Настроение у Артура настолько улучшилось, что с неизвестной блондиночкой он обошелся почти нежно: разбудил, предложил умыться и разделить с ним завтрак. А сам, смеху ради, полез в карман своего костюма. И… обомлел.
В кармане оказалась потертая сафьяновая коробочка. А в ней — браслет: серебряная змейка с бирюзовыми глазками. Вещица не поражала воображение роскошью, но была в ней какая-то загадочная, старинная красота. Кончик жала чуть-чуть высовывался из пасти. Артур взял браслет в руки…
— Что это? — спросила уже одетая и подмазанная блондинка, которой полагалось ждать завтрака на кухне. — Ой, какая змеючка! Можно посмотреть?
И прежде чем Артур опомнился, схватила браслет и ловко надела его на тонкое запястье. Шустрая какая нашлась!
— Сними немедленно, — холодно приказал Артур, вовсе не собиравшийся дарить ювелирные украшения безымянной прелестнице. — Не доросла еще до драгоценностей.
— Драгоценностей? — сморщила носик блондинка. — Да таких драгоценностей в каждом подземном переходе…
— Снимай, — повторил Артур. — Про переходы ничего не знаю, в метро не езжу
— Пусть это будет сувениром на память о тебе, — предложила барышня.
— И так не забудешь. Снимай.
— Ты жадный?
— Очень, — охотно подтвердил Артур. — Скажи спасибо, что денег за ночлег с тебя не взял.
Блондинка вытаращила небесно-голубые глазки, поняла, что доля шутки в его высказывании крайне мала и нехотя стащила побрякушку с руки. И вдруг ойкнула и уронила браслет:
— Оцарапалась чем-то!
Но Артур уже достаточно владел ситуацией:
— Знаешь что, подруга, отчаливай… в сторону моря. Кофейку в другой раз попьешь и в другом месте. А мне некогда — дела. Ну, давай-давай, больше ничего интересного не будет. И не закатывай глаза, у меня самого голова со вчерашнего… Целую ручки, пани.
— Ты не только жадный, но еще и вредный, — огрызнулась на его блондинка. — Я ухожу, но ты об этом еще пожалеешь.
— Руки на себя наложу, — усмехнулся Артур. — Давай-давай, не задерживай движение транспорта.
Закрыв за блондинкой дверь, Артур с облегчением вздохнул. Подцепить даму — не проблема, стоит только пальцем поманить, это верно. А вот избавиться… Все обязательно норовят попить кофейку, взять телефончик, договориться о новой встрече. Он один, а их много, каждой телефончик давать — соскучишься отвечать на звонки. Да и благодетель не одобрил бы такого поведения: провести ночь с прекрасной незнакомкой — одна песня, а завязывать какие-то более прочные отношения — совсем другая. Вот Артур и не завязывал… На всякий случай.
Конечно, если бы вместо этой потаскушки с ним была Майя, неприступная, насмешливая Майя, все было бы по-другому. Красавица, снявшаяся в нескольких сериалах, мелькающая на страницах глянцевых журналов, соведущая популярной телепередачи. Вот это — подруга, с такой не зазорно время проводить!
«Пару месяцев», — мог бы добавить его внутренний голос. Но Артур давно к нему не прислушивался.
Браслет лежал на столе, и глаза змейки, казалось, смотрели прямо на Артура. По спине пробежал непонятный холодок. Была у него встреча с таинственной аристократкой или нет? «Хотя бы внешность свою описала, дворянка недобитая…»
Но ход мысли был прерван непонятным шумом во дворе. Артур вышел на лоджию, благо теплая майская погода позволяла держать все окна распахнутыми настежь. Со второго этажа отлично просматривался двор в молодой зелени, а также дорожка возле подъезда с непременной лавочкой и столь же непременными бабульками на ней. Вот ведь странность: дом новый, улучшенной, как принято говорить, планировки, а бабульки — чуть ли не те же самые, которых Артур помнил по прежнему жилью в панельной пятиэтажке на окраине столицы. Типовые такие бабульки. Только теперь у каждой на шее мобильный телефон болтается — связь с внешним миром, примета времени. Да и близким удобнее.
…Помимо бабулек прямо под окнами оказалась машина «Скорой помощи», и два человека в ярко-синей форме как раз грузили в нее носилки. На носилках Артур усмотрел свою недавнюю гостью: белокурая головка была неподвижна, одна рука безвольно свесилась вниз…
— Что случилось, баба Маня? — окликнул Артур знакомую соседку.
Та подняла глаза к лоджии второго этажа:
— Да вишь ты, девка какая-то: шла, шла, да и упади. То ли сознание потеряла, то ли вовсе померла. Лежит бе-е-лая. Мы сразу — «скорую», а они, видно, мимо проезжали, враз прибыли. Девка-то не наша. Не от тебя шла?
Артур затряс головой, замахал руками, открещиваясь от такой возможности, и попятился обратно в комнату. Только не хватало в день рождения попасть в свидетели. Благодетель со свету сживет, да и вообще…
Шагнув в прохладу комнаты, Артур замер: ему показалось, что в ней кто-то есть. Медленно осмотрелся. Пусто. Только по-прежнему на столе лежал таинственный браслет и холодно поблескивали змеиные глаза.
«Ну, хватит, — решил Артур. — Нужно приводить в порядок себя, квартиру, нервы. Позавтракать опять же — для начала. А почему, интересно, эта телка в обморок грохнулась? От голода, что ли? Или с перепоя? Хотя, вроде бы, была в порядке. А, один черт! Хорошо хоть на улице, а не у меня. Я ведь даже не знаю, как ее зовут. Наверное, письмо писала такая же придурочная. Только вот браслет…»
Но и браслет Артур на время выбросил из головы. Принял душ, поддержал состояние небритости в пределах модной нормы, щедро оросил себя одеколоном от Шанель, в котором ему нравился не столько запах, сколько запредельная цена, и, накинув махровый халат, направился в кухню.
Он еще не устал радоваться тому, что живет в такой замечательной квартире: и в ванной комнате, и на кухне — полы с подогревом, выложенные стилизованной под камень плиткой, по которой так приятно ходить босиком. В той же кухне — стальной холодильник в стиле «Техно», кофемолка, кофеварка, тостер, микроволновка, соковыжималка, имеются даже электрическая вафельница и прибор для варки яиц, хотя ими Артур еще ни разу не воспользовался. Но все равно — приятно.
А вот кофемашина не простаивала, кофе Артур любил и выпивал в день столько, сколько получалось. И почти каждый раз, включая поблескивающий хромом и никелем агрегат, вспоминал совсем еще недавнее прошлое в жуткой халупе с крохотной кухней, где стояла убитая двухконфорочная газовая плита, смертельно опасная для пользования, потому что газ просачивался через все конфорки, стоило только их включить.
И холодильник там был — ровесник Бородинской битвы, грохотавший не хуже тяжелого грузовика, и расшатанный стол с двумя колченогими табуретками, крытыми когда-то голубым пластиком. И протертый, порванный во многих местах линолеум, первоначальный цвет которого уже трудно было определить. В общем — мрак. И вдруг появился добрый волшебник и перенес Артура в нынешние двухкомнатные хоромы, где один холл был больше, чем вся прежняя квартира.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
