вскакивало и начинало с лаем бросаться на дерево. Положение было
совершенно идиотское. Я поглядел на часы. Я сидел на дереве уже больше
двух часов. Ни покушать, ни отлить. Я устроился поудобнее и решил почитать
газету, которую купил по дороге и сунул в карман. Как ученого, меня больше
всего интересовали новости науки и техники. Я сразу открыл газету на
нужной странице и прочитал:
"МАШИНА, ПОДЕЛИСЬ С ЧЕЛОВЕКОМ"
Какой-то малограмотный журналист писал:
"Недавно мы в редакции узнали, что в лаборатории "ZZZ" проводят
необыкновенные исследования. Я отправился туда, чтобы познакомить наших
читателей с последними достижениями науки..."
- Фу! Как они пишут! - плюнул я. Внизу тявкнула собака. - Хоть ты
послушай, - сказал я ей, - как они пишут:
"... В здании лаборатории меня тщательно обыскали и проверили документы.
- Вам придется переодеться в эту форму, - сказал мне начальник службы
безопасности и протянул серебристого цвета комбинезон с гермошлемом и
антенной на затылке.
- Расскажите, пожалуйста, нашим читателям, что же это все-таки за форма?
спросил я, приставляя ко рту собеседника диктофон.
- А вот этого не положено, - сказал строго Петр Семенович, нажимая пальцем
на кнопку "стоп" и забирая мой диктофон в свои руки. - По инструкции
диктофоном пользоваться не положено. Можно пользоваться старым добрым
карандашом. Кроме того, вы можете пронести в диктофоне недозволенные вещи
- взрывчатку или радиоактивный изотоп. - Он вытащил из диктофона
батарейки, оторвал крышку, переломил пополам кассету, вырвал кнопки и
вскрыл ножиком корпус. - Ну что ж... ничего недозволенного не обнаружено.
- Петр Семенович ссыпал остатки в полихлорвиниловый пакетик. - На обратном
пути заберете.
Я надел скафандр и двинулся вслед за Петром Семеновичем Савинковым. Мы
переговаривались по радиоустройству, вмонтированному в гермошлем.
Радиоустройство работает так. Напротив рта в гермошлеме установлен
микрофон. Звук из микрофона попадает по проводам в антенну гермошлема и
оттуда посылается на антенну другого гермошлема. По антенне другого
гермошлема сигнал поступает в наушники, расположенные в гермошлеме по
бокам ушей. Громкость посылаемого сигнала регулируется с помощью тумблера,
который находится снаружи гермошлема, вместо правого уха. За плечами
скафандра висят два увесистых баллона с жидким кислородом. Кислорода в
баллонах хватает на три часа автономного дыхания. Подачу кислорода в
гермошлем можно регулировать краном на шее. Впереди на животе укрепляется
пластиковый резервуар с прохладительными напитками. Все устроено на
редкость просто и гениально - хватаешь зубами резиновый загубник,
нажимаешь на кнопку на животе и в рот начинает поступать прохладительный
напиток. Кстати, кнопок на животе несколько. Хочешь, например, попить
минералки - нажимаешь синюю кнопку, хочешь фанты или пепси-колы жмешь
соответственно желтую или коричневую.
- Это еще не все, - говорит мне в наушники гермошлема Петр Семенович.
Вскоре можно будет принимать не только прохладительные напитки, но и
горячее питание - горячий питательный бульон.
- Все мне, Петр Семенович, в вашем скафандре нравится, - говорю я в
микрофон. - Вот только ботинки уж больно тяжелые. Почему так?
- Это потому, - обьясняет Петр Семенович, - что подошвы ботинок сделаны из
сильных магнитов.
Савинков вытащил из кармана ножницы, положил их на середину стола и задрал
ногу вверх. Ножницы, как скоростная гоночная машина Формула-1, сорвались с
места и понеслись к подошве. Блямс! - они прилипли к ботинку.
- А теперь попробуй отдери, - услышал я в наушниках.
Я не только не смог отодрать ножницы, но не смог их даже сдвинуть с места!
- Ха-ха-ха! Теперь - добродушно засмеялся Петр Семенович, - их голыми
руками не отдерешь. Нужен специальный прибор "Магнитодав".
Савинков вытащил из нагрудного кармана продолговатую трубку, напоминающую
оригинальную шариковую ручку, направил кончиком к себе на подошву,
передвинул рычажок и ножницы с грохотом упали на пол.
- Карманный Магнитодав направленного действия, - пояснил Петр Семенович.
Есть еще стационарные Магнитодавы, радиусом действия до тысячи метров. Но
они сильно много жрут электричества и поэтому используются только в самых
чрезвычайных обстоятельствах.
- А для чего, Петр Семенович, нужны на подошвах магниты?
- Для того, - говорит Петр Семенович, - чтобы ходить по стенам и потолку.
На стенах и на потолке имеются специальные железные пластины, по которым
можно ходить.
- А не может случиться так, что вот мы заберемся на потолок, - а
кто-нибудь возьмет и включит Магнитодав?
- У нас случайностей не бывает... Вы курите?
- Курю, - признался я.
- Перекурим?
- Мы же в скафандрах!
- Видите, у вас на левой руке чуть ниже локтя красную кнопку?
- Вижу?
- Нажмите ее два раза.
Я нажал кнопку один раз, внутри гермошлема послышалось жужжание, из-под
микрофона вылез механический отросток с сигаретой и вставил ее мне в рот.
Я нажал кнопку снова. Чирк - и на конце отростка показался язычок пламени.
Я прикурил, затянулся и выпустил дым. В первую минуту ничего не стало
видно, потому что гермошлем наполнился густым дымом. Но уже в следующее
мгновение послышался свист и гермошлем очистился от дыма и наполнился
новым кислородом.
- Потрясающе! - сказал я.
- Иногда, - пояснил Петр Семенович, - приходится работать круглые сутки,
не снимая скафандра, и поэтому нужен комфорт.
- Только если б я знал, - пошутил я, - я бы попросил укомплектовать мой
скафандр гаванскими сигарами.
- Ха-ха-ха! - громко засмеялся Савинков.
У меня зазвенело в ушах и я сделал потише, покрутив ручку на гермошлеме.
Мы подошли к массивной железной двери, над которой висела табличка:
ЗОНА Z
Петр Семенович позвонил в звонок.
- Сейчас к нам присоединится старший научный сотрудник Эдуард Витольдович
Петлис. Дальше пойдем с ним.
Железная дверь шумно отъехала в сторону и перед нами открылся длинный
коридор. Сбоку у стенки на стуле сидел в оранжевом скафандре человек и
курил. Заметив нас, скафандр встал и протянул руку в серебристой перчатке.
- Эдуард Витольдович, - услышал я в наушниках, - старший научный
сотрудник.
- Назаров, - я пожал перчатку, - корреспондент газеты "Электрические
Колебания Сегодня". Расскажите, пожалуйста, нашим читателям, что у вас тут
происходит, какими исследованиями занимается ваша лаборатория?
- Для того, чтобы вам было понятнее, я предлагаю пройти в одно из наших
подразделений, - ответил Петлис. - Там вы собственными глазами посмотрите
на то, чем мы занимаемся вот уже несколько лет.
Мы пошли по коридору.
- Наша лаборатория, - начал Петлис, - занимается проблемой расширения
возможностей человека. Давным-давно человек создал машину по своему образу
и подобию. Когда этот процесс только начинался, машины были хуже человека,
умели гораздо меньше, чем человек. В процессе усовершенствования, машины
становились все лучше и лучше. К настоящему моменту машины овладели такими
функциями, которые человеку недоступны. Суть наших исследований
заключается в том, чтобы найти возможности взять у машины и дать человеку
то, чего он не может.
- И что же у вас получается?
- Пока что мы проводим эксперименты с животными. Мы придаем животным
некоторые функции, присущие машинам... Впереди еще долгие годы
исследовательской работы, но и сейчас уже можно смело сказать, что наше
направление является приоритетным в науке и технике..."
- Да что вы говорите! - воскликнул я. - Шарлатаны!
Внизу тявкнула собака.
- Слушай дальше, сволочь...
"Мы подошли к еще одной железной двери, на которой было написано:
ЗОНА ZZ
Петлис нажал на скрытую в стене кнопку и дверь отъехала в сторону.
- Прошу, - он рукой пригласил нас пройти.
Мы прошли внутрь. Вдоль стен располагались клетки. В клетках сидели,
стояли и расхаживали животные.
- Подойдемте поближе, - предложил Петлис.
Мы подошли к клетке с крокодилом.
- Нет ли у вас какой-нибудь бумаги? - спросил Петлис.
- Возьмите, - я протянул ученому блокнот и карандаш.
- Карандаш не нужен... Смотрите внимательно. - Петлис сунул блокнот в
пасть крокодилу. Пасть захлопнулась и тут же раскрылась. Мой блокнот
оказался прошит большой железной скрепкой. - Крокодил-степлер, пояснил
Петлис.
- Как это?
- Мы передали этому крокодилу функцию канцелярского прибора.
- Потрясающе! А скрепки он сам вырабатывает или ему их надо вставлять?
