Ну, где-то он может быть и прав, ну насчет рук и ног точно, а по поводу остального сомнительно. Я вампирам серенады не пел и букеты роз не носил, и скажу больше, петь я теперь категорически отказываюсь, уж очень это чревато последствиями.
Лед опасно заскрипел под ногами, выдав резкий росчерк ветвистых паутин трещинок. Упс. Боязно что-то, остановившись, я решил постоять, что бы сердце успокоилось. Адреналин просто зашкаливал в крови.
Помню как-то в детстве, на зимних каникулах был в деревне, где с каким-то братом по какой-то линии, решили выйти на лед, правда, уже по весне. Хорошо тогда было, солнышко уже припекало, мы забурились удачно, сидим, размахивая руками при вываживании рыбы, как аисты крыльями и вдруг так же. Звук такой глубинный протяжный, «ту-у-у-у-мс-с», трещинки побежали по льду, и словно земля под ногами зашевелилась. Это где то выше с дамбы сброс воды сделали, от чего лед подорвало, испугались, конечно здорово, даже рундуки не стали собирать, от жадности только крупную рыбу за пазуху посовали и бежать, а за нами змеи трещины прямо на глазах лед колется, выпуская наружу водную стихию. Где-то по воспоминаниям метров под триста неслись как угорелые, добегаем уже до кромки, а льда нет. Все, сорвало нас, несет течением, где-то метров пять может семь до берега чистой воды. Мы как были, так и стали рты раскрыв, вот так не повезло, так не повезло. И вдруг прямо как черт из табакерки, дед какой-то древний к нам по льду на велосипеде подъезжает. Как? От куда? Кто он вообще такой? Мы понятия не имели, видимо где-то выше нас сидел, рыбачил. «Ну чаво, сынки, спужались?» Ну, мы естественно как китайские болванчики дружно головами закивали. «Не трусь, сынки!» Он со своим велосипедом выглядел как бравый офицер на танке. «Счас научит вас дед как надо!». Мы с отвалившимися челюстями стояли и смотрели, как дед отъехал метров десять, а потом лихо, крутя педали и набирая обороты, с диким криком устремился, выпучив глаза к берегу. Секунда, другая, а потом такой мощнейший «Бултых!» Дед ушел под воду. Вот, не поверите, сколько лет прошло, а я до сих пор вспоминаю и у меня слов нет. Я тупо не знаю, зачем он это учудил. Ну вот, не знаю и все. Стоим с братаном и смотрим, как круги на воде расходятся, а вокруг тишина. Говорить просто нечего было. Я на него смотрю он на меня, а потом оба на воду, потом наоборот, он на меня я на него и опять оба на воду. Тишина и тут у берега всплывает это чудо. «Ох ты ж мать пере мать! Ну, ты ж ек магарек! Парни, вы тут?» Ну, естественно мы лишь кивнули, на большее тупо не решаясь. «Вы мне ласопед достать не поможете? А то что-то утоп, поганец, не сдюжил я при заходе, из рук ушел». Льды идут, день клонится, а мы подняться не можем, гогочем как кони, не в силах разогнутся, ну и случай, ну и смеху было. Правда, все же потом пришлось так же прыгать, а потом под десять километров до деревни перебежками скакать, что б не замерзнуть, уж очень нас далеко унесло из-за этого каскадера.
От воспоминаний, сердце успокоилось, а по лицу расползлась улыбка. Вот так то лучше! Не трусь сынки! Еще немного постояв, решил «дуркануть» и на свой страх и риск еще пройти немного вперед, а вдруг это просто точка такая слабая, а дальше ледок покрепче будет?
— Ты что творишь?! — Из камыша выскочила всклокоченная вампиресса, да им сейчас раздолье, тучи полностью закрывают небосвод. — Жить надоело? А ну быстро поворачивай к берегу!
— Уйди старуха, я в печали! — Ну а что я ей еще скажу? То убегает, то в мамочку начинает играть.
— Ульрих, не дури! — Она подошла к кромке, пробуя ногой на прочность лед, да уж ей тоже стоит опасаться, вопреки всем досужим вымыслам, вампиры вполне себе живые тварюшки.
— Убегать, прятаться и отказываться, со мной разговаривать будешь? — Смекнул я, что это неплохой вариант для шантажа.
— Ну-ка прекрати несносный мальчишка! — Она притопнула ножкой. — Быстро иди назад!
— Это я тут главный! — Гадливо хихикая сделал еще пару шажков вглубь. — Покорись мне женщина!
— Я тебе сердце зубами вырву, если ты сейчас же назад не повернешь! — Ух, злюка какая, не то что бы я боялся, но не ссорится же по мелочам с другом, особенно если друг…эм…вампир.
Что-либо сказать, в ответ я не успел, так как лед под ногами ушел, а следом за ним и я по пояс в открывшийся водный зев. Ух! Вот тут то и сработала пешня, не давая мне с головой уйти под воду, стопоря меня на уровни груди. Шок от мгновенно нахлынувшей ледяной воды, на мгновение даже сковал дыхание.
— Стой! — С трудом выкрикнул я, видя, что Тина с места рванула в мою сторону. — Оба уйдем под воду, стой там! За веревку тащи!
Она сориентировалась не сразу, но похоже суть уловила, так как остановилась, на пол пути осматриваясь и хватаясь руками за тянущийся за мной канат, но увы зашла слишком далеко, лед под ней так же вскрыл провал, вздыбив льды. Ей повезло, при падении она машинально расставила руки, не давая тем самым, телу окунутся с головой.
— Не бейся, хуже будет! Я сейчас! — Не гнущимися пальцами стал изо всех сил вытягивать себя с полыньи, не спеша вставать, на животе по канату преодолевая метры. Вставать нельзя, лед опять проломится, сейчас он держится за счет площади распределенного горизонтально веса, тела, стоит только опять сконцентрировать вес, на малой точке ступней как ты опять уйдешь под воду. Похоже, Тине было проще бороться с холодом, так как она, не дожидаясь меня, совершенно спокойно трансформировала кисти рук в страшные когтистые лапы, которыми и стала себя вытягивать из полыньи, банально вгоняя свои когти в лед.
— Прибью! — Шипела она, сверкая глазами и рывками на животе направляясь в мою сторону.
Ее когти сомкнулись у меня на загривке пробивая одежду и царапая кожу под ней, дергаться смысла не было, так как пальцев на руках я уже почти не чувствовал от холода, а потому не мог сам подтягивать себя по веревке к берегу. Благо лед выдержал, уже на берегу тяжело дыша с трудом, поднялся на ноги, пошатываясь. Вампиресса подхватила меня на руки.
— Отставить командира уносить с поля боя! — Все еще «хекая» попытался взбрыкнуть я.
— Тебе нужно в замок, заболеешь. — Она прижимала меня словно котенка у груди.
— Рядовой Тина! — Приглушенно из грудей начал я свой монолог. — Установить меня вертикально! Натаскать дров, отставить меня нести в замок.
— Сердце выгрызу! — Попыталась она опять начать свою песню.
— Ну ладно, ладно, не горячись. Там у берега рюкзак я оставил, в нем сухая одежда и провиант с горячительным, нужно растереться и одеть сухое. Потом уже за дела сердечные поговорим. — С трудом удалось разжать ее объятья, вновь касаясь земли ногами. — Дров насобирай, костер запалить погреться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
