— И кто из вас, мелкие засранцы, хочет бросить мне вызов? — нарочито грубо рыкнул я, проходя в столовую. Следом за мной незаметной тенью проскользнул внутрь и князь Головин.
— Я! — чуть ли не единогласно прокричали эсэсовские офицеры.
Хорошо же с ними командир поработал! Прямо любо-дорого посмотреть, как они сами себя довели до состояния конченых алкашей.
— И вы, желторотые соплежуи, действительно думаете, что сможете меня перепить? — Продолжил я изгаляться над цветом местного офицерского собрания.
— Да! — ответили дружным ревом уханьканные в какаху нацики.
— Тогда вооружайтесь стаканами, девочки! Сейчас русский дедушка покажет, как нужно правильно водку жрать!
«Хоттабыч, — раздался мысленный голос командира у меня в голове, — можешь этого не делать. Я легко могу сейчас их всех «положить», даже особо не напрягаясь…»
«Не-е-е, Петрович, — настроившись на нашу общую «Ментальную волну», отправил я командиру ответочку, — дай повеселиться старичку! Когда еще нам доведется так весело провести время?»
«Ну, давай, старый, — мысленно усмехнулся командир, — научи этих засранцев напоследок нашу Рассею-матушку уважать!»
«А вот за это не переживай, командир! Все будет тип-топ!»
Пока мы мысленно трепались, фрицы спешно вооружались гранеными стаканами. Желание повторить мой недавний подвиг завладела всеми без исключения, не без помощи командира, естественно. Даже Антон Кайдль «неожиданно поддался» на мою провокацию и поставил на краешек стола полный стакан шнапса.
— О! — произнес он, когда его разбегающийся взгляд наконец-то сумел сфокусироваться на улыбающемся лице князя Головина. — Ваше сиятельство, а не подскажете, куда исчез барон фон Эрлингер? Он ведь ушел вместе с вами?
— Иоахим занемог, — ответил коменданту Александр Дмитриевич. — Его утонченная натура оказалась не в состоянии переработать то количество выпивки, которое он умудрился в себя влить.
— Я так и знал, что он чертов слабак! — презрительно бросил Антон, не переставая примеряться, как половчее подхватить полный стакан спиртного зубами с краешка стола. Но ему никак не удавалось удержать равновесие — едва он закладывал руки за спину и слегка наклонялся, как тут же валился вперед. — Для настоящего мужика глоток шнапса — это как глоток воздуха… — При очередной попытке он все-таки не удержался на ногах и рухнул мордой на край стола, наконец-то уронив стакан. Разлитый шнапс потек тонкой струйкой на пол. — Verdammte Scheiße [2]! — Комендант заревел, словно подстреленный охотниками медведь, судорожно вошкаясь на полу рядом с вырубившимся гауптштурмфюрером Вебером.
[2] .б твою мать! (нем.)
Ему с трудом удалось подняться на карачки, явив миру свою окровавленную разбитую харю.
— Герр Кайндль… — Кинулся к начальнику один из подчиненных, похоже, единственный еще не пропивший мозги до конца, либо более других стойкий к сопротивлению Ментального давления князя Головина. — У вас кровь!
— Mir ist es scheißegal [3]! — Кайндль безумно улыбнулся, сплевывая на пол пару выбитых передних зубов. — Я вам не какой-нибудь мелкий дрочила, а настоящий крутой мужик! — Он размазал ладонью кровь по лицу и с помощью подскочившего офицера поднялся на ноги. — Стакан мне! Полный! Я вам всем докажу, сукины дети, что Антон Кайдль не тварь дрожащая, а право имеет!
[3] Мне пох.й! (нем.)
Надо же, а мы, выходит, и Достоевского на досуге почитывали?
— Похвальные знания русской литературы, Антон, — Усмехнувшись в бороду, я поставил опрокинутый стакан и наполнил его шнапсом по самый поясок. — Давай, мужик, намахни стописят, — подтолкнул я его в спину. — Только теперь не выё..вайся, а рукой бери — без зубов это и вовсе невыполнимая задача! — Я поставил рядом с его стаканом еще один и тоже наполнил его по самый край. — Это мне — за компанию, чтобы тебе не скучно было! — И я весело подмигнул коменданту. — А вы ждите, молокососы! — бросил я остальным фрицам. — Дедушке немного размяться надо!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Чокнувшись стаканами с комендантом, я медленно высосал шнапс, громко крякнул и занюхал спиртное кончиком своей отросшей бороды.
— Хор-р-рошо пошла! — воскликнул я, переворачивая стакан и ловя капли шнапса кончиком языка. — А ты чего вылупился, словно бык на новые ворота? — бросил я коменданту. — Пей уже! Давай! Ты ж мужик!
Кайндль после моих слов тоже принялся судорожно вливать себя «живую водичку», время от времени сотрясаясь в рвотных спазмах. Но ему все-таки удалось победить неподъемную дозу спиртного и опустошить стакан до дна.
— А… ик… все видели? — победно выкрикнул он. После чего он несколько секунд простоял, покачиваясь, с глупой улыбкой на лице, а потом, закрыв глаза, рухнул навзничь прямо на валяющегося у его ног Вебера.
— Покойся с миром! — хрипло произнес я, оборачиваясь к оставшимся «в живых» эсэсовцам. — Вы еще не передумали меряться пиписьками, задроты?
— Найн!
— Ну, тогда поехали, малышня…
Буквально через десять минут наша грандиозная попойка подошла к своему логическому окончанию — весь офицерский состав охранного гарнизона «Заксенхаузена» в полнейшем отрубе валялся на полу.
— Ну, теперь-то твоя душенька довольна? — словами старика из «Золотой рыбки» со смехом произнес Александр Дмитриевич, прохаживаясь между телами похрапывающих на полу нацистов.
— Довольна, но не совсем, — ответил я, залихватски подкрутив пальцами кончики усов, чтобы они воинственно уставились в небеса. — Вот когда отправим в ад всю эту сволочь, тогда и будет моя душенька полностью довольна!
— Что ж, — коротко кивнул князь Головин, звонко хлопая в ладоши, — тогда за дело! Пора приближать этот волнующий момент! Зови своих дохлых «опричников».
Как бы там ни было, но я за последние несколько часов немного настрополился управлять своими новыми возможностями, что даровало мне Кромешное Проклятие. Да и потусторонняя Тварь — некогда зовущаяся Хозяином Кладбища, а ныне носившая «почетное звание» первого мобилизованного Некрокомандующего моей маленькой Красной Армией Зомби, отзывающегося на позывной майор Легион, нимало мне в этом помог. Самое главное — он был разумен, и сумел дать мне «обратную связь» на мои новообретенные способности.
Так что теперь я спокойной «выпустил» Некроэнергетическое «щупальце», которое, спокойно пройдя сквозь стену, нашла двух усовершенствованных бароном фон Эрлингером мертвяков, ожидавших моей команды. Они спокойно стояли в ночной темноте, переодетые в эсэсовскую форму солдат охранного гарнизона концлагеря. Солдатикам в эту ночь просто не повезло пройтись в карауле рядом с лабораторией почившего профессора Некрологии. Мои Упыри (теперь уже точно мои), охраняющие вход в подвал, умудрились их успешно поймать, убить, раздеть и частично схомячить. А после этого они еще и переоделись в добытую форму, постаравшись как следует замаскироваться под обычных служак гарнизона!
Причем, насчет маскировки в эсэссовскую форму, я даже и не подумал им приказать. Инициативные оказались ребятки, и бошки у них работают как надо, несмотря что мозги в черепушках давно протухли. Когда до нас с командиром дошло, насколько эти Умертвия опережают в своем развитии своих тупых Зомби-собратьев, нам едва не поплохело. Вы только представьте, что произошло бы, если бы подобные Некросолдаты в массовом порядке отправились на фронт? Вот то-то и оно! Вовремя мы здесь объявились, чтобы прихлопнуть профессора фон Эрлингера, оказавшегося на редкость гениальным ублюдком, разработав оружие столь страшной силы.
Заслышав мой зов, двое из ларца, получившие веселые клички «старшина Бим» и «сержант Бом», стремительно ворвались в столовую. Самое интересное, что они легко контролировали свои эмоции, получив от меня недвусмысленный приказ «затаиться» и не трогать никого живого. Ведь теплое живое существо для немертвых Тварей, как красная тряпка, на которую они бросаются, как взбесившиеся быки. И остановить их практически невозможно, если непосредственно не контролировать сам процесс, как это и делают Маги-Кукловоды. Но мои бойцы легко прошли и это тяжелое для них испытание, так ни на кого и не набросившись.
