- Ура.
Водка пошла гладко, а за ней и бутерброд полетел голубем; впрямь, как родной.
- Несуществующий поезд - штука редкая, - сказал Азотов, проглотив последний кусок бутерброда. (Воодушевленный его ожившим аппетитом, Лёня тут же стал сооружать второй.) - К тому же бес его знает, то ли он материален, а то ли нет. Зато Мертвый Обходчик и Синяя Бригада - самая реальная реальность. Или вон «хохотушка». Слышишь, будто где-то баба смеется?
Леонид кивнул. Смех он слышал давно и начал уже подумывать, не выйти ли познакомиться с веселой женщиной.
- Вот. Между тем это не человек, не зверь и не птица, а тварь такая. Ростом с Жулика моего, и вид у нее… На ржавый семафор с ножками похожа. Ловить ее нельзя, потому что покалечиться при этом - легче легкого. Побежишь догонять - и обязательно за что-нибудь запнешься. Ладно, если просто ногу сломаешь, а вдруг башкой об рельс? Зато Мертвый Обходчик - другое дело. Он мужик правильный. Наш человек, хоть и скелет. Мелкий такой, метра полтора, субтильный. Форма у него - как у путейских при Иосифе Виссарионыче: фуражечка с кокардой, молоточек, котомочка брезентовая через плечо, фонарь… все дела. Бродит он вдоль линии, неисправности высматривает. Едва найдет, сейчас марш-марш к ближайшей станции или к переезду. Фонарем машет, молотком по рельсам долбит, зовет. Кто не сробеет с ним пойти, тот аварию предупредит. Кто сробеет…
- …Тот и станет во всех смыслах стрелочником, - хлопнул ладонью по столу Леонид. Видно было, что он не то чтобы верит в рассказы друга, но правила игры принимает и готов им следовать дальше. - А Синяя Бригада?
Азотов посмотрел на наручные часы, сверился с настенными и подмигнул:
- Это, Лёня, самое простое. Могу показать.
- Только сперва по сотке.
- Для храбрости?
- Обижаешь, отец! Для смазки. К бутерброду с курятиной. Вторая сотка полетела совсем уж мягко. Азотов не сдержался, крякнул и сообщил:
- Хороша, злодейка.
- Ну а ты как хотел? - Леонид подпустил в голос шутливого пафоса. - Не сучок какой из Кабарды, а прославленного орденоносного завода «Кристалл» элитная водка «Путинка»! Ты, кстати, в курсе, почему ее так назвали?
- Что-нибудь по части рыбной ловли? - предположил Азотов. - В честь путины, страды промысловиков минтая и селедки иваси…
- А вот и хрен! - обрадовался Леонид. - В честь президента России, понял!
- Какого президента? - ошалел Азотов. - У нас же…
- Незримого, отец! - азартно перебил его Леонид. Он был буквально окрылен тем, что способен наконец-то поразить друга тайным знанием, и орал в полный голос: - Думаешь, фольклор только у станционных смотрителей, а у нас, сирых политтехнологов, один черный пиар? Ничего подобного! Слушай и запоминай. В ночь между старым и новым годом, когда над миром безраздельно властвует…
Они вышли на крыльцо. Справа вдоль рельсов, словно удирая от них, двигалось странное существо: изъеденная ржой металлическая коробка с десятком тонких суставчатых ножек. Спереди и сзади у коробки имелись круглые застекленные окошечки под длинными козырьками. Жулик погнался было за нею, но, сделав десяток шагов, споткнулся на совершенно ровном месте и красиво кувыркнулся через голову. Вскочил, сердито и обиженно затявкал. Коробка с ножками неуклюже подпрыгнула и скатилась под насыпь, в заросли кипрея. Через мгновение оттуда донесся короткий смешок. На этот раз прозвучал он почти что горестно: «Хо-хо-хэх!».
- Ничего себе! - выдохнул Леонид. - Поймаем? Азотов покрутил пальцем у виска.
- Видел, как пес навернулся? Отставить ловить!
- О'кей, товарищ старший стрелочник, - Леонид, широко оскалившись, ткнул Азотова кулаком в бок. - Вас понял! «Хохотушку» не ловим, бережем драгоценные члены и, само собой, башку. Так вот, я о президенте. В час, когда миром безраздельно правит…
Договорить ему снова не удалось. Из повисшего над путями редкого, как старая марля, тумана, в котором не спрятался бы и белый Жулик Вовки Азотова, вдруг вынырнула открытая моторная дрезина - облупленная, прокопченная, желтая с диагональными черными полосами. Тарахтела она невообразимо, а двигалась неспешно. Спереди, на разноцветных пластиковых ящиках из-под бутылок покачивались четверо колоритных мужчин. Все как один бородатые, в телогрейках, стеганых штанах и стоптанных кирзачах. Обнявшись за плечи, бородачи проникновенно пели - жаль, из-за треска двигателя разобрать можно было только отдельные слова. Если Леонид правильно идентифицировал обрывки, исполнялся «Отель Калифорния». Позади, свесив с дрезины голые ноги, сидела кудрявая, как ягненок, миниатюрная блон-диночка. Кирзовые сапоги стояли рядом.
Телогрейка на груди девицы была широко расстегнута.
Леонид восхищенно присвистнул.
Блондиночка задорно свистнула в ответ, пошарила рукою за спиной, широко размахнулась и швырнула в сторону наблюдателей увесистый предмет, блеснувший темным бутылочным стеклом.
- Берегись! - крикнул Азотов и дернул Леонида за рукав. Предмет врезался в угол дома. Брызнули осколки, по стене потекла ароматная жидкость.
- Овца ты потная! - с внезапной озлобленностью закричал Азотов, грозя блондиночке кулаком. - И сиськи у тебя - тьфу!.. Вот так каждый раз, - огорченно пожаловался он Леониду, когда дрезина исчезла: растаяла столь же внезапно, как материализовалась, оставив после себя только эхо издевательского девичьего смеха. - Нет бы хоть раз бросила аккуратно… или катнула по насыпи, что ли. Обязательно раскокает.
- Ай-ай, отец, ты бесподобно резок к сему воздушному созданию,
- пожурил его Леонид (грудь девчонки показалась ему вполне на уровне), после чего повел носом и, вскинув брови, спросил: - Позвольте, господа, но это же… Неужели коньячок?
- Арманьяк, - сказал Азотов печально. - Выдержанный, 75-го года. «Барон Гастон Легран».
- Тогда и в самом деле - овца, - безжалостно заключил Леонид. Он поднял осколок бутылочного донышка, обмакнул палец в остатки жидкости, дотронулся до капли языком. Блаженно закатил глаза.
- Черт! - сказал он вскоре. - Черт, досадно… Знал бы, что там летит, собственную грудь бы подставил.
Азотов с сомнением поморщился и сообщил, что сам он неоднократно пытался ловить бутылку, но ни разу в том не преуспел. Леонид еще раз понюхал осколок, потом скорбно скривил губы, опустил останки «Барона Леграна» в пожарное ведро и спросил:
- Слушай, Вовка, а почему эта Бригада - синяя? Телега у них желтая, так? Фуфайки черные, так? Баба белобрысая. Нестыковочка.
- Слова, Лёня, многозначная штука, - сообщил Азотов. - «Синий» ведь не только цвет обозначает. Согласен? - (Леонид кивнул.) - Есть мнение, что мужики на дрезине - рецидивисты. Воры в законе, наколками разрисованные от ногтей на ногах до десен и коренных зубов. Настоящая «синева», короче говоря. Тут зон-то понатыкано - мама, не горюй. Ну и ушли граждане в побег, да только забрались в неподходящее средство передвижения в неподходящее время. А девка
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
