за то, чтоб Даша Жукова на яхту позвала! Но когда сидишь внутри, в центре этого, все представляется таким важным, таким настоящим!
Поэтому мне кажется необходимым почаще менять дискурс, сдвигать точку сборки, отходить на пару шагов от главного двигателя всех тусовочных процессов – моды. Я была модным светским обозревателем, олигарх Мамут называл меня королевой светской хроники. Но в 2011 году, сразу после украденных выборов, я примкнула к протестующим. Моды на сопротивление тогда еще не было. Я не следовала тренду – вышла по велению души. Дальше – та самая цепь случайностей. Случайно и противозаконно свинтили, случайно оказалась на первых полосах газет. Протест резко вошел в моду, и случайно вместе с ним в моду вошла и я, уже не как фельетонист, а как оппозиционер. Здесь снова хочется вспомнить Довлатова: «Хорошо идти, когда зовут. Ужасно – когда не зовут. Однако лучше всего, когда зовут, а ты не идешь…» Все эти варианты мне предстояло испробовать на собственной шкуре.
Человеком того года по версии Time стал Протестующий. На Болотную вышли и Света Бондарчук, и Полина Дерипаска – маркеры светской успешности. Оппозиция казалась сильной. На меня сыпались просьбы об интервью и приглашения на светские дни рождения. Например, я впервые получила приглашение к Свете Бондарчук. Тогда же, одновременно с протестом, в моей жизни появился мужчина моей жизни Игорь Малашенко. Мы вошли в моду уже как пара, и каждый промоутер стремился нас заполучить. Журнал Tatler внес нас в список «100 самых желанных гостей светской Москвы».
Прошли еще полгода. Первое уголовное дело, затем второе. Протест был провален. Все, кто желал нам зла, активизировались. Энтэвэшники нападали прямо у дома. У дома основателя своего канала. Мне наивно казалось, что, учитывая, кто создал канал, НТВ не посмеет послать к нам свой отряд летучих мандавошек. Но, возвращаемся к теории таксиста о десяти процентах. Не только послали, но и травили круглосуточно. Одним из самых ярых организаторов травли был некто Бирюков. Когда-то, вместе с женой Екатериной Рождественской, гостивший у Игоря на яхте. У Бирюкова был запойный отец, Игорь очень жалел его, покровительствовал и раз за разом выбивал для него дома и квартиры у Гусинского. И вот этот самый Бирюков, которому Игорь благодетельствовал, и был одним из организаторов атаки, пользуясь тем, что он – глава ТСЖ в нашем доме, – пускал энтэвошек внутрь охраняемого дома, давал указания охранникам сливать записи с камер слежения.
Прослушка, слежка, травля… Игорь пал духом. И вот тут-то я впервые четко зафиксировала – стало резко меньше приглашений. Я была в тяжелейшем психологическом состоянии и не хотела выходить в люди, понимая, что раненый зверь привлечет хищника. Но именно поэтому выходить мне было очень нужно, мне было нужно, чтобы звонили, приглашали, я бы пошла – через «не могу». Но телефон молчал.
Дальше – больше. Впервые не позвонили с фестиваля «Кинотавр», с которым я долгие годы дружила и про который неизменно писала с 2006 года. Я входила в журналистское ядро фестиваля, руководство звало меня на ежедневные ужины жюри «за занавесочку» таверны «Дионис» вечерять с самыми «виповыми» гостями. А тут просто даже на сам фестиваль не позвали. И не позвонили, не извинились. Вот тогда я и испытала настоящий шок – в первый и, надеюсь, последний раз в жизни. Понимаете, такое поведение было бы вполне объяснимо и ожидаемо, скажем, от лицемера и кривляки промоутера Друяна, но никак не от Роднянских – от них я ну никак этого не ожидала. А от некоторых, наоборот, ожидала, а они этих моих ожиданий в хорошем смысле не оправдали.
В тусовке нет понятия «бойкот», есть – сошел с гребня волны, просел. Я понимала, что просела. Это был факт. И в тот момент вся зависть задних рядов, вся злоба первого ряда проявилась во весь рост. Каренин у Толстого понимал, что «не может отвратить от себя ненависти людей оттого, что он постыдно и отвратительно несчастлив. Он знал, что за это, за то самое, что сердце его истерзано, они будут безжалостны к нему. Он чувствовал, что люди уничтожат его, как собаки задушат истерзанную, визжащую от боли собаку».
Тусовка не отягощена моральными принципами. Она не отказывает откровенно дурным людям – адвокату Добровинскому, Юрию Шефлеру, пока они на пике, все двери для них открыты. Но стоит кому-то обеднеть и утратить свои позиции, как он немедленно будет растерзан, а хороший он или плохой – дело десятое. Можно подбрасывать жене кокаин в карман чемодана, можно довести до смертельного инфаркта адвоката Любарскую похабным оскорблением, можно трахнуть 12-летнего мальчика-сироту, украсть сумку у вдовы, отнять у матери детей и посадить жену, забашляв ментам. Ничего из этого не сделает нерукопожатным в тусовке. Только неактуальный статус в бизнесе или медиа и неумение одеваться. Кстати, Добровинский недавно судился с собственной дочерью, провалил свой же процесс и мгновенно стал светским посмешищем. Тусовка не выносит лузеров.
Показательный пример – история Ульяны Цейтлиной. На заре нулевых она жила в гражданском браке с олигархом Бокаревым. Частные самолеты, виллы в Сен-Тропе, анфилады в Нью-Йорке. Вся тусовка группировалась вокруг нее. Особенно усердствовала одна из самых популярных It-girls, журналистка и телеведущая. Ульяна таскала ее с собой, покупала ей платья. На хвосте Цейтлиной девушки въезжали в тусовку. Именно Ульяна вывела в свет Светлану Меткину и раскрутила Нику Белоцерковскую – у виллы питерской пары, совершенно не проявленной в светской Москве, стали появляться яхты с именитыми гостями.
Но стоило Ульяне полюбить небогатого красавца, как жизнь ее резко изменилась. Частные самолеты улетали без нее, бойфренд ее бывшей приживалки потребовал с Ульяны несусветную сумму за номер в Cheval Blanc в Куршевеле. Учитывая, сколько эта девушка в свое время получила с Ульяны: связей, жениха-олигарха, платьев, яхт и вилл, этот номер обязаны были принести Ульяне с поклонами и оплатить на год, – пришла пора возвращать долги. Не тут-то было! Добро, сделанное в тусовке, не имеет свойства возвращаться. Вчерашние подруги неожиданно обнаружили, что у Ульяны куча недостатков. Она – страшная эгоистка! Часами приходится ждать, пока она накрутит кудри! А один раз она вообще села на колени к бывшему бойфренду своей протеже! Тусовка начала Ульяну быстренько сливать.
Аналогичная история приключилась с Аленой Ахмадуллиной, стоило ей только расстаться с олигархом Мамутом. К Алене все ходили, все носили ее тряпки, «взбивали кудри ей по моде» и вдруг, удивительно неожиданно, разглядели ее истинную сущность: лицемерную, нечестную и корыстную… Чтобы тусовка не сожрала Ульяну Сергеенко после разрыва с Хачатуровым, ей немедленно была придумана легенда: роман с Сечиным. И тусовка вначале даже схавала. Казалось бы – воплощение ада,
