я тебя отпущу и куплюсь на твои милые глазки? Знаешь, я передумал. Вырежу оба глаза, но один будет висеть на моей шее — уж больно красивый.
А он явно старался не касаться рабочих тем. Хотя бы по той причине, что не считал нужным говорить с дочкой, с женщиной! Ещё не прошли те времена, когда женщина была приравнена к слуге в доме, а тут ещё чтобы занималась банковскими делами? Вот ещё! Есть такие, но это было слишком редко, да и Сектар всё равно относился к таким женщинам с юмором.
— Что ты всё оглядываешься? Ждешь кого-то? Я по твоим глазам вижу — ждешь, — тихо смеялся он, проводя лезвием по её щеке. — Но ты даже представить не можешь, где сама находишься, и через каких людей нужно пройти, чтобы добраться до нас. Так что расслабься и получай удовольствие, — и вот лезвие вошло в кожу на шее и прошло пару сантиметров вниз, оставляя после себя алую дорожку.
— Если ты ждёшь от меня криков, их не будет, — однако Валанди поморщилась от неприятного и болезненного ощущения на коже. Но он не убьет ее, она это знала, ему нужна живая заложница. А вот покалечить может. — Хотя ты можешь получить их иначе. Тебе понравятся такие крики.
Голос ее постепенно превратился в томный шепот. Она сейчас была не в лучшем виде, но все равно чертовски сексапильна. По крайней мере считала себя именно такой, потому что любой мужчина, стоило поманить, валялся у ее ног. Но она прекрасно осознавала, что этого гангстера так легко не заманить в ловушку. Не зря же он считается сильнейшим, умнейшим, опаснейшим и красивейшим, черт возьми!
— Поверь, я многое могу тебе предложить, — она облизала губы и подалась вперёд, но лезвие у горла не позволяло двигаться. И тем не менее, она очень хотела заманить его в свои сети, причем уже не только ради выживания. Конечно потом она его убьет, ведь он единственное препятствие для Безликого.
— Это хорошо, — поддался он на этот шепот. Но поддался ли? Ощущение, словно это она была поймана в его сети, потому что лишь об этом говорила его хищная улыбка.
Но на деле, что странно или нет, он порезал ножом уже не кожу, а лямку майки, в которую её переодел, чтобы Валанди не просто голодала — мерзла в этом богами забытом месте. Лямка поддалась и спала, приоткрывая верхнюю часть груди. Сектар ясно дал намёк, и если Валанди подумала, что он победил, как по мысленному приказу в подвал вошли трое мужчин.
— Что-нибудь слышала о порножурналах? Как насчет сделать пару снимков? Не со мной, разумеется. С моими друзьями. А я пока загримирую тебя, подправлю волосы, — вторая лямка слетела вниз, пока пришедшие мужчины, крутя в руках небольшие коробочки — во тьме не видно — хихикали, как будто порыкивали изголодавшиеся псы при виде кости.
— Конечно, я попозирую, — храбрилась Валанди, даже встала в позу, но её страх опять выдали дрожь в ногах и быстрый взгляд на вошедших и на окно.
«Брайан, черти тебя раздери, где вы?!» — вопило сознание. Она понимала, к чему все идёт, и если ее парни опоздают, после всего убьет и их.
— Я выберусь отсюда, и ты пожалеешь, что не воспользовался шансом со мной договориться, — лучезарно улыбнулась Валанди — страх свой ни за что не покажет ему.
И в этот момент выматывающим ожиданиям пришел конец — с улицы донеслись выстрелы, сначала отдаленные, они все приближались, и можно было понять, что стрельба перебралась уже в дом. Улыбка Валанди стала ещё шире, и страх из глаз наконец-то пропал — бандиты пришли за своей госпожой.
— Оставь этих троих парней, чтобы они развлекли меня, пока пойдешь проверять, что за шум во дворе.
— Думаю, ты права, — улыбнулся Сектар, словно его вообще не волновало, что там происходит. Разве его защиту не пробили? Разве он не позаботился о том, чтобы их не нашли?
Нет, просто так Сектар бы не стал опасным противником, с которым никто связываться не хотел. Просчитывать всё на шаг вперед — его конёк. Он не пешка и даже не слон — король. И эта королева ему не страшна.
— Они не умеют быть нежными, как я. Так пусть тебе хоть что-то останется с этого вечера. Мальчики!
И Сектар отошел, а на его месте встали ребята, один из которых всё же остался зрителем того, что сейчас будет происходить. Зато теперь ясно, что было у него в руках — фотоаппарат.
— Оставьте живой, но если нужно укоротить пальцы или отрезать буйную конечность — знаете, где бензопила.
— Пила? Да вы любите большие игрушки, — Валанди проводила насмешливым взглядом Сектара и посмотрела на троих мужчин. Осталось только достаточно долго от них отбиваться, чтобы ее успели вытащить. — Что мне нужно делать? Вы хотите, чтобы я отбивалась или была покорной? Мне стонать, как шлюха, или вы желаете услышать крики ужаса?
Она закричала, что есть мочи, чтобы ребята наверху ее услышали. Умение драться ей сейчас не поможет: руки прикованы к стене, а тело ослабло от двух дней голодовки. Могла уповать только на помощь своих людей. Однако крик ее оборвала увесистая пощёчина. Валанди даже пошатнулась от такого удара и чуть не упала. Она сплюнула кровь от разбитой губы и резко посмотрела на ударившего. Ее испепеляющий взгляд говорил, что он умрет первым. Мужчина вновь замахнулся, но она его опередила и ударила ногой в пах, а затем по лицу, когда он согнулся. Однако ему на помощь подоспели остальные.
Валанди получила ещё несколько хороших ударов, прежде чем раздался взрыв, и решетка на окне вместе с приличным куском стены отлетела. Ей пришлось отвернуться, чтобы защититься от посыпавшейся в разные стороны каменной крошки, а когда вновь обратила внимание на свою тюрьму, внутри находились Брайан и ещё несколько людей, а трое несостоявшихся насильников лежали мертвыми. Ее самый верный подчинённый освободил свою госпожу от оков, отдал свой плащ, прикрывая наготу, и передал маску Безликого.
— Госпожа, я пришел спасти Вас, — преклонил он колено перед Валанди.
— Почему так долго? — взъелась она, но остановила себя от удара. Всё-таки унаследовала долю доброты от матери. Вместо Брайна она пнула труп того громилы, который ударил ее по лицу. — Этого я хотела убить сама.
И пока они говорили, раздался новый шквал взрывов, да помощнее тех, что были до этого. Сектар уже давно ускользнул из этого места, но лишь для того, чтобы привести в исполнение план «Б».
Пока
