сто метров и вовсе остановилась и спустилась вниз. Привязала лошадь к дереву. Оглядываясь словно воришка, направилась к зданию, где стоял вожделенный артефакт.
Проскользнула в просевшие от времени и от того приоткрытые двери — за столько столетий, святилище без драконов обветшало — ведь маги не обновляли ничего тут, несмотря на то, что пользовались артефактом. Магички по завету предков не должны были посещать данное место, а мужчинам как — то было всё равно, что станется с драконовым наследием!
Сердце глухо забилось в груди и отдало сладким предвкушением — томлением и ожиданием чего — то удивительного, когда в центре залы увидела артефакт, изготовленный из прозрачной бэшры[4] в виде парящего дракона, который словно для меня засветился зелёным.
Подошла ближе и разрезала ладонь припасённым ритуальным хверином[5] зажмурив глаза. Недолго думая приложила свою ладонь к артефакту, от которой тонкой струйкой стекала кровь.
В момент прикосновения моей ладони артефакт засветился всеми цветами радуги, освещая всё пространство вокруг, а я словно заворожённая смотрела только в одно место. В глаза дракона — артефакта.
Они притягивали и звали меня, обещая и напевая странную мелодию, бередя и затрагивая все струны моей души.
От этой мелодии разливалось тепло в груди. Мне хотелось вечно стоять вот так и смотреть только на него, как вдруг, внутри артефакта мелькнуло что — то и чары развеялись.
Я испугалась, но одновременно хотелось увидеть, что это было. Посмотрела вновь в артефакт и увидела блеск чешуек и светящиеся золотом глаза, с чёрным продолговатым зрачком, которые смотрели прямо на меня совершенно не мигая.
Наши взгляды встретились и я испугалась ещё сильней, поэтому сделав пару шагов назад я развернулась и побежала к выходу.
О, Великая Грэмма[6] что я наделала! До меня только сейчас начало доходить суть произошедшего и теперь мне отступать некуда — мне нужно будет явиться на испытание.
Стоп! Резко затормозила перед дверью. Я вспомнила, что в книге рядом с артефактом должно быть записано имя и род того, кто идёт на испытание.
Я боялась снова встретить взгляд дракона, но артефакт деактивировался, чему я несомненно была рада.
Взяла перо в руку и задумалась — поставить имя братца или всё же своё. Была не была! Поставлю своё. Если опозорюсь — граф точно не возьмёт меня в супруги.
Кивнула своим мыслям в согласие и написала:
— Арлея Бердже Оффрийская. Род Старкенд.
Ну вот и всё. Назад пути нет.
* * *
Не смотря, что вчера я легла далеко за полночь, проснулась рано.
Очень чесалось левое запястье и я не понимала почему, пока не посмотрела на него — на моей коже проступали какие — то символы и рисунок, правда ещё не чёткий, едва заметный. Значит вот так артефакт показывает, что участник прошёл дальше? Интересно, а когда стану адепткой Академии Драконов, поменяется рисунок? Откинув одеяло уселась в кровати, свесив ноги.
По моим соображениям братец ещё спит, что совсем неудивительно, я видела вчера, как слуги ему в спальню тащили несколько бутылок с берийским вином, а это значит, что он сегодня будет спать очень долго. И костюма быстро не хватятся — слуги боятся заходить к нему, пока он спит.
Итак, пробую стащить костюм. Прячась от служанок, добралась до правого крыла имения, которое считалось мужским. Так крадучись я добралась до покоев Фреджа. Тихонько скрипнула дверью, прошла тихо внутрь спальни и когда скрипнула половица под ногами — я вздрогнула и покосилась на спящего Фреджа затаив дыхание — боялась прервать его сон, но он всего лишь повернулся с боку на бок и пробормотав что — то, захрапел дальше.
Сняла костюм с вешалки, затолкала его в тканевый мешок, а затем покинула покои братца, возвращаясь тем же путём, что и пришла. Выдохнула только тогда, когда оказалась у себя в комнате.
Кинула вещмешок под кровать и сняв наряд хотела лечь назад в кровать — никто не должен даже подозревать, что я не спала. И тут постучали тихонечко в дверь — так обычно делает мама.
Пнув вещмешок подальше я запрыгнула в кровать и прикрывшись одеялом притворилась спящей, хотя мне это было сделать очень трудно — сбилось — дыхание и сердечко ухали вниз со скоростью ветра.
— Доченька, — мамина ладошка ласково коснулась моей щеки, призывая раскрыть глаза, — Арлея, проснись, — её руки запутались в моих волосах ласково теребя.
Раскрыла глаза и сделала сонный вид — сощурила взгляд и тихо прошептала, чтоб мама не поняла, что лгу:
— Яркого утра, матушка!
— Арлея, прости Бетрарда[7], он был груб с тобой вчера и не отдавал отчёт в выражениях.
— Матушка, всё хорошо, я всё понимаю, — опустив взгляд вниз ответила ей и пряча левое запястье под одеялом.
Матушка и сама была в не лучшем положении и не имела права голоса в решениях. Когда умер отец её принудили выйти замуж за Бетрарда Оффрейского, барона, имеющего свои наделы земли и имение, поскольку мамин род остался без главы и был разорён более сильными магами.
— Ты пойдёшь с нами на церемонию открытия второго испытания?
В ответ я лишь помотала головой в отрицательном жесте — мне не хотелось лгать ещё больше. Но узнав правду, она расскажет главе — она не может врать ему, он же приставит охрану. Поэтому всё же ответила добавив короткое:
— Не в этот раз, матушка.
— Понимаю.
— Я тебя люблю, мой цветочек.
И обхватив ладонями моё лицо поцеловала меня в лоб, обдавая своим теплом и ароматом. Пути назад нет. Мама. Возможно мы больше не увидимся, когда я объявлюсь на испытании в качестве участника и окажусь среди изгоев. Я уверена, что после того как прочтут моё имя в участниках, я буду изгнана из рода, не поможет даже то, что моя мама — жена главы рода. Мысленно попрощалась с ней.
— Я тебя тоже люблю, матушка, светлого вам дня!
После моих слов она счастливо улыбнулась и покинула мою опочивальню.
После матушки пришла моя служанка, чтобы помочь мне одеться к завтраку. Я же сославшись на головную боль попросила завтрак принести в комнату. Никто не должен увидеть костюм, поэтому меньше лишних движений.
После завтрака попросила зелья для сна и попросила раньше двух часов не беспокоить.
Я конечно уйду раньше, но лучше перестрахуюсь, чтоб глава рода не попытался поговорить до праздника, иначе тогда он точно поймёт, что от моей послушности не осталось и следа. Когда на часах стукнуло одиннадцать дня меня прошиб озноб. Посмотрела в
