В последние сутки, пока стрелка все ближе подползала к черте, отмечающей конец пребывания сотрудников станции на искусственном спутнике, они следили за ней, едва сдерживая нетерпение. Скоро они присоединятся к своим братьям на Новой, смогут жить без этого купола, который оберегал их, но в то же время постоянно напоминал, что за его стенами царит космическая пустота и смерть. Прилетев на Новую, они смогут наконец свободно гулять под открытым небом, дыша всей грудью, они вновь будут такими же людьми, как другие, а не только космонавтами…
Двадцать лет назад, когда произошло великое переселение обитателей четвертой планеты, тем, кто оставался на научной станции, казалось, что им предстоит провести там целую вечность. Между ними и всеми улетевшими людьми зияла страшная космическая бездна, и все их мысли были прикованы к далеким друзьям. Но сегодня, в час отлета, этот мир, который они должны были покинуть навсегда, стал им словно ближе и роднее. Никогда больше не будут они бродить по необъятным просторам родной планеты, не будут нетерпеливо следить за медленным приближением стрелки к серебристой черте, указывающей день и час старта. Прощай, умирающая планета…
Ас, руководитель группы, поднял руку.
— Друзья, через несколько минут мы покинем это детище старой планеты и направимся к нашей великой семье. Мы выполнили все, что нам было поручено. Теперь мы готовы к отлету. Эд, следи за указателем!
Эд поднялся на площадку в центре зала, где были установлены вычислительные машины, Как и все остальные, он был одет в сияющий голубой костюм из лучевой ткани. Воцарилась тишина, которую нарушало только равномерное тикание — это торопились последние секунды. Все взоры были прикованы к серебристой черте. Казалось, стрелка пульсирует, как живая, спеша к своей цели.
Когда она слилась с серебристой чертой, Эд нажал на кнопку вычислительной машины. Равномерное тикание умолкло. Вместо него раздался мелодичный свист, медленно нарастающий до самых высоких звеняще-победных нот. Это был сигнал окончательного прекращения всех работ станции. Стрелка на большом табло замерла. Хотя ни одному человеческому взгляду, возможно, не было суждено ее увидеть, она должна была навеки отметить тот миг, когда всякая деятельность людей закончилась здесь навсегда. И одновременно в космолете ожила и начала свой путь другая стрелка, которой предстояло размечать всю жизнь экспедиции вплоть до посадки космического корабля на далекой Новой.
Отлетающих было около двадцати человек. Космолет, построенный еще в те времена, когда на мертвой ныне планете кипела жизнь, мог вместить втрое большее количество людей, так что космонавтам было на нем непривычно просторно. Они давно уже привыкли к тесноте. Не все ли равно, где жить — под закрытым куполом или в салонах и отсеках космолета? Впрочем, нет — в космическом корабле они чувствовали себя гораздо уютнее. Ведь он помчит их к великой человеческой семье…
Каждый из космонавтов знал корабль как свои пять пальцев. В течение двадцати лет они старательно за ним ухаживали и так часто летали на нем вокруг старой планеты, что он стал для них родным домом.
Как только все заняли свои места, Ас, стоявший у пульта управления, заговорил, с трудом сдерживая радость:
— Итак, в путь, друзья! Сперва по старому обычаю облетим нашу родину, а потом направимся к новому дому.
Космолет оторвался от искусственного спутника и полетел к мертвой планете. В иллюминаторах все яснее вырисовывались пустынные просторы. Совершая последний круг, космолет мчался почти над самой поверхностью планеты. Внизу проплывал ландшафт, с детства знакомый космонавтам. Они видели его на картах в школе, не раз перерисовывали в свои тетради, смотрели на него с микропланов, на которых многие семьи совершали в свободные дни воздушные экскурсии.
Невысокие бурые горы, обтесанные и сглаженные ежедневной резкой сменой зноя и мороза, пустые глазницы исчезнувших водоемов, широкие русла высохших рек, такие родные, геометрически правильные линии покинутых городов, стены из белого металла, сеть главных каналов, заросших карликовым, почти черным кустарником, который завладел теперь всей планетой…
Молча и печально смотрели космонавты на этот некогда цветущий мир, который им не суждено было больше увидеть. В библиотеках космолета хранились последние свидетельства о гибели четвертой планеты. Каждая пядь ее поверхности была заснята на кинопленку, недра тщательно изучены, все, что произошло здесь за последние десятилетия агонии, было зафиксировано в трагическом, но бесконечно важном собрании документов. Просторы планеты превратились теперь в гигантский музей, никем не охраняемый и не посещаемый, кроме редких метеоритов, столь же безжизненных, как и он сам.
Когда лет тридцать назад было принято решение о всеобщем переселении на Новую, все обитатели планеты начали трудиться с удвоенной энергией. Признаки, предвещавшие катастрофу, появились уже давно. Моря постепенно высыхали, а вместе с ними исчезали и реки. Заводы не успевали вырабатывать необходимую для жизни воду. Густая сеть каналов, созданная трудом многих поколений, больше не могла удовлетворять потребности населения. Все невыносимее становился холод, хотя планета была прикрыта тепловым экраном, потреблявшим неимоверное количество энергии. Где-то в самых верхних слоях атмосферы происходили изменения, которые люди не могли бы предотвратить, даже если бы им и удалось их объяснить. Она становилась все более разреженной, и сквозь нее начинали проникать смертоносные космические лучи. Небо постепенно темнело, как бы предвещая несчастье. И тогда было принято решение о переселении. Планета, на которой жизнь развивалась в течение миллионов лет, население которой так гордилось своими достижениями, была обречена стать такой же пустынной и мертвой, как замерзшие планеты, затерянные на самых далеких орбитах.
К переселению готовились несколько лет. Тогда же на двух искусственных спутниках, запущенных на орбиту еще в эпоху первых космических полетов, были оборудованы лаборатории и жилые помещения для научно-исследовательских групп, которые получили задание тщательно изучить новые природные явления на умирающей планете. Первая группа ученых улетела, проработав на спутниках десять лет. А сейчас, еще десять лет спустя, отсюда улетали последние представители человеческого рода. Они улетали, радуясь мысли о встрече с желанным новым миром, и в то же время сердца их сжимала тоска разлуки с колыбелью их цивилизации.
Космический корабль завершил круг, но тут же начал новый.
— Ас, отключай автомат! — крикнул Эд. — Я не могу выйти на нужный курс!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
