Читаем без скачивания Нашествие - Александр Воробьев

– Хреново бегаете, товарищ младший сержант.

– Вы меня на стометровке сначала обгоните, товарищ рядовой!

– Курить тебе бросать надо, а то что-толку, натренировался, закурил и все насмарку.

Игорь вставил в зубы примину и демонстративно затянувшись, выдохнул дым в лицо товарища.

– Нифига подобного, курю я мало, а вот бегаю, вашими молитвами, словно лось, али еще какая тварь лесная.

– Ну, если пачка в день это мало, то извиняйте.

– Какая к черту пачка в день?! Мне табачного довольствия в избытке хватает! Пятнадцать пачек в месяц, хе, считай сам, какая тут пачка в день.

Они рысью взбежали на третий этаж. Сергей, толкнув задремавшего дневального, утопал по взлетке в кубрик, а Игорь отправился докуривать в туалет.

Помаленьку в сортир начали подтягиваться остальные, у Игоря стрельнули сначала одну, потом сразу три сигареты и он, экономя оставшееся в пачке, выкинув окурок, пошел одеваться к завтраку.

– Денисов, к комбату! – Дневальный стоял к нему спиной и орал, сложив ладони рупором. Игорь поморщился и толкнул того в плечо.

– Чего орешь то?

– Ой, извините товарищ сержант, не заметил.

– Дожили, дембеля в упор не замечают. – Он хотел добавить что-то еще, но заметив, как «дух» испуганно дернул кадыком, передумал и спросил уже гораздо спокойнее. – Что ему от меня надо-то?

– Не знаю, товарищ сержант, мне не сказали.

– Ладно, иди, служи, боец.

Вызов к комбату с утра мог говорить только об одном, опять некому идти в караул и именно ему, младшему сержанту Денисову придется выступать затычкой. Игорь сплюнул на свежевымытый линолеум взлетки и побрел в канцелярию.

Старший лейтенант Халеев, поставленный командовать батареей охраны, за какую-то оплошность на прежнем месте службы, сидел, упершись в потолок похмельными глазами.

– Младший сержант Денисов по вашему приказанию прибыл!

Халеев потер виски.

– Кончай орать, Денисов. Зачем я тебя позвал, ты уже и так догадался.

– Догадался. Когда заступать?

– Сегодня вечером, когда же еще. Мельников заболел, ставить мне некого.

Игорь сел на соседний стул.

– Товарищ старший лейтенант, ну ё-мое, вчера же только сменился! Мне в увольнение сегодня идти.

Комбат скорчил страдальческую мину.

– Мне что ли вместо тебя идти? А в увольнение иди, вернешься к разводу, оружие за тебя получат, форму подготовят. Все, ступай.

Игорь с трудом сдерживая матюги буквально вылетел в коридор.

– Твою мать!

– Че, опять на ремень? – Серега как раз выходил из туалета, голый по пояс, помахивая мокрым вафельным полотенцем.

– Ага, мля, через день!

– В увал-то отпустили?

– До пяти, как духа, черт бы его побрал!

Сергей хлопнул его по плечу.

– Чертова куча времени, Гоша. В кино сходить успеешь, в зоопарк!

– Слушай, не подкалывай, а!

– Ну ладно, ладно – шучу. Хоть по городу побродишь, все не в части сидеть.

Игорь открыл тумбочку, доставая загодя приготовленную гражданку. Дилемма стояла серьезная – Идти в увольнение прямо сейчас, благо комбат отпустил, или Все-таки дождаться завтрака? Поразмыслив, склонился сначала позавтракать, лишние полчаса погоды не сделают, а вот денег, поесть за пределами части у него не было, пришлось бы терпеть до ужина.

Но тут удача отвернулась от него вторично, на завтрак опять давали вареную рыбу, которую он с трудом терпел даже по духанке, когда казалось можно было съесть все что угодно. А уж сейчас, этот подозрительно пахнущий кусок он стал бы есть только под угрозой расстрела. Игорь толкнул «духа» соседа.

– Рыбу будешь?

– Так точно!

– Забирай боец, только на ухо больше не ори.

Переложив на протянутую тарелку рыбий труп, Игорь брезгливо покопался в желтой картофельной массе, проглотил с чаем толстый бутерброд и, не дожидаясь окончания завтрака, вышел на улицу.

Дождь кончился, облака начали понемногу расходиться, обнажая нежно-голубое, весеннее небо. Погода явно налаживалась, становясь все более похожей на положенное по времени года. Игорь подошел к сидевшим на облупленной скамейке сержантам из учебной батареи, те подвинулись, освобождая ему место.

– О, Гоша, привет! Ты говорят сегодня опять в караул?

– Угу, Мельников, сука закосил, а ставить больше некого.

– Вам в охране еще хорошо. А у нас таких тормозов в пополнении привезли, мля, где таких и растят то? Ни кровать заправить, ни подворотничок пришить. А самое хреновое – стукачей немерянно, каждый второй! Прикинь, Саньку вон, с сорок второго взвода знаешь?

– Высокий?

– Угу, он самый, его же дух шантажировал вчера! – Не отпустишь мол в увал, так скажу что ты меня избивал. Я фигею, в наше время дух чихнуть лишний раз боялся, а нынче…

– Ничего, недолго осталось, неделя, две и домой.

– Сначала аккорд пропишут недетский. Наши вон деды сколько увольнялись, мы уж чуть не молились, чтобы их побыстрее отпустили.

Народ заржал, вспоминая события полугодовой давности, когда также, как и нынче задерживали приказ и дембеля ходили злые, готовые сорвать злость не то что на духах, но даже и на черпаках. Да, времена менялись, даже и не сказать к худу, или добру. Скорее к худу, плохо, когда молодой боец ни в грош не ставит старого, опытного сержанта.

Из столовой вышли закончившие прием пищи, несколько человек, среди которых Игорь увидел и массивную фигуру Сергея, направились к курящим.

– Гоша, блин, ты идешь?

Игорь хлопнул по объемистому пакету:

– Я уже готов, гражданку прямо на КПП одену, погоди, только до дежурного сбегаю, отмечусь.

– В «Привал» зайдем?

Игорь похлопал по карманам.

– Денег дашь, зайдем.

– Обойдешься, нефиг было сигареты покупать, пижон. Треть зарплаты за пачку.

– Ну и черт с тобой! Буду ждать на КПП.

Игорь, уступив дорогу колонне четвертой батарее, неспешно, пиная мелкий щебень побрел к штабу. У фонтана, лениво пускающего струйки ледяной воды его обогнал комбат.

– Ты еще здесь?

– Завтракал.

– А, понятно. Ты смотри, не опоздай, без пятнадцати шесть, что б на плацу стоял подшитый и побритый.

– Не впервой, товарищ старший лейтенант.

Игорь пропустил комбата вперед, лишний раз отираться на глазах начальства он не любил, того и гляди, как куда-нибудь припашут. Хлебом не корми, дай солдата умотать.

Штаб размещался в старом, еще дореволюционной постройки двухэтажном особнячке, довольно неумело украшенном в стиле барокко. Денисов толкнул тяжеленную дверь и поморгал, привыкая к полумраку коротенького коридорчика меж двух стеклянных стен. Сегодня дежурным по части стоял полноватый майор, фамилию которого Игорь никак не мог запомнить, хотя частенько с ним сталкивался на ремонтном цикле. Майор читал.

– Товарищ майор, разрешите?

Тот оторвался от текста и подслеповато прищурил глаза.

– Чего?

Игорь протянул увольнительную.

– Отметиться пришел.

– Почему не на разводе?

– В караул сегодня, вне очереди, меня комбат отпустил.

Майор снова уткнулся в книгу, На этот раз Игорь успел прочитать фамилию автора – Чейз.

– После развода приходи, а то много вас сегодня гулять уходит до срока.

– Ну товарищ майор, у меня времени в обрез, в пять в части надо быть. Комбат же отпустил!

Майор захлопнул книгу и привстал со стула.

– Свободен!

– Так, сержант, почему не на разводе?

Игорь обернулся, краем глаза заметив, как подскочил майор. В дверях своего кабинета стоял командир части. Игорь лихо отдал честь, спеша опередить открывшего было рот майора.

– Пытаюсь уйти в увольнение товарищ полковник! Мне в караул сегодня, вчера только сменился, комбат разрешил.

– Ну раз разрешил, так иди. Сергей Степаныч, отметьте.

– Слушаюсь!

Игорь протянул листок, майор поморщился, но отметку таки поставил.

– Разрешите идти?

– Иди.

Игорь кивнул и вышел на улицу. Развод заканчивался, учебные батареи расходились по занятиям, со строевыми песнями маршируя мимо трибуны. Игорь ухмыльнулся, наверняка на плацу сейчас зам по учебной работе, меломан саморощенный. Хлебом не корми, лишь бы мимо него с песнями ходили. Зама не любили, недавно переведенный из другой части, он как-то резко сделал карьеру, досрочно получив подполковника и заняв место разбившегося в автокатастрофе предшественника. Всю жизнь прослужив при штабе, зам видимо не накомандовался и теперь отрывался на полную катушку, гоняя личный состав при любой, малейшей возможности.

Игорь по дуге обошел плац, выгадывая так, чтобы не попасться на глаза возвращающемуся в штаб подполковнику, вот уж с кем встречаться у него не было ни малейшего желания. Полсуток свободы манили близостью, обещая весь спектр нехитрых солдатских радостей. Правда на сегодня, увы, без алкоголя– слишком коротким был миг свободы, а ссориться с командованием за неделю до дембеля не хотелось. Полторы недели, оставшиеся до истечения реального срока службы лучше любого замполита помогали удерживаться в рамках устава.