинами, как людям — инструментами, чтобы делать вещи.

Но — тут Джим впервые заглянул подальше — как кооты сделали первые машины, ведь у них нет рук, чтобы держать клещи отвертки и другие инструменты? Он не думал, что можно мыслью закрутить винт или изготовить металл. Как они могли сделать машины? Конечно, он читал рассказы о том, что можно изготовить робота, который изготовит другого робота, а тот третьего, и так далее. В этом есть смысл. Он также верил, что кооты могут отдать мысленный приказ, и машины будут работать для них. Что-нибудь вроде компьютеров, только работают по мысленному приказу. Но ведь с чего-то нужно было начать. И как же появилась самая первая машина? Может, он узнает об этом в школе, о которой говорила Элли Мэй.

Они прикончили гамбургеры, которые не совсем гамбургеры, и Джим предложил, чтобы Элли Мэй попробовала получить мороженого… или коки…

— Надо попросить Мер. — Девочка облизывала пальцы. — Вот эта машина… — Она указала на квадратный металлический ящик у стены. Рядом с ним стояла Мер. Элли Мэй подошла к ней и посмотрела в голубые глаза коошки. Джим неловко пошевелили плечами, меховой костюм плотно прилегал к телу и легко поддавался движениям. Так много нужно понять одновременно. И… эти мысленные приказы вызывали его беспокойство. Ему не нравилась мысль о том, что любой коот может настроиться на его мозг… словно он телевизор или что-то такое…

Мер повернула голову к машине. Какое-то движение на уровне пола, и Элли Мэй достала из открывшегося внизу ящика две чашки. Вернулась с широкой улыбкой.

— Ну, парень, на это стоит посмотреть!

Она поставила перед ним одну из чашек, и он увидел большую порцию чего-то похожего на шоколадный пудинг или мороженое, чуть переохлажденное.

— Как мы будем это есть? — спросил он. — Никаких ложек…

— Наверно, машина, работающая на коотов, не может придумать ложку, — весело ответила Элли Мэй. — У нас есть пальцы и языки… пользуйся. — И она сунула два пальца в чашку, достала большой комок мороженого и с удовольствием сунула в рот.

2. ЗЛОЙ ГОРОД

— Дом, настоящий дом, и только для нас! Никаких протекающих крыш, никаких крысиных нор, как в моем старом доме! — Элли Мэй захлопала в ладоши.

Она и Джим наблюдали за работой паукообразных роботов. Роботы действовали очень быстро и, казалось, знали, что нужно делать, без всяких указаний коотов. Сначала на разровненную площадку налили пол — налили, как цемент. Но вещество это затвердело быстрее любого цемента. Теперь группа роботов возводила стены, ставя одну на другую плиты тускло-серого металла. Интересные плиты: через минуту после соединения их невозможно разделить, как ни пытайся.

Стены поднимались быстро, и в них чередовались плиты, через которые можно видеть. Была и дверь — выше тех, что в других зданиях; Джим и Элли могли в нее входить, а не вползать.

Подошла Мер. Это она раньше вместе с Тиро привела роботов. Девочка подняла ее на руки, и Мер одобрительно мурлыкала, наблюдала за роботами и терлась о подбородок Элли. Чуть позже подошел Тиро; довольный, он оглядел работу. Но долго не оставался. Обменялся взглядом с Мер, очевидно, объясняя свой уход — Джим ничего не уловил — и лишь дернул ухом в направлении Джима, уходя.

Джим перевел дыхание. Ему в последнее время кажется, что Тиро все чаще уходит по каким-то загадочным делам — загадочным для Джима. Как дети на Земле уходят, оставляя своих любимцев — кошек и собак. Может, теперь Джим и Элли Мэй такие любимцы? Эта мысль ему совсем не понравилась. Он считал, что они друзья.

Дети уже три дня находились на Зимморре, и всегда у них была возможность увидеть что-то новое. Полуродичам с Земли отвели квартиры в здании, которое уже было построено, когда Джим и Элли Мэй вышли из шаттла. Большую часть времени эти кошки проводили, собираясь небольшими группами; пристально, не мигая смотрели они на коота, сидящего в центре такой группы. Джим знал, что они разговаривают мысленно, но он испытывал тревожное чувство, проходя мимо таких молчаливых групп. Они никогда не смотрели на него, но ему казалось, что они говорят о нем — о нем и об Элли Мэй.

В прошлом у многих земных кошек тяжелые воспоминания. У них есть основания не любить людей. И что они думают о двух людях, привезенных с ними? А ведь они с Элли единственные «люди» на этой планете.

Элли была счастлива. У нее не было никаких сомнений: удивительное приключение, прекрасный мир, такой же хороший, как дом, о котором всегда говорила бабушка. Но Джим размышлял — и немного тревожился. Кошки все время следили за ним, а Тиро он уже давно не видел. Только Мер всегда оказывалась рядом, когда нужно было «надумать» еду. Кое-что из заказанного Элли имело странный вкус, но он все ел.