- Что это у него на шее? Рут присмотрелся:
- Больше всего это смахивает на бриллиантовое ожерелье.
- Боже ты мой! - прошептала Барбара. Рут спустился к кромке воды:
- Эй, приятель! - Большие бархатные глаза дикантропа провернулись в глазницах.
- Поди-ка сюда!
Барбара присоединилась к Руту, когда абориген, вразвалочку, подошел ближе.
- Дай-ка мы посмотрим, что это у тебя, - сказал Рут, склоняясь над ожерельем.
- Ты посмотри, какое красивое! - выдохнула его жена.
Рут, в раздумье, прикусил губу.
- Они действительно выглядят как бриллианты. Оправа, должно быть, платиновая или иридиевая.
- Слышишь, парень, откуда ты это взял? Дикантроп заковылял прочь.
- Мы нашли.
- Где?
Дикантроп запыхтел, пуская сопли, но Руту показалось, будто он зыркнул в сторону пирамиды.
- Вы нашли это в большой куче камней?
- Нет, - ответил абориген и скрылся под поверхностью земли.
Барбара вернулась на свое место вод деревом, хмуро уставилась на воду. Рут встал рядом, Некоторое время оба хранили молчание.
Потом Барбара произнесла:
- В этой пирамиде, должно быть, полно таких вещиц.
Рут льстиво сказал, прочистив горло:
- Ну... вполне возможно.
- Почему же ты не пойдешь туда посмотреть?
- Я бы хотел, но ты ведь знаешь, что это может навлечь неприятности.
- Ты мог бы пойти туда ночью.
- Нет, - сказал Рут, преодолевая себя, - это было бы неправильно. Если они хотят сохранить что-то в секрете - это их дело. В конце концов - это ведь им принадлежит.
- С чего ты взял? - продолжала твердо и резко напирать жена. - Не они ее строили и, скорее всего, никогда не прятали там никаких бриллиантов.
В ее голосе послышалось презрение.
- Или ты боишься?
- Да, - сказал Рут. - Я боюсь. Их здесь сущая тьма, а нас только двое. Это одно обстоятельство. А другое, более важное...
Барбара снова прислонилась спиной к стволу.
- Я не желаю этого слышать.
Рут, сам уже рассердившись, с минуту ничего не говорил. Потом, подумав о трех месяцах и трех днях, оставшихся до прихода грузового корабля, сказал:
- Бессмысленно продолжать ссориться. Каждому из нас от этого только хуже. Я совершил ошибку, взяв тебя сюда, - и я очень сожалею. Я думал, ты обрадуешься новизне: только мы вдвоем, на незнакомой планете...
Барбара не слушала его. Ее мысли были заняты чем-то другим.
- Барбара!
- Тс-с! - быстро прошептала она, - Замолчи! Слушай!
Он резко поднял голову. Воздух вибрировал от отдаленного гула фрм-м-м-м. Рут выскочил на солнце и осмотрел небо. Звук становился все громче. Не оставалось никаких сомнений - из космоса опускался корабль,
Рут побежал на станцию, включил связь, но никаких сигналов не поступало. Он вернулся к двери и стал наблюдать, как корабль приземляется на скверную ухабистую посадочную площадку в двухстах ярдах от станции.
Это был небольшой корабль, такого типа, каким обычно пользовались богачи, что-то вроде частной яхты, но уже старый и потрепанный. Он сел в вихрях горячего воздуха, трубы его, остывая, шипели и свистели,
Рут подошел к нему поближе.
Рукоятки на крышке люка начали поворачиваться, люк открылся, В образовавшемся проеме показался человек. Мгновение он, пошатываясь, стоял на подгибающихся ногах, а потом рухнул ничком.
Рут подскочил и успел подхватить его прежде, чем тот упал на землю.
- Барбара! - позвал Рут. Подошла жена. - Берись за ноги! Внесем его в дом. Он болен.
Они опустили его на кушетку, и мужчина слегка приоткрыл глаза.
- Что случилось? - спросил Рут. - Что у вас болит?
- Ноги точно ледяные, - просипел человек. - Плечи болят. Трудно дышать.
- Подождите, я справлюсь в книге, - пробормотал Рут. Он вытащил "Служебное руководство для оказания первой помощи космонавтам" и проглядел симптомы. Взглянул на больного.
- Вы были где-то возле Альфарда?
- Прямо оттуда, - с трудом выговорил человек.
- Похоже на то, что вы подхватили вирус Лимы. Если верить этой книжке, укол микозетина приведет вас в порядок.
Он вставил ампулу в гипошприц, прижал кончик к руке пациента, надавил стержень.
- Так надо сделать - все, как в руководстве.
- Спасибо, - сказал его пациент, - мне уже лучше.
Он закрыл глаза. Рут поднялся, взглянул на Барбару. Она изучающе рассматривала этого человека с каким-то своим особым интересом. Рут снова опустил глаза, первый раз по-настоящему взглянув на незнакомца. Тот был молод, возможно ему было около тридцати, тонкого, но крепкого сложения, с сильно подвижной мускулатурой. Лицо худое, почти изможденное. У незнакомца были короткие черные волосы, густые черные брови, лошадиная челюсть и тонкий орлиный нос.
Рут отвернулся. Одного взгляда на жену ему было достаточно, чтобы с болезненной отчетливостью представить ближайшее будущее.
Он промыл гипошприц, поставил на полку "Руководство", двигаясь с какой-то неловкостью и внезапно появившейся скованностью. Повернувшись, он увидел, что жена глядит на него широко открытыми глазами. Рут медленно покинул комнату,
На следующий день Марвиль Ландри уже был на ногах и, когда он побрился и переоделся, от болезненного вида не осталось и следа. По профессии Ландри был горный инженер, так он представился Руту, и следовал на Зубан XIV, по контракту.
Вирус сразил его молниеносно, и, только благодаря своей счастливой звезде, он заметил на карте, что близок к Дикантропусу. Быстро слабея, он был вынужден резко затормозить и так неудачно приземлился, что сейчас опасался, не израсходовал ли он все горючее. И в самом деле, когда они пошли проверить, то обнаружили, что горючего едва ли хватит, чтобы поднять корабль в воздух на какие-нибудь сто футов.
Ландри уныло покачал головой:
- Плакал мой десятимиллионный контракт на Зубане XIV.
Рут тем же тоном ответил:
- Грузовой пакетбот бывает раз в три месяца. Ландри поморщился:
- Три месяца в этой проклятой дыре! Сдохнуть можно!
Они вернулись на станцию.
- Как вы живете тут, не понимаю. Барбара услышала его:
- Живем? Да последние шесть месяцев я каждую минуту на грани истерики. Джим, - она с отвращением ткнула в сторону мужа, - только и занят своими костями, камнями и антенной. Веселенькая у меня компания!
- Может быть, я помогу вам, - легкомысленно предложил Ландри.
- Может быть, - сказала она, бросив на мужа холодный, равнодушный взгляд. И с этими словами, грациозно покачиваясь и таинственно улыбаясь, вышла из комнаты.
Вечером устроили праздничный ужин. Как только голубые лучи солнца исчезли за горизонтом, Барбара и Ландри отнесли стол к озеру и обставили его со всем великолепием, какое только могла обеспечить станция. Не сказав ни слова мужу, Барбара открыла бутыль с бренди, Которой прижимистому Руту хватило бы на целый год, и приготовила кучу бокалов виски с лимонным соком, вишневую настойку и лед.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
