Положение, разделив всех заключенных на три категории (осужденные за преступления, не имевшие корыстного характера; осужденные за преступления корыстного характера: рецидивист той и другой группы), установило четыре разряда (испытуемых, исправляющихся, образцовый, штрафной). Первоначально заключенные всех трех категорий помещались в разряд испытуемых, затем они (при наличии установленных оснований и условий) переводились коллегией места заключения сначала в разряд исправляющихся, затем (только осужденные на срок свыше трех лет) в разряд образцовых. Основанием перевода в разряд исправляющихся являлось обнаружение признаков исправления, о чем свидетельствовала, по смыслу Положения, во всех отношениях удовлетворительная характеристика заключенного. Для перевода из разряда исправляющихся в образцовый разряд необходимо было, чтобы поведение заключенного и его успехи в течение не менее трех месяцев характеризовались как отличные и за все время пребывания в разряде исправляющихся он не подвергался дисциплинарным взысканиям.
Устанавливалось также, что перевод из разряда в разряд осуществляется не ранее определенного срока пребывания в предыдущем разряде. Длительность этого срока зависела от того, к какой категории относился тот или иной заключенный. Так, перевод в разряд исправляющихся мог быть осуществлен только после отбытия в разряде испытуемых: заключенными третьей категории – 1/2 срока наказания; второй – 1/3; первой – 1/4, но не менее трех месяцев.
Для заключенных, отличающихся хорошим поведением и успехами, распределительная комиссия по ходатайству коллегии места заключении могла сократить (но не более чем наполовину) указанные обязательные сроки пребывания в разряде испытуемых. Перевод в образцовый разряд производился при условии пребывания в разряде исправляющихся не менее шести месяцев.
В штрафной разряд переводились те заключенные из разряда испытуемых, которые в течение времени их испытания не обнаружили исправления, а также заключенные разряда исправляющихся за плохое поведение. В штрафном разряде заключенные содержались не менее трех месяцев, после чего, если обнаруживалось их исправление, могли переводиться в разряд испытуемых, а затем на общих основаниях и в более высокий разряд.
Предусматривало Положение и возможность (в порядке дисциплинарного взыскания) обратного перевода, из более высокого в более низкий разряд.
Необходимо также отметить, что заключенные могли быть освобождены досрочно только из разрядов образцового и исправляющихся, что должно было стимулировать их стремление переходить в эти разряды.
Наконец, положение заключенного при переводе в более высокий разряд улучшалось посредством увеличения числа свиданий, посылок, передач, выписок, отправляемых писем, возможностью получения отпуска.
Основным недостатком прогрессивной системы, предусмотренной Положением 1920 года, являлось, как это отмечалось в литературе того и последующих периодов, отсутствие «четкого классового характера», несоответствие ее «классовой судебно-исправительной политике»[2]. В результате, как считал, например, А. Сольц, «буржуа, взяточники, нэпманы, церковники – все «образцовые» арестанты «примерного» поведения пользуются всеми тюремными льготами по сравнению с «необразцовыми» и «непримерными» рабочими, красноармейцами и крестьянами»[3].
У нас нет оснований в целом оспаривать вышеприведенные мнения. Однако мы считаем необходимым заметить следующее.
1. В литературе совершенно справедливо отмечаюсь, что, «положив в основу отбытия лишения свободы прогрессивную систему, советское пенитенциарное право придало ей, однако, ту своеобразную «форму, которая дает справедливые основания к названию этой системы советской… Прогрессивная система приобретает в советских местах заключения совершенно иное содержание, чем в тюрьмах капиталистических стран[4]. Остается добавить, что прогрессивная система в целом не могла не носить классового характера уже потому, что должна была осуществляться в учреждениях классового Советского государства, руководимых представителями господствующих классов, проводивших классовую политику государства.
2. Наряду с общими местами заключения в то время существовали еще и лагеря принудительных работ, созданные на основании директив ВЦИК от 15 апреля и 17 мая 1919 года. В этих лагерях находились лица, обвинявшиеся в спекуляции, саботаже, в преступлениях по должности; заведомые угнетатели и эксплуататоры народного труда, и приверженцы буржуазного и царско-дворянского строя. Более четверти всех штатных мест заключения приходилось на эти лагеря[5]. Кроме того, были еще и особые лагеря (например, соловецкий лагерь особого назначения, созданный в 1920 году), в которых по постановлениям ВЧК должны были содержаться до конца гражданской войны члены контрреволюционных организаций, белогвардейцы, реакционное духовенство. Другими словами, классовые враги в основном содержались не в общих, а в специальных местах заключения. Предусмотренная же Положением 1920 года прогрессивная система должна была применяться только в общих местах заключения, в которых в основном содержались заключенные из трудящихся[6].
3. К сожалению, прогрессивная система, предусмотренная Положением 1920 года, в силу ряда причин в основном не применялась. Поэтому о недостатках ее можно говорить лишь в чисто теоретическом плане. Что же касается некоторых излишеств, которые действительно допускались в содержании ряда заключенных, то это обстоятельство ни в коей мере не было связано с недостатками прогрессивной системы как таковой.
Обобщая изложенное, мы приходим к выводу, что прогрессивная система, в той форме, как она была предусмотрена Положением 1920 года, имела ряд недостатков. Однако значение Положения 1920 года, с точки зрения рассматриваемого нами вопроса, определяется, прежде всего, тем, что в нем подчеркивалась принципиальная необходимость отбывания лишения свободы на основе прогрессивной системы, была разработана четкая система разрядов, детализированы основания, условия и порядок перехода из разряда в разряд.
В принимаемых в последующие годы нормативных актах также подчеркивалась необходимость отбывания лишения свободы на основе прогрессивной системы, хотя сам термин «прогрессивная система» и не употреблялся.
Так, подписанный В. И. Лениным декрет СНК от 21 марта 1921 года «о лишении свободы и о порядке условно-досрочного освобождения» устанавливал в качестве общего принципа возможность перевода исправляющихся заключенных» от более строгих форм изоляции к менее строгим, вплоть до досрочного освобождения».
5 апреля 1922 года НКЮ РСФСР принимает Положение о переходных исправительно-трудовых домах, в соответствии с которым в эти учреждения переводились из общих мест лишения свободы заключенные, приговоренные на срок более трех лет – только из разряда образцовых; до трех лет – и из разряда исправляющихся. Согласно уставу трудовых колоний РСФСР, утвержденному НКЮ в июне 1922 года, в них также могли переводиться из общих мест лишения свободы заключенные образцового разряда и разряда исправляющихся. Появляется возможность изменять условия содержания осужденных не только в пределах одного ИТУ, но и посредством перевода их в другие исправительно-трудовые учреждения. Прогрессивная система дополняется новыми элементами.
Таким образом, мы прослеживаем четкую линию законодателя на индивидуализацию исполнения наказания и, в частности, посредством отбывания его на основе прогрессивной системы. Не было принципиальных возражений против прогрессивной системы как таковой в работах того времени по пенитенциарии[7], а также со стороны практических работников. Поэтому первый советский Исправительно-трудовой кодекс – ИТК РСФСР 1924 года – не только не отказался от основных принципов отбывания лишения свободы, предусмотренных Положением 1920 года и последующими нормативными актами, а напротив, прямо указал, что «применение мер социальной защиты в исправительно-трудовых учреждениях организуется по прогрессивной системе» (курсив наш. – Ю. Я.), и закрепил развернутую систему изменения условий содержания заключенных. В ст. 50 ИТК указывалось, что режим в местах заключения строится по прогрессивной системе так, чтобы в зависимости от характера и свойств заключенных и продолжительности их пребывания в исправительно-трудовых учреждениях, они могли в большей или меньшей мере проявлять свою самодеятельность и инициативу. Тем самым впервые делается попытка (хотя и не совсем удачно) определить цели прогрессивной системы.
В соответствии с ИТК положение заключенного зависело от трех моментов: вида места заключения, в котором находился заключенный, категории, к которой он был причислен, и разряда, в котором он состоял.
