— Не может быть… — Мы с Трувором изумленно вылупились друг на друга, не веря собственному счастью. Ошеломляющее известие застало нас врасплох!
— Все просто, мой верный ааргх. — Юный граф потрепал меня по загривку, как сторожевого пса. — Еще до нашего эльфийского похода я предусмотрительно уведомил старосту деревни, что на мое имя может прийти некая корреспонденция из столицы. В конце концов, там должны были отреагировать на мой отчет по делу о контрабанде ведьм. И вот, представляешь, на мое десятое или двенадцатое письмо пришел ответ! Дядя ждет меня и отправляет за мной воинский эскорт, усиленный настоящим магом. Впечатляет? Но признаем, что я этого заслуживаю…
— Ну… что же тут скажешь, — развел мускулистыми руками хозяин харчевни. — Конечно, мы к тебе уже попривыкли и, может быть, даже будем скучать, но… Ты тоже, честно говоря, загостился, это верно, и…
Я пнул его коленом под столом. Трувор скривился, закончив на более оптимистичной ноте:
— …и мы обставим сегодняшнюю вечеринку по высшему разряду! Все равно рабочие выпросили выходной и ремонтом никто не занимается. А тебе есть чем платить за…
Я пнул его еще раз. Ну совесть есть, со своими же так скупердяйствовать?!!
— А-а… а пиво за счет заведения! И закуска тоже, — прорычал он мне в лицо, сверля глазами. — С вас только за труд уборщицы и мытье посуды. Это все, Малыш! Пойти на большее ты меня не заставишь даже под пытками, бизнес есть бизнес!
— У меня еще осталось достаточно эльфийского золота. — Наш аристократ небрежно высыпал на стол пригоршню монет в сумме недельной выручки трактира. — Пусть никто не останется обиженным, старина!
Разговор плавно перешел на обсуждение меню, алкогольных напитков, списка приглашенных гостей, аренды сельских музыкантов и, естественно, главной дилеммы — как весело провести сегодняшний вечер, умудрившись не разрушить харчевню повторно. Для Трувора данная тема более чем актуальна, он только и успел, что ускоренно возвести стены, заново отстроить печь, настелить полы и укрепить бревна под крышу. Пировать будем под звездным небом и практически на свежем воздухе…
Это подводило нас к паре серьезных вопросов. Проблема первая — национальные меньшинства. Я не в счет, я тут на привилегированном положении, а вот гномы и эльф…
Если помните, после нашего последнего похода Эландер ушел со своими в лес. Так вот он, зараза, вернулся на следующее утро! Врал, будто бы это Эйвин его послала, у нее было видение. Смысл видения неясен, но то, что в эльфийском лесу на Вороньей пустоши остроухому самоубийце делать нечего, это точно!
Гномы вообще никуда не ушли. Я имею в виду, что они обернулись так быстро, словно никуда и не уходили. У них же по всей Империи и сопредельным государствам своя сеть так называемых хранов. То есть укромных местечек, куда любой гном может сдать свое золото на хранение и быть полностью спокоен за его неприкосновенность. Назад драгоценный металл получит лишь тот, кто его сдал. Любому другому достанется, образно выражаясь, тот же «хран» с заменой гласной. Железная гарантия Гильдии горняков!
Короче, вся бывшая команда в сборе и чего-то ждет. Теперь понятно чего — прощания с графом Эшли Эльгенхауэром-младшим. Но, возвращаясь к прежнему разговору…
С Эландером можно договориться, если не будет выеживаться со своим надзвездным происхождением, то пить он умеет и в нетрезвые драки не ввязывается. Иное дело Туром и Нетуром. Предложение «гномам не наливать» было отметено сразу как расистское, бессмысленное и даже провокационное. Им не налей, они с трезвости в такие обидки ударятся, такими слезами все полы обольют, что праздник и настроение кому угодно испортят напрочь! Значит, надо приглашать, поить, но быть ежеминутно готовыми к тому, что вечеринку без мордобоя бородачи считают бесцельно потерянным временем…
— Да и пусть, — махнул рукой Трувор. — Главное, чтоб без применения оружия. В конце концов, наши местные тоже не поймут, если на крутой попойке никто никого так и не отметелит. Женщин будем звать?
— Давайте пригласим Сун, — переглянувшись со мной, кивнул Эшли. — Я был бы искренне огорчен, если бы она пропустила такое мероприятие. А что, есть кто-то еще?
— При герцогском замке вечно ошиваются дешевые танцовщицы и непотребные девицы. Но вряд ли мы успеем кого зазвать к себе до вечера, женщины просто не смогут достаточно быстро напудриться и прибежать…
— Пошлем за ними телегу, — решил граф. — Давно хотел собственными глазами увидеть те знаменитые кабацкие танцы на столе, когда девушки, отплясывая, задирают юбки так, что у них даже видны колени!
Мы с дядей Трувором одновременно покраснели, но никто не решился сказать Эшли, что герцогские танцовщицы, как правило, отрабатывают свою программу в пьяном виде и вообще почти без ничего. Куда они прячут швыряемые им под ноги монеты, тоже лучше не спрашивать…
— О, Малыш, твое трогательное целомудрие так умиляет, — неверно истолковав мое смущение, гордо выпятил грудь наш знаток женщин, — но я хочу устроить такую отвязную и безбашенную вечеринку, чтоб слава о ней прокатилась по всему фронтиру! С завтрашнего дня те, кто проснется после жуткого похмелья, будут говорить о ней как об эпохальном событии, перевернувшем их привычный быт с ног на уши. Граф Эльгенхауэр-младший, несомненно, имеет ряд недостатков, но в чем меня никогда нельзя обвинить, так это в том, что со мной — скучно!
Гр-р, как же он был прав…
К вечеру этого же дня чисто выбритый и расчесанный на прямой пробор Трувор в белой рубашке с кружевами, облегающих лосинах, коротких шортиках с разрезами и новых туфлях с пряжками принимал гостей. Вид у бывшего наемника и хозяина полулегального бандитского притона явственно говорил о том, что он делает первый, но не робкий шаг к смене ориентации. То есть утверждению, легализации как себя, так и заведения! Все прочее в соответствии…
Рыжая Эльза, одетая… раздетая… одетая… раздетая… нет, все-таки скорее одетая в четыре лоскута (три спереди, один сзади), разливала пиво, вино и кое-что покрепче. Два гнома в передничках поверх кольчуг, но без шлемов, отложив боевые топоры, носились на подхвате, разнося глиняные блюда с копчеными свиными ребрами и караваи свежего хлеба.
Стройный Эландер с накрученными кудрями услаждал слух непритязательной аудитории нескончаемыми песнями о любви эльфийских дев к памяти давно умерших остроухих героев дня под раздолбанную до уровня чурбака со струнами мандолину. Звук такой, словно вместе с героями девы дружно рыдают еще и о своей безвременно ушедшей кошке, а она им с небес гнусаво подвывает…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
