опять зашел в монтажный цех и увидел, что от огромной чаши почти ничего не осталось. Вместо нее портальные краны переносили в ту часть цеха, над которой была сделана открывающаяся крыша, огромные сигарообразные тела. «Ракеты! - подумал я. - Но почему же они разобрали чашу, которая должна была сделаться спутником?» На это мне ответил тот же инженер, с которым я уже однажды здесь разговаривал:
- Вместо того, чтобы «втаскивать» спутник на орбиту, мы предусмотрели такую конструкцию ракет, которая позволит после того, как они взлетят и выйдут на орбиту, разобрать их внешние оболочки и собрать из них параболоид, который вы уже видели во время контрольной сборки. Этот параболоид и будет являться рефлектором.
Внезапно инженер, взглянув на часы, поспешно ушел.
Рефлектором? Но для чего этот рефлектор? Пока я думал, у кого бы мне спросить об этом, неожиданно рядом раздался голос, показавшийся мне знакомым.
Я обернулся, рядом со мной стоял тот самый молодой пассажир, с которым я летел сюда.
- Ну как, удалось вам разобраться, обычный это спутник или нет?
Обрадованный его появлением, я поделился своими наблюдениями, однако сознался, что так и не понял назначения спутника.
Инженер весело улыбнулся:
- Ну, если вы знаете, что будущий спутник будет представлять собой рефлектор, об остальном уже нетрудно догадаться.
- Для чего же используется рефлектор?
- Чтобы отражать свет и тепло.
- Значит?…
- Совершенно верно,- кивнул он, видя, что я начал догадываться. - По орбите с перигелием около 15 тысяч километров будет перемещаться искусственный спутник Земли - рефлектор-параболоид. В его фокусе будет помещен шар диаметром около 30 метров из двух веществ, доведенных до плотности 8,0. Найденный нами способ замедления термоядерной реакции, основанный на идеях, высказанных еще в 1950 году Сахаровым и Таммом, позволяет осуществить процесс синтеза этих веществ и растянуть его приблизительно на 20 лет.
- То есть вы хотите сказать, что в течение двадцати лет этот необычный спутник будет изливать на землю потоки света и тепла из тридцатиметрового… «шарика»?
- Да, тридцатиметровый «шарик», как вы говорите - это не так уж мало. Согласно известной формуле Эйнштейна об эквивалентности массы и энергии, 1 килограмм массы, будучи полностью преобразован в энергию, эквивалентен 25 миллиардам киловатт-часов. Следовательно, наш спутник, несмотря на то, что мы пока можем осуществить лишь двадцатипятипроцентные превращения, в процессе синтеза будет давать каждому квадратному километру земной поверхности за счет лучеиспускания количество энергии, эквивалентное 250 миллионам киловатт-часов.
Эта цифра потрясла меня: новый спутник будет давать четверть того, что дает Солнце!
Я уже видел Землю освобожденной от ледяных шапок-полюсов и получившей за счет этого дополнительные площади, больше чем в два раза превышающие территорию Европы; благодаря исчезновению арктических и антарктических холодильников стабилизируется погода; повсюду снимают по два - три урожая в год; чудесные пляжи на побережье Северного Ледовитого океана, банановые рощи в Якутии и виноградники в Гренландии. Значительное повышение температуры и общее смягчение климата порождают новые архитектурные решения, и люди вместо современных толстостенных домов повсюду возводят легкие. изящные сооружения, пронизываемые сиянием двух солнц.
Холода больше нет, и человечество вместо толстых, тяжелых тканей одевается в легкие, красивые одежды…
Однако множество вопросов еще оставались неясными: какова будет температура в точках пересечения двух экваторов? Какие последствия принесет поднятие уровня мирового океана вследствие таяния гигантских масс льда? Нельзя ли использовать второе солнце в качестве отражающего объекта для целей дальнего телевидения?
Спустившись по лесенке туда, где собирались ракеты, я обратился к инженеру, руководившему здесь работами:
- Неужели может существовать такой материал, который в состоянии выдержать те колоссальные температуры, которые будут иметь место при термоядерной реакции? Ведь параболоид обратится в пар?
Он улыбнулся.
- На внутренней поверхности параболоида нанесено специальное покрытие с коэффициентом отражения по всему спектру, равным единице, что исключает даже малейшее нагревание конструкции.
Так же уверенно инженер ответил и на остальные интересовавшие меня вопросы.
Наконец, наступил день, когда у подножия уходящих ввысь ажурных опор пускового сооружения собрался весь штаб строительства во главе с автором проекта Беловым - так звали моего молодого попутчика, о котором я уже говорил. Пассажирский лифт в несколько секунд домчал всех нас до стартовой площадки на трехсотметровой высоте.
Все сооружение несколько напоминало лыжный трамплин, только было во много раз больше, и не обрывалось в том месте, где лыжник начинал свой прыжок, а переходя в низшей своей точке как бы в ряд туннелей, опять устремлялось ввысь. Эти туннели - я уже знал - были не что иное, как гигантские соленоиды, автоматически включавшиеся самими ракетами. Добавочное ускорение, которое приобретут ракеты в этих соленоидах-туннелях, должно позволить им более плавно перейти к режиму полета за счет действия реактивных двигателей.
- Ну, что же, новоявленный Прометей, все в порядке, зажигайте свое солнце, - за шуткой попытался скрыть волнение кто-то из приехавшей комиссии.
Белов подошел к стартовому щиту, взглянул на часы, помедлил мгновение и четко бросил в микрофон:
- Внимание!… Включаю пусковые автоматы! - И положил руку на рубильник.
…Одна за другой срывались ракеты с вершины стартовой площадки и, набирая скорость, все быстрее и быстрее заскользили по наклонным желобам, влетали в туннели соленоидов, и в самом конце пути, опережая рев реактивных двигателей, огненными стрелами уносились вверх.
* * *
- Вот что я могу вам рассказать об одном из этапов работы, как видите, теперь уже завершенной,- закончил свой удивительный рассказ журналист, обводя глазами людей, столпившихся на палубе, залитой светом двух солнц.
This file was created
with BookDesigner program
bookdesigner@the-ebook.org
19.01.2024
