Читаем без скачивания Рассказы, изданные на бумаге. Фантастика - Александр Тимофеевич Филичкин

сне чудесные сказки. Они очень мне помогали терпеть сильные боли, а потом, вдруг исчезли. С тех пор прошло много лет, но иногда я смотрю кинофильмы и понимаю, я знаю эту историю. Уже видел в больнице, во сне.

— А я тут причём?

— Лет шесть назад, я ехал в трамвае и наткнулся на Вас. В этот же миг, перед моими глазами возникли видения. Они походили на те, что мне снились в палате. Я сел рядом с вами и прижался плечом.

Я сразу вспомнил тот небольшой эпизод. Тогда меня сильно смутил странный шкет, прильнувший ко мне, как к родному отцу.

— Вы отодвинулись в сторону и строго спросили: — Ты, пацан не ошибся? — я бросился в сторону. Чем дальше я удалялся от вас, тем бледней становились картинки в моей голове. Когда вы ушли из вагона на улицу, они пропали совсем.

— Значит, я твоя муза? — съехидничал я.

— Нет, именно я являюсь индуктором! — отрезал подросток: — После той встречи, я стал искать тех людей, что вызывали во мне резонанс. Правда, тогда я не знал этого слова, и всего остального, о чём сейчас говорю.

— А откуда, теперь ты это знаешь?

Мальчишка опять ушёл от ответа: — Скоро я научился находить разных муз, но все они были неважного качества. Картинки достаточно тусклые, сюжеты простые. Куда любопытнее было смотреть ночью сны. Там всё бывало таким интересным. Я научился запоминать все видения и стал понемногу их контролировать.

— Каким это образом?

— Стал задавать им вопросы.

— Кому?

— Не знаю, об этом они не хотят говорить.

— Они?

— Он, она или они, это, как бы все вместе. Единое целое и, в тоже время, все врозь. Одним словом «Индуктор», возбуждающий в людях идеи. Это они объяснили мне то, что я вам сейчас сообщил.

— Значит, они рассказали про жизнь, смерть и все прочие тайны?

— Нет, к сожаленью, не все. Моё дело сочинять большие романы, а не двигать науку.

— И что ты теперь смотришь во сне?

— Почти, то же самое, что вы увидели тогда на площадке, когда я чуть не врезался в вас.

— Как часто? Эпизоды или куски? — атаковал я мальчишку вопросами.

— Раз в месяц я вижу такую историю, что если её рассказать, то получится крупный роман.

— Почему же не пишешь? — спросил я с усмешкой: — Если тебе в голову всё заливают, то в течение месяца можно легко, перенести всё на бумагу. Ты бы уже в лимузине катался, а не на стареньком скейте.

— К сожалению, в автоаварии у меня повредилась часть мозга. Теперь, я не могу этого сделать. Врачи заявили, что у меня дислексия, расстройство нервной системы, из-за которого люди не могут научиться читать и писать. В детстве этим недугом страдали многие личности разных времён: Леонардо да Винчи, Ганс Христиан Андерсен, Альберт Эйнштейн, Уинстон Черчилль.

— Есть программы, переводящие устную речь в напечатанный текст. Говори в микрофон, а комп проделает всё остальное. Отошлёшь свои сочиненья в большую редакцию, там их, может быть, издадут.

— Мои родители умерли. У меня нет никого, кроме бабушки. Мы живём на её скромную пенсию. На работу меня пока не берут, а когда подрасту, примут лишь грузчиком, я же неграмотный.

— Спроси у приятелей, теперь у всех есть планшетники.

— У меня нет друзей. Едва выясняется, что я не ходил в среднюю школу и не могу освоить русскую грамоту, так все считают меня полным придурком.

— Ты думаешь, я куплю для тебя все эти гаджеты? Неплохая разводка. — сказал я с усмешкой.

— Вы хотите, написать роман о пилоте… — начал пацан. Дальше он в нескольких фразах пересказал весь сюжет, пришедший мне в голову некоторое время назад.

Я ошалел от такой демонстрации и тупо спросил — Это, гипноз, или чтение мыслей?

— Резонанс, то есть взаимное усиленье сигнала. Мы с вами живём рядом с парком. Во сне часто видим одни и те же истории. Я помню их лучше, чем вы. Зато вы можете всё записать.

Поэтому, мы могли бы стать с вами соавторами. Хотите, я перескажу те сюжеты, которые вы недавно придумали? — подросток сказал несколько фраз по каждой моей недавней задумке. Я безоговорочно поверил ему.

Мальчик встал с лавочки: — Вам нужно всё хорошенько обдумать. Если вы посчитаете, что я вам не нужен, я буду искать другого соавтора. Постараюсь не брать, общие с вами сюжеты.

Решите работать со мной, в воскресенье приходите туда, где я вас чуть не свалил. — он кивнул на прощание и укатил на площадку для скейтов.

Ошеломлённый внезапной дилеммой, я шёл домой, вспоминал разговор и пытался найти нестыковки. Всё было очень логично. А пересказ моих недавних сюжетов, можно легко объяснить, только чтением мысли или же его резонансом.

Всю неделю та встреча не давала мне ни минуты покоя. Я пытался писать, но всё валилось из рук. Я дважды ходил на площадку для скейтов, но не нашёл того паренька.

В воскресенье я еле дождался полудня и отправился в парк. Однако, в тенистой аллее не было моего визави. Я ждал его час, но он не пришёл. Ругая себя, что не спросил имени с адресом, я осмотрелся по сторонам.

Тут я заметил мальчишку, который был там с доской, в прошлый раз. Я подошёл к пареньку, напомнил события, что случились неделю назад, и спросил о своём возможном соавторе.

— А, — обрадовался мой собеседник: — вы про придурка?

— Точно!

— Машина его сбила недавно. — помрачнел вдруг спортсмен.

— Когда? — сильно расстроился я.

— В четверг. — буркнул подросток: — Вчера схоронили.

Успокоительное средство

Фантастический рассказ «Успокоительное средство»

Издан в русскоязычном журнале «WADIM in Stuttgart» Апрель 2014, № 4 стр. 29…31

Кроме того, фантастический рассказ «Успокоительное средство»

Издан повторно в журнале «Метаморфозы» Беларусь. № 3(9)2015 стр. 270…272

Всё в мире шло, по однажды, заведённому правилу. Где-то бушевали тайфуны и песчаные бури. На планету обрушивались снегопады и небывалые ливни. Извергались вулканы и сходили гигантские оползни. Свирепствовали страшные засухи и большие пожары.

Кризисы в энергетической сфере переходили в экономические, а затем, в политические. Перепроизводство товаров и продовольствия в развитых странах, сопровождалось ужасающим голодом и нехваткой всего, что только возможно, в бедных районах планеты. Войны, глады и моры не покидали нашу многострадальную землю.

Кроме всего перечисленного, ещё одна вещь оставалась совершенно незыблемой. Речь идёт о самочувствии граждан. Так уж устроены все существа, что у них всегда где-нибудь, что-то болит, или есть подозрения по данному поводу. Мало ли, что может случиться?