Патти Джобс в десятом классе. Фото из школьного альбома, 1972 год.
Когда Стиву было пять лет, его отца, Пола, перевели в Пало-Альто, небольшой городок в сорока пяти минутах езды к югу от Сан-Франциско. Служивший во время Второй мировой войны в береговой охране, Пол, уволившись со службы, работал сначала механиком, потом продавцом подержанных автомобилей, а к моменту переезда — коллектором, взимал просроченные долги. В свободное время он чинил автомобили и перепродавал их. Полученная прибыль откладывалась на будущее обучение Стива в колледже.
Земли к югу от Сан-Франциско в то время были практически незаселены и использовались под персиковые и сливовые плантации. Семья купила дом в Маунтин-Вью, и Пол устроил в гараже мастерскую. Выделив сыну часть помещения, он сказал: «Стив, вот твой верстак». Он научил Стива пользоваться молотком и подарил набор инструментов. Спустя годы Джобс вспоминал, что отец «проводил с ним много времени… учил делать вещи, разбирать, а потом заново собирать разные механизмы».
Мастерство отца и умение уделять внимание самым незначительным деталям произвели на мальчика глубокое впечатление. «У отца золотые руки. Он может починить все что угодно. В его руках любой механизм начинает работать. Он может разобрать вещь, а потом собрать ее заново», — сказал Джобс в интервью в 1985 году. Отец воспитал в мальчике категорическое неприятие халтуры. К примеру, он говорил: «Если ты столяр и получил заказ на красивый комод, нельзя в задней части использовать фанеру, хотя ее и не будет видно, когда шкаф поставят к стене. Ты будешь знать, из чего сделана задняя стенка, поэтому, если хочешь жить с чувством, что все сделал правильно, используй вместо фанеры красивую деревянную доску».
На соответствие этой заповеди Джобс проверял все товары, которые производила компания Apple. «Чтобы спать спокойно, нужно, чтобы наши устройства соответствовали высочайшим критериям качества и были эстетичными», — говорил Стив.
Клара тоже вносила свою лепту в развитие сына, работая няней в семьях соседей и друзей, чтобы мальчик имел возможность заниматься плаванием. Поскольку Стив был любознательным и умным ребенком, она научила его читать еще до школы, так что в первом классе он мог дать фору другим ученикам.
К сожалению, для Стива умение читать обернулось своего рода проблемой. «В моей жизни были только две вещи, которые мне хотелось делать, — вспоминал он о школьных годах: — читать, потому что я любил книги, и бегать на улицу ловить бабочек». А вот подчиняться правилам ему не хотелось вовсе. Школьная рутина ему категорически не нравилась, и вскоре он почувствовал, что в классе ему скучно. Уже тогда Стив понимал, что отличается от других детей.
Когда ему было шесть или семь, он рассказал девочке, жившей в доме на другой стороне улицы, о том, что родители его усыновили. «И что это значит? — спросила соседка. — Что ты был не нужен своим настоящим родителям?»
Этот невинный вопрос произвел на Стива эффект разорвавшейся бомбы. Он впервые почувствовал страх, чего раньше с ним никогда не случалось. Мальчик, рыдая, прибежал домой. Родители бросились к нему, чтобы успокоить, и сделали все, чтобы он снова почувствовал свою ценность. «Они восприняли этот случай очень серьезно, — рассказывал Стив. — “Мы выбрали тебя потому, что ты — это ты”, -сказали родители, глядя мне прямо в глаза».
Отец и мать действительно считали мальчика особенным — необычайно умным и обладающим выдающейся силой воли. Позже коллеги и друзья отмечали, что его способность увлекать за собой других и желание все контролировать уходят корнями в глубоко укоренившееся в душе Стива сознание того, что настоящие родители от него отказались. Однако сам он смотрел на это иначе. «Понимание того, что я приемный сын, сделало меня человеком независимым, — рассказал он своему биографу, — но я никогда не считал себя брошенным ребенком. Родители сделали все для того, чтобы воспитать во мне чувство собственной значимости».
Однако некоторые учителя называли его трудным ребенком, не желая признавать того, что Стив просто не вписывается в привычные рамки. Джобс считал начальную школу Монта Лома до такой степени неприятным и скучным местом, что они с приятелем считали гадости единственным достойным делом, которым там можно заниматься. Многие дети приезжали в школу на велосипедах, оставляя их на специальной стоянке. Учась в третьем классе, Джобс с другом путем подкупа выяснили у большинства одноклассников комбинации кодовых замков на цепях, которыми были прикованы их велосипеды. В один прекрасный день приятели, спустившись на перемене вниз, поменяли местами все замки. «Только в десять часов вечера им удалось разобраться и освободить все велосипеды», — вспоминал Джобс.
Однако самые изощренные гадости предназначались учителям. Однажды Стив с приятелем выпустили в классе змею. В другой раз устроили под стулом учительницы небольшой взрыв. «У нее от нас нервный тик начинался», — рассказывал он позже.
Пару раз Стива за плохое поведение отправляли домой, но он не помнил, чтобы родители его за это наказывали. Более того, отец всегда его защищал, говоря учителям: «Если вы не умеете заинтересовать ребенка, это ваша вина».
В четвертом классе от дальнейшего превращения в малолетнего*сешогей*гана Стива спасла талантливая учительница, Имоджин «Тедди» Хилл, уделившая ему немало внимания, пока семья Джобсов переживала непростой период. Пол, впечатленный успехами соседа, зарабатывавшего неплохие деньги на продаже недвижимости, пошел на вечерние курсы и получил лицензию и право
заниматься риелторской деятельностью. К сожалению, он выбрал для освоения нового поприща неподходящее время — спрос на дома как раз резко снизился.
Однажды миссис Хилл спросила ребят: «Что во Вселенной вам непонятно?» Юный Джобс ответил: «Я не понимаю, как так вышло, что отец так быстро обеднел». Кларе пришлось пойти на полставки в местную компанию в отдел по расчету заработной платы, и семье удалось взять новый кредит на оплату дома, но с деньгами в течение года или около того было крайне туго.
Через несколько недель после появления Джобса на ее уроках миссис Хилл поняла и оценила необычного ученика. Она предложила Стиву выгодную сделку: если он решит все задания из рабочей тетради по математике и результаты будут верными хотя бы на 80 процентов, она даст ему пять долларов и огромный леденец.
«Я посмотрел на нее, желая сказать что-то вроде “Леди, вы свихнулись?”» — вспоминал Джобс. Но вызов принял. Прошло немного времени, и он стал испытывать к миссис Хилл такое уважение и так восхищался ею, что подкупать его учительнице больше не приходилось.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
