– Привет тебе, Зигфрид, королевский сын! Долго же ты меня искал! – Двери дома закрыл собою широченный в плечах карлик, седая борода доставала ему до пояса. – Оставляй коня, он будет накормлен, и входи в дом, ты ведь тоже проголодался.
– Привет тебе, Регин! Как ты узнал меня? – удивился Зигфрид.
– В этом нет большой тайны, – усмехнулся карлик. – Ты настойчиво искал, а я поджидал терпеливо. Проходи, здесь тебе готов ужин и ночлег. А с утра я испытаю, так ли уж ты силен и ловок, как мне хотелось бы.
* * *
Утром карлик Регин привел Зигфрида в кузницу.
– Знаю, ты хочешь перенять у меня кое-какое умение. Поделиться секретами я готов. Но сначала попробуй поднять этот молот и ударить им по наковальне. Мне говорили, трое взрослых мужей нужны, чтоб поднять его.
Боясь позора, Зигфрид двумя руками взялся за толстую деревянную рукоять, с силой оторвал молот от земли, поднял его над головой и ударил по наковальне.
Наковальня до половины ушла в землю.
Седобородый карлик довольно улыбнулся, левой рукой взял молот, отставил его в сторону, потом двумя руками вывернул из земли наковальню, а Зигфрид подложил под нее огромный плоский валун.
– Для начала неплохо, королевский сын. Начнем первый урок. Смотри же!
Карлик взял готовый наполовину меч, прислоненный к стене; мечей такого размера Зигфрид прежде не видел. Словно сам по себе, меч из левой перелетел в правую руку карлика, и рука эта с такою скоростью принялась вращать боевое оружие, что волна воздуха ударила Зигфриду в лицо. Меч со свистом рассекал воздух, превратившись в полупрозрачное колесо, – он был одновременно повсюду и нигде.
– Смотри же! – снова воскликнул карлик и, перебросив меч в левую руку, проделал с ним то же, что и правой. – Этому станешь учиться прямо сегодня. – Карлик опустил меч. – И еще – напомни мне, королевич, пробовал ли ты, подпрыгнув, коснуться вершины хотя бы невзрослого дерева или, нырнув с берега озера, проплыть под водой до другого и, не подняв головы, вернуться назад? Или вот еще… – Тут карлик свистнул, и на свист из леса вышел крупный медведь. Регин подошел к нему, что-то шепнул на ухо, и Зигфриду показалось, что медведь согласно кивнул. – Сможешь ли с успехом побороться с медведем, опередишь ли взрослого волка в беге вокруг озера? А есть еще метанье копья, прыжки через ров, драка на кулаках и тайные приемы борьбы, когда против тебя выходит сразу дюжина бойцов. Согласен ли ты на такую науку, Зигфрид, королевский сын?
– Я искал тебя лишь для этого.
– Тогда сразу и приступим. Я же, когда ты будешь отсутствовать, стану доделывать твой меч. У него уже есть имя. Это имя – Бальмунг. Ко дню, когда ты постигнешь мою науку, Бальмунг будет готов.
* * *
День за днем в утренних сумерках Грани уносил юношу из дворца и возвращал его стареющим родителям лишь затемно. Эти дни добавили немало волнений королю с королевой. Но однажды в праздники Зигфрид остался во дворце и участвовал в состязаниях наравне со взрослыми бойцами. Король-отец увидел упражнения сына с камнем, мечом и копьем и понял, что у него есть особый учитель. А еще он подумал, что скоро в Нидерландах не найдется такого рыцаря, который смог бы превзойти королевича в рыцарском умении. Прошло немного вре мени, и король решил собрать сверстников Зигфрида, достойных рыцарского звания, на праздник, каждому подарить коня и ратные доспехи, каждого наградить мечом.
В кузницах ковали мечи, шлемы, мастера шили нарядные одежды, во все концы страны помчались гонцы – они приглашали будущих рыцарей на праздник в королевский дворец.
А когда юноши собрались и заполнили город, счастливый король устроил пир, которого прежде не знала страна, и каждого посвятил в рыцари. Первым среди посвященных был сам королевский сын.
Наутро после праздника и Регин закончил отделку Бальмунга. Меч был широк, длинен и тяжел. Старый карлик в последний раз с удовольствием рассмотрел его и сказал:
– Пожалуй, и я острее не знал оружия.
Он протянул его Зигфриду, золоченой рукоятью вперед, и принес ножны, отделанные парчовой каймой.
– Зигфрид, сын Зигмунда, – торжественно проговорил карлик, – я научил тебя многому из того, что умею и знаю сам. Теперь учителями твоими станут враги. Этот меч дан тебе, чтобы ты поражал их без устали. Он прославит твое имя во многих землях. Ты совершишь подвиги, о которых люди прежде не смели и мечтать. Но при одном условии: если ты немедля отправишься на бой с первым страшным врагом.
– Назови мне имя врага, и я сражусь с ним! – проговорил Зигфрид.
– Ты должен поразить Фафнира.
– Дракона?! – Старому карлику показалось, что в голосе юноши соединились удивление и ужас. Но только на мгновение. – Я готов! – проговорил Зигфрид.
* * *
– Слушай последнее мое слово, Зигфрид, сын Зигмунда, перед тем как я уйду из твоей жизни, – продолжил Регин. – На дальнем северном море есть остров. Он дик и угрюм, потому что и зверь, и птица, и человек, однажды попав туда, становятся земною пылью. И если хочешь вернуться назад, ты не должен ни есть, ни пить, пока вновь не сядешь в свою ладью. Последний из племени земных драконов, страшное чудовище, построил на острове себе логово. Дважды за время человеческой жизни он покидает остров и устремляется к одному из народов. Страшна судьба той земли, которую он выбирает. Дракон изрыгает яд, и яд убивает посевы, животных, птиц. И король, и простой землепашец – все перед ним беззащитны. При его приближении люди бегут в ужасе, побросав дома и дворцы, и пустые жилища достаются огню. Фафнир собирает золото и уносит к себе на остров. Этого золота ты не касайся. Проклятье лежит на сокровищах, добытых через убийство, и каждого нового владельца ждет гибель. Сегодня ты должен поторопиться. Лишь несколько дней и ночей пробудет Фафнир на острове, отправляясь временами по одной и той же тропе к единственному ручью на водопой. Возможно, он выберет в жертву себе и твою страну.
– Я готов, Регин, – снова проговорил Зигфрид.
– И еще. Пока дракон невредим, в открытый бой с ним не вступай. Я научил тебя многим хитростям битвы, но здесь, быть может, понадобится другое – осмотришь остров и догадаешься сам. Сумеешь сразить дракона, попробуй омыть свое тело его кровью – я слышал, это сделает победителя неуязвимым для любого удара.
Они простились – карлик и юный Зигфрид. Зигфрид сел на коня и помчался к морю, а деревья, где стояли дом и кузница, глухо шумели, раскачиваясь, и уходили под землю. Скоро скрылись уже и верхушки самых высоких сосен, озеро разлилось по долине, и с тех пор никто не встречал искуснейшего из людей.
* * *
У моря, в ближнем селении Зигфрид выбрал ладью и вместе с конем взошел на нее. Белая пена волн ударяла в борта ладьи. Зигфрид поставил парус; он спешил, был и рулевым, и гребцом, правя к острову. Наступила ночь, но и при свете луны, под звездами, можно было мчаться вперед.
Дни сменялись ночами, ночи – днями, и наконец в рассветной дымке показался остров. Зигфрид осторожно причалил к нему, вывел Грани на берег и оставил его у самой воды, чтобы конь не ел ядовитой травы.
Смрадный воздух висел над островом, и Зигфрид, стараясь не вдыхать его глубоко, пошел на разведку. Он увидел двух птиц, пролетавших над островом, а потом увидел, как они, замерев на мгновение, беспомощно кувыркаясь, стали падать на землю где-то в центре острова. Видимо, там и было логово Фафнира. А в логове находился хозяин.
Идя дальше, Зигфрид обнаружил глубокий ручей. От ручья к середине острова вел след, широкий, словно по нему много раз волокли тяжелые стволы деревьев. Это был путь дракона. По этой дороге дракон мог скоро отправиться из логова к водопою.
«Осмотришь остров и догадаешься сам» – вспомнил Зигфрид слова Регина.
И еще он вспомнил другие слова: у дракона спина и бока словно покрыты латами, их не пробить мечом. А свой мягкий живот он прижимает всегда к земле.
«Есть способ, которым можно сразить его, – подумал Зигфрид. – Нужно ударить снизу, из-под земли».
Широким своим Бальмунгом он стал копать яму рядом со следом. Он работал так быстро, что и десятку землекопов было бы за ним не угнаться. Яма, вырытая в песчаной земле, стала глубока и просторна. Зигфрид накрыл себя сухими ветками, которые и прежде лежали на том месте. Теперь оставалось ждать.
Скоро он почувствовал, как волнами надвигается на него удушающий смрад и жуткий, звериный страх. Даже он, храбрец Зигфрид, с трудом побеждал этот страх и, сжав Бальмунг, удерживал себя, чтобы не выскочить из ямы и не бежать без оглядки прочь.
Чудище, изрыгая яд, ползло к водопою, и деревья на его пути стонали от ужаса.
Лишь один взмах руки, один удар мечом был у Зигфрида. Другого Фафнир бы ему не дал.
Из ямы, снизу, Зигфрид ударил мечом в тело дракона и пронзил его сердце.
Дракон затрясся, забил головой и хвостом, так что задрожала земля и в яму посыпались ее комья.
