— А чего ты его испугался — он же плюгавый! На него посмотришь пристально — он на пол свалится.
— Да вот этого и боюсь. У меня принципы, ты знаешь — я не мокрушник. А этот шибзик ведь и впрямь дуба дать может. Тем более что разозлил он меня до соловьиного свиста. А потом за него отвечать. Ну, вот я и решил, что лучше мне домой вернуться, нервы подправить. Сюда-то он не сунется, здесь его в таком прикиде не поймут — заберут в дурку и не спросят, за какие хреновы идеалы он боролся. Да и по огороду своему я соскучился. Как он тут без меня? Тюльпаны растут?
— Попробовали бы они у меня не расти! — усмехнулся Билли. — Я уж тут за порядком проследил. Меня в тюрьмах сколько лет к порядку приучали — теперь уж я знаю, как это делается.
Джо улыбнулся.
— Вот я за них уж и беспокоиться начал — как бы ты не перегнул с порядком. Пора, — думаю, — приехать, посмотреть. Кроме того, есть такое правило — надо возвращаться на место своего первого преступления. Так все делают, даже мелкие хулиганы, а я все-таки великий преступник, мне положено.
— Дурацкое правило. И очень неудобное, — отрезал Билли. — Я, например, свой первый кошелек украл в роддоме. Что же мне теперь, в роддом все время возвращаться надо? Зачем это? Чтоб меня там еще узнали?
— Да, тяжело тебе, — согласился Черный Джо. — У тебя очень запоминающаяся внешность. И, главное, за те годы, что я тебя не видел, ты совсем не изменился. Пожалуй, тебя могут узнать и в роддоме. Кто тебя видел, тот уже не забудет.
— Так ведь и тебя, Джо, кто угодно узнает, — заметил Билли. — Твои фотографии здесь во всех участках висят. Прямо напротив портрета президента. Только президента они у себя за спиной вешают, а тебя прямо перед носом. Так что, если они президента встретят, то могут и не узнать, а тебя точно ни с кем не перепутают.
Черный Джо улыбнулся и, развалившись на стуле, пустил в потолок длинную струю дыма. Слова Билли ему явно польстили.
— Это, Билли, и замечательно, — сказал он. — Я столько лет трудился ради того, чтобы заработать эту славу. Не мимолетную, а прочную и заслуженную. Желающих прославиться много, а знаменитыми становятся единицы. Поначалу никто всерьез не воспринимает, а потом постепенно, от ограбления к ограблению она приходит. А ведь дело еще и не только в криминальном таланте, но и в том, как ты держишься, как о себе рассказываешь. И от удачи, конечно же, многое зависит.
— Ну и как же надо про себя рассказывать?
— Тут, Билли, нужно бить на чувства. Про трудное детство говорить. Что родители пьяницы, а лучше, чтоб их вообще не было. Большая семья, больные родственники, поруганные идеалы. Про то, как все с нуля начинал. Про то, как в первый раз взял чего-нибудь в руки. На публику это действует безотказно.
— Понятно. Так это ты трудным детством так прославился?
— Нет, не только.
Черный Джо помолчал секунду, опрокинул себе в рот рюмку виски и вдруг спросил:
— Что, Билли, банк у нас в городе на том же месте стоит?
— Конечно. Куда он денется? Ты что, никак грабить его собрался?
Джо молча выпустил очередную струю дыма. Билли потер руки от удовольствия.
— А план у тебя какой? Рассказывай скорее! Прямо с утра приступим к подготовке.
— План — это для дилетантов и детективных романов, — сигара в руке Черного Джо описала в воздухе изящную дугу. — Подготовимся прямо сейчас.
Он взял с полки телефонную книгу и стал ее листать. Минуту спустя он подошел к телефону и набрал номер. «Это круглосуточный телефон городского банка? Добрый вечер. Завтра ваш банк ограбит Черный Джо. Да, да, именно тот самый. Да это же я и есть! Вы что, по голосу меня не узнаете? Сразу бы так. Да, завтра около десяти, — Черный Джо с сомнением посмотрел на бутылку, а потом на Билли. — Нет, знаете, около десяти не смогу. Давайте около двенадцати. Да, я буду в шляпе с сигарой и с мешком. Да, с большим. Хотя, нет — со средним. Большой мне в багажник не полезет. Нет, не надо — мешок у меня свой. Неважно, пожалуй. Хотя, крупные, пожалуй, лучше — больше влезет. Но мелкие тоже нужны. За сигареты крупными платить неудобно, у продавцов вечно нет сдачи. Вот и отлично!»
Черный Джо с удовлетворением повесил трубку.
— Ты что там, в городе, совсем с ума спятил? — спросил Билли. — Это у них шутки такие?
— Никаких шуток, Билли. Черный Джо с такими вещами не шутит. Если я чего говорю, то точно так это и делаю. Вот увидишь.
Дружеский разговор затянулся до поздней ночи. Двум злодеям было о чем рассказать друг другу. До кроватей они добрались с трудом и уснули как убитые.
На следующий день Черный Джо проснулся первым и уже успел заварить кофе, когда из спальни появился Билли, раскрасневшийся от недосыпа и возмущения. Секунду он пристально смотрел на своего приятеля, а потом закричал, гневно подпрыгивая:
— Ну знаешь, Джо, после твоих рассказов о городе меня не удивить, но уж это ни в какие ворота не лезет! Я понимаю, что там все сплошь извращенцы и уроды, но ты-то как мог до такого докатиться?
— До чего докатиться? — не понял Черный Джо.
— Ну, заводят люди себе кошку или золотую рыбку. Толку от них никакого, но хоть в руки взять приятно. Но нельзя же вообще всякую гадость на кровать класть!
— Это ты точно подметил, — согласился Черный Джо. — В городе один мой знакомый с волкодавом в одной постели спал. Говорил, что так он безопаснее себя чувствует. Он был банкиром и страшно опасался за свою жизнь. Первое время он спал с двумя охранниками. Когда об этом узнали, в обществе его стали уважать гораздо больше, но клиентов у банка почему-то поубавилось. Тогда он стал спать с собакой, и всем объяснял, что она плохо воспитана и ее не согнать с кровати. На самом деле она была дрессированная не хуже чем иной камердинер. На кошек даже внимания не обращала, пока ей салфетку не повяжут, к миске не подходила. Только к чему ты об этом заговорил?
— Как это к чему?! — закричал Билли, доставая из-за спины здоровенного черного мохнатого паука.
Билли с видимым отвращением сжимал его двумя пальцами. Паук яростно сучил всеми своими лапками, пытаясь вывернуться, но справиться с Билли не мог.
— Это, по-твоему, что?
— Это, Билли, гигантский паук каракурт, — ответил Джо. — Страшно ядовитый. От его укуса даже самосвал глохнет. И как тебе не противно такое в руки брать?
— Мне противно?! — Билли даже покраснел от возмущения. — А как тебе не противно такое в кровать пускать? Совсем там, в городе, умом подвинулся?
— Ну ты и вообразил! — обиделся Черный Джо. — Никогда я такое себе в кровать не пускал. Ты что, нашел его там? То-то мне сегодня снилось, что по мне кто-то волосатый ползает. Что же ты так дом запустил, что в нем этакие паучищи завелись?
— Так он не твой? — сказал Билли, заметно успокоившись.
— Конечно, не мой. Выброси его, и сегодня же, как вернемся, надо будет все пропылесосить.
— Ну, я его выбрасываю.
Билли открыл форточку и швырнул туда паука. Тот промелькнул за окном, дрыгая лапками, и скрылся в кустах. Билли вздохнул с облегчением.
— Ну, раз он не твой, тогда ладно. А то я уж испугался.
— Чего испугался-то. Это ж ядовитый паук, я таких отродясь не любил. Пошли, а то на работу опоздаем.
Они вышли на улицу, где стояла машина Черного Джо.
— В городе я, конечно, в банки ездил не на таких автомобилях, — как бы извиняясь, сказал Джо, — но здесь для первого раза, надеюсь, сойдет и этот. Он не очень новый, зато надежный. Те, что у меня в городе были, выглядели, конечно, получше и были очень дорогими, но они и ломались часто: то бомба в них взорвется, то танк инопланетный переедет, а с не очень дорогими машинами обычно такого не случается.
— Угу, — кивнул Билли, — я тоже дорогие машины не покупаю. Именно поэтому.
Черный Джо посмотрел на него с недоверием и сказал:
— Мы на ней до банка не поедем. Оставим за углом, ее никто и не заметит.
Черный Джо сел за руль, а Билли сел рядом.
— Дверь до конца не захлопывается, — сказал Джо. — Если ехать не очень быстро, то ничего, а если трясет, то ее лучше придерживать рукой.
Грабители припарковались за углом, не доезжая до банка, и пешком вышли на главную улицу. Там уже стояли репортеры с телекамерами. Черный Джо помахал им рукой, закурил сигару и зашел в банк.
«Не с места, это ограбление, деньги в этот мешок!» — сказал он.
Засверкали вспышки фотокамер. Мешок быстро наполнили деньгами. Грабителей окружили репортеры. К Черному Джо со всех сторон потянулись микрофоны.
— Скажите, почему вы выбрали для ограбления именно этот банк?
— Хороший банк, — ответил Черный Джо. — Надежный. Мне нравится. И денег в нем очень много.
— Да и нет здесь другого, — проворчал Билли.
— Сколько времени вы собираетесь оставаться в нашем городе?
— Это уж как прокурор попросит. А может, меньше — от полиции зависит.
