от рождения, он словно нарочно обходил стороной приказы. Недостаток – да, но, к счастью, легко компенсируемый личными качествами.
– Глаз-1, я – Змей-5, ответьте. Приём… Глаз-1, я – Змей-5.
– Змей-5, я – Глаз-1, как… – но радист не успел закончить фразу, потому что Терехов выхватил рацию из рук и закричал:
– Рядовой Кочетов, я хочу услышать вашего командира! Живо!!!
Наступила тишина, однако молчание длилось недолго.
– Товарищ капитан, младший сержант….
– Ты что о себе возомнил?! Думаешь, ты – великий полководец?!
– Я…
– Молчать! – Офицер едва сдерживал порывы дикой ярости. – Я что сказал? Выходить на связь каждые пятнадцать минут! Где ты был последние три четверти часа? Мне надо целый день орать в эту чёртову рацию, чтобы ты соизволил ответить?
– Товарищ капитан, я не мог выйти на связь раньше, – послышался всё такой же ровный голос с другой стороны.
– Ты не один, Шторм! С тобой люди! Я не собираюсь рисковать солдатами из-за прихотей одного сержантишки, который до сих пор считает себя супергероем! Ты меня понял? Готовься к рапорту у полковника! Ещё раз…
Но закончить начатое капитан не успел: связь оборвалась, и кроме монотонного похрюкивания в рации ничего не было слышно. Лицо Терехова пылало от гнева, однако он явно испытывал облегчение, о чём свидетельствовала едва уловимая улыбка в уголках губ.
– Как же я устал от него, – прошептал мужчина, – а ведь это ещё только самое начало.
Он передал рацию радисту и приказал двигаться дальше. Колонна уставших солдат покорно продолжила путь в надежде поскорее добраться до лагеря.
*****
Шторм прервал сеанс связи нарочно, чтобы не слышать надрывных криков командира. Отговорки с плохим сигналом наверняка уже больше не подействуют – да ну и пусть! Они и так потеряли много времени и сбились с графика. Безопасность дороги стояла на первом месте.
Когда крики в рации сменились глухим шипением, Александр улыбнулся и отдал рацию рядовому Кочетову:
– Больше вообще не выйду с ним на связь, пусть помучается.
Подростковый максимализм налицо. Он покачал головой: взрослый мужик, а всё туда же. Грёбаный характер! Бросив быстрый взгляд на своё окровавленное плечо, младший сержант обратился к сидевшему на земле солдату:
– Как ты, Кирилл?
– Уже лучше, – улыбнулся тот, тяжело дыша и зажимая рукой правое колено. – Не бандитская пуля, так что жить буду.
– Идти сможешь? – Александр опустился рядом и ощупал повреждённую ногу.
– Думаю, да, – сморщился Чудов, когда коленную чашечку свело болью. – Твоё-то плечо как?
– Нормально, – кивнув, ответил Шторм. – Будет, что в старости внукам рассказать. – С этими словами он хлопнул друга по плечу и встал на ноги. – За дело, пацаны. "Хвост" начал движение, скоро они будут здесь.
– Чувствую себя штрафником, – отбросив последний камень в сторону, Кочетов выпрямился во весь рост и широко улыбнулся. – Ей-богу, по-другому не скажешь.
– Сплюнь, придурок! – толкнул его в бок Александр. – Мысль материальна, знаешь? Хотя мне об этом всё же стоит задуматься, особенно после разговора с Тереховым.
Осмотревшись по сторонам и оценив результат проделанной работы, он громко отдал приказ двигаться вперёд, мысленно готовясь к тому, что его ожидало в кабинете полковника в связи с очередным нарушением приказа.
За восемь месяцев службы в Чечне под командованием капитана Терехова Шторм хорошо усвоил, где находилась грань между дозволенным непослушанием, которое можно было прикрыть случайным стечением обстоятельств, и прямым невыполнением приказа. Сообразительности ему не занимать, однако факт не выхода на связь во время патрулирования стратегически важной местности добавлял дополнительные осложнения. Чёрт! Уголок губы подёрнулся в ухмылке.
Александр знал о своих сильных сторонах и надеялся, что в этот раз тоже пронесёт, хотя изрядная доля беспокойства всё же присутствовала: а вдруг нет? Не может же постоянно везти. Или дело не в везении?.. Конечно, нет! Осознание, что наконец был полезен, грела душу и смягчала осадок от возможных последствий. Скажи ему кто-то год назад, что будет чувствовать себя на передовой как рыба в воде, ни за что бы не поверил! Зато теперь…
Шторм крепко сжал автомат. Глаза приобрели орлиный прищур, инстинкты обострились. От виска к подбородку медленно покатилась капля пота. Рапорт рапортом, но до встречи с Денисовым ещё предстояло дожить, а в этих чёртовых горах нельзя быть уверенным ни в чём. На лице появилась улыбка. Глубокий вдох – и она тут же сменилась серьёзным, сосредоточенным выражением. К чёрту Смерть! Костлявая наверняка поставила его в самый конец списка, если до сих пор получалось выжить.
Отогнав ненужные мысли прочь, Шторм вскинул автомат и, сканируя местность глазами, приготовился двигаться дальше.
Глава 1.2. Райская жизнь
Глава 1.2. Райская жизнь
Два года назад: июнь 1996, Москва
– Слушай, какого чёрта ты там копаешься? – Стас хмуро смотрел на своё безупречное отражение в зеркале.
Тёмно-синие классические брюки сидели идеально, подчёркивая крепкие ноги и узкие бёдра. Белоснежная рубашка оттеняла тёмный цвет костюма, прекрасно гармонируя с загорелой кожей и русыми волосами своего обладателя. Кожаный ремень и пиджак в правой руке логически завершали образ успешного богатого мачо, готового вступить во взрослую жизнь.
Стас провёл рукой по аккуратно уложенным волосам и через открытую дверь бросил недовольный взгляд на комнату брата. Через десять минут им нужно выходить, а этого чёртового капуши даже не слышно.
– Сань!
Ответом ему стала тишина. Поправив ворот рубашки, Стас громко выкрикнул:
– Шторм, твою мать!
– Да что ж ты так орёшь?
Довольный баритон раздался совсем рядом, а ещё через мгновение Александр сам появился в дверном проёме, улыбаясь от уха до уха:
– Я собрался ещё полчаса назад, спустился вниз и ждал тебя там.
Бровь Стаса изогнулась в удивлении:
– Что ты заливаешь? Дверь была постоянно открыта, я бы не пропустил тебя.
– Тогда как ты объяснишь моё появление? Не по трубе же я спустился вниз. Это с пятнадцатого-то этажа!
Лукавая улыбка не сходила с лица. Его внешний вид, отличавшийся от брата лишь цветом костюма – классический чёрный – говорил, что он уже был на низком старте, только дай команду. Посмотрев на дорогие часы, Шторм развёл руки в стороны:
– Пора, Стасян. Время великих открытий и завоеваний! Взрослая жизнь, ответственность и
