И вдруг Леони уезжает. Оказывается, причина тому — недвусмысленные знаки внимания, оказываемые ей Пьером. В «Бори» она возвращается в 1922-ом, за несколько дней до Рождества, уже став медсестрой. Увы, Жан Кюзенак умирает в канун этого праздника вследствие сердечного приступа. Мари сама не своя от горя. Чтобы поддержать ее, Леони решает немного побыть с подругой детства, а вскоре в «Бори» приезжает ее жених, молодой доктор по имени Адриан.
Между Мари и Адрианом зарождается взаимная симпатия, основанная на родстве душ, в то время как Пьер и Леони уступают страсти, которая влечет их друг к другу.
Вскоре после того, как Леони и Адриан уезжают, к новым владельцам «Бори» наведываются другие гости: Макарий является в сопровождении нотариуса, чтобы вступить в права наследства, поскольку Жан Кюзенак не признал официально Мари своим ребенком и не оставил завещания в ее пользу.
Мари с семьей покидает Шаранту и переезжает в Обазин, где им помогает обосноваться новая настоятельница монастыря, преподобная мать Мари-де-Гонзаг. Мари начинает преподавать в местной школе, Пьер становится управляющим усадьбы одного из местных землевладельцев. Мать Мари-де-Гонзаг нанимает Жака на должность приютского садовника, а Нанетт присматривает за внуками. Они живут под одной крышей, в квартире при школе.
Через некоторое время в автомобильной аварии погибает Пьер. Мари узнает о его связи с Леони и о том, что у Пьера есть внебрачный сын Клод, которого он прижил с вдовой по имени Элоди.
Мари снова встречает Адриана и в конце концов позволяет себе увлечься этим мужчиной, который обожает ее и пробуждает в ней чувственность.
Они женятся, и Адриан становится доктором в Обазине. У них появляется общий ребенок — Камилла.
Во время Второй мировой Леони, Адриан, Поль и Клод, внебрачный сын Пьера, пополняют ряды французского Сопротивления. Элиза становится учительницей.
Поведение Матильды, девицы весьма упрямой и мятежного нрава, тревожит Мари.
Матильду арестовывают по приказу Макария, который теперь служит у немцев. Мари тоже привозят в штаб-квартиру гестаповцев. Макарий предлагает ей постыдную сделку: свободу дочери в обмен на согласие удовлетворить его похоть.
Мари соглашается. Отношение Матильды к матери меняется, когда она узнает, что та спасла ее.
В приюте мать-настоятельница принимает под свою опеку иммигрантов, которые бежали от ужасов войны, а позднее укрывает девочек-евреек, которых к ней приводит Эдмон Мишле и другие участники Сопротивления. После освобождения страны выясняется, что Макария расстреляли, а Мари, согласно найденному завещанию, унаследовала имение «Бори». Однако она предпочитает жить в Обазине, а усадьбу передает своей дочери Элизе, которую с давних пор все зовут не иначе как Лизон.
В произведении описаны реальные события из жизни обазинского приюта для девочек между и во время двух мировых войн. Автором в канву сюжета вплетено множество подлинных фактов.
Глава 1
Крики в ночи
«Беги, Мари, беги! Они идут! Скорее! Спасайся!»
Она оборачивается, удивленная тем, что слышит голос Адриана. Но его нет рядом. Рядом с ней вообще никого нет…
«Адриан? Адриан, где ты?»
Слова застревают у Мари в горле. Она вдруг замечает, что уже ночь и вокруг нее в тумане мигают странные огоньки. Несмотря на вселяющую беспокойство темноту, она различает незнакомый пейзаж, и голос ее теряется в пустоте, как это бывает на обширных открытых пространствах.
«Адриан! Адриан!»
Мари начинает дрожать. Тишина угнетает. Что делает она ночью на этой проселочной, судя по мелким камешкам у нее под ногами, дороге? Борясь с нарастающим страхом, она пытается рассмотреть в темноте очертания дома. Крыша, печная труба… Ну должно же быть где-то поблизости чье-нибудь жилище! Но нет! Страх понемногу усиливается. Она никогда раньше не оказывалась в такой странной ситуации. Мари пытается заставить себя дышать медленно, чтобы успокоить бешено бьющееся сердце. Нужно что-то придумать, и поскорее…
«Только не паниковать! Паниковать нельзя!»
Мари повторяет про себя эти слова, словно чудодейственное заклинание. Чуть успокоившись, она пытается понять, где находится. Тьма начинает рассеиваться. Мари видит только светлую ленту каменистой дороги, выделяющуюся на темном фоне пейзажа, и очертания низких кустов, но ничего больше. Легкий ветер, напоенный неопределимыми запахами, ласкает ей лицо. Напрягая все органы чувств, она наконец различает глухой мерный шум, рождающийся, казалось бы, ниоткуда.
Она идет вперед. Почва под ногами меняется с каждым шагом: камешков становится меньше, земля теперь более рыхлая. Ветер набирает силу. Запахи уже легко различимы, один проявляется особенно ярко. Мари на мгновение останавливается: в воздухе пахнет смолой. Она продолжает идти и вдруг впереди видит вереницу дюн. Глухой мерный рокот, который незадолго до этого привлек ее внимание, нарастает с каждым шагом. Теперь она поняла. Океан! Она оказалась на берегу океана. А этот рокот — не что иное, как шум прибоя. И этот запах йода и соли — запах морской воды. С сильно бьющимся сердцем она бежит вперед.
«Нет! Нет! Не туда!»
Услышав голос, который ей так хорошо знаком, она замирает на месте и не осмеливается сделать ни шагу вперед. И снова она осматривается в надежде увидеть Адриана. Он предостерегает ее, значит, просто не может быть далеко! Но как так получается, что он ее видит, а сам при этом остается незримым? Его нигде нет, вокруг только пустота, только пустота… Она одна, одна в незнакомом месте…
«Адриан… Адриан! Адриан, где ты? Мне так страшно!»
Никто не отвечает, рядом слышится только шелест волн. Что ж, пусть даже там притаилась опасность, она должна туда пойти, узнать… Решившись нарушить запрет, она бежит что есть сил. Но ужас нарастает. Лоб ее покрывается холодным потом, и она падает ничком.
В то же мгновение слева доносятся звуки голосов. Мари прислушивается. Создается впечатление, что на некотором расстоянии от нее разговаривают двое.
Наконец-то поблизости кто-то есть! Однако она ни слова не понимает из этого разговора, правда, ей кажется, что говорящие кого-то убеждают или наставляют. И эти люди направляются в ее сторону! Предупреждение… Опасность! Это они! Она распластывается на вершине дюны. Пропитанный ночной влагой песок прилипает к ее щеке. Мари смотрит на океан, видит, как темные волны с шумом ударяются о берег.
Понемногу светлеет — наступает рассвет. Перед ней простираются неспокойные воды океана, пеной разливающиеся на полосе пляжа, находящегося прямо перед ней. Справа Мари видит крыши домов. Должно быть, там город, возможно, портовый… но до него довольно далеко. И вдруг она замечает что-то на поверхности воды — крошечную точку вдалеке… Но нет, таких точек множество! Почему она не заметила их раньше? Океан просто усеян этими точками!
«Мари! Мари, убегай! Они здесь! Беги!»
На этот раз Мари едва слышит крик, тонущий в оглушительном шуме. В небе, похожие на призраки, появляются самолеты и с жутким свистом сбрасывают странные предметы. Дрожание земли передается ее телу, сливается с ее собственной дрожью. Мари кажется, что еще немного — и ударной волной у нее оторвет руки и ноги. Не помня себя от страха, она сжимается в комок. Бомбы! Рядом раздается взрыв, и ее обсыпает песком. Объект бомбардировки, похоже, эта самая вереница дюн над пляжем. В глазах щиплет… И этот шум… Мари закрывает уши руками и утыкается лицом в колени, прячась от осколков. Она дрожит всем телом. Вспоминаются слова Адриана: «Они здесь! Беги!» Теперь она понимает… Ей надо бы бежать, однако страх пригвоздил ее к месту. Бомбардировщики разворачиваются и летят назад. Мари поднимает голову. И в свете раннего утра, не веря своим глазам, осознает, что за точки она увидела на поверхности океана: она сплошь покрыта кораблями!
Эта картина что-то ей напомнила, но что? Мари не может понять…
