Читаем без скачивания Оракул петербургский. Книга 1 - А. Федоров

Собственно оракул – это большая пещера, расположенная в одной из скал, из расщелин в сводах и полу которой курился душный газ. Жрица, уже предварительно выдержавшая пост, омывшая тело в Кастальском ручье, одурманивалась дымом жженых листьев лавра и мирры, затем ее усаживали в кресло на треножнике над расщелиной в струях поднимающихся подземных паров. Сперва для такой роли подбирали юных дев из народа, но потом остановились на зрелых женщинах – от 50 лет и более. Век их был коротким, ибо они подвергались сильному хроническому отравлению дурманящим газом и различными специальными снадобьями. Но миссия пифий хоть и была трагична, являлась, бесспорно, весьма почетной. Мудрые служители культа сберегали молодость, чтобы быстрее погубить старость. Первичной была жизнь, ее носители, вторичной – старость и смерть. И в том заключалась щедрость человеческой души и величие разума. В том исполнялся основной закон бытия – ветхая плоть отторгалась, оставляя простор для развития и наслаждения новой перспективе, передающей эстафету продолжения жизни на земле.

Никто не мог напрямую обратиться к Пифии, ее щитом был жрец-пророк. Всевластный профот Никандр расшифровывал загадочный "бред", доносившийся из-за зеркалья, и записывал вещее слово стихом в размере гексаметра. Жрецы вели хроники, отслеживали изменение политической ситуации, повороты общественной жизни. Женщины, приходящие со своими приземленными просьбами, вообще, не имели право напрямую обращаться к оракулу – требовалось посредничество мужчины. Оракул обычно молчал в зимние месяцы, когда Аполлон отбывал к гипербореям.

Тогда в Дельфах господствовало другое Божество – Дионис. Это был веселый Бог – покровитель вина, виноделия, растительности и плодородия. Рождение его было трагично и великолепно, ужасно и чудесно. Известно, что Зевс-громовержец любил прекрасную Семелу, дочь фиванского царя Кадма. Но, как всегда водится, нашлась отверженная женщина – то была Гера. Она и затеяла коварную интригу. Зевс, воспылав от любви к Семеле, пообещал ей выполнить любое желание. Тут Гера и нашептала несмышленой конкурентке коварную просьбу – явиться Зевсу к брачному ложу во всем великолепии бога-громовержца. Но ритуал такого "явления" опасен по своей сути: громовержец в руках держал молнию, рассыпавшую вокруг искры и пламя; все грохотало, сотрясалась земля. В ужасе пала на землю Семела, сжигаемая пламенем. Но, умирая, она успела родить сына – Диониса. Густой плющ обвил слабое дитя сочной порослью, прочными листьями. Плоть доброго ласкового растения спасла дите от огня. Зевс подобрал слабого ребенка и для пущей надежности зашил его в бедро. В теле великого бога Дионис окреп и родился вторично из плоти мужчины. Но не было у Бога-громовержца времени на воспитание отрока. Тогда Зевс призвал Гермеса и повелел ему отнести малыша к сестре погибшей Семелы – к Ино. Опять мстительная богиня Гера вмешалась в судьбу Диониса. Она лишила разума мужа Ино – Атаманту. Тот, в приступе ярости, убил своего собственного первенца и погнался за убегающей женой, спасающей теперь уже своего воспитанника. Только вмешательство Гермеса спасло Диониса. Дальнейшее его воспитание было передано нежным и любвеобильным нимфам Нисейской долины. Они, видимо, и посвятили Диониса в тайны женской любви, безотчетного веселья, привили ему вкус к мирским радостям и наслаждениям. В благодарность за сей труд, Зевс забрал их впоследствии на небо, откуда они, лучезарные, уже многие века подмигивают земному люду глазами ярких звезд – Гиад из созвездия Тельца. Души лучезарных и игривых звездочек продолжают смущать покой маленьких деток и развращать неопытных юношей. Вот почему так любят людишки шарить по небу ищущим взглядом, отыскивая свою единственную, неповторимую Звезду. Романтизм звездного неба отвлекает даже вполне зрелых мужчин и женщин от поиска реального предмета любви здесь, на родной, грешной Земле. Все звездочеты, астрономы и поэты – поклонники Диониса, последователи хоть в малом его стиля жизни.

Ясно, что с приходом Диониса мир получил прекрасного, могучего бога, дающего людям радость и силы, сохраняющего плодородие садов и полей. Он бродил со свитой неунывающих молодых менад и грузных сатиров с хвостами и неуклюжими козлиными ногами. Пьяные и веселые те существа разгуливали по всему свету, распевая песни, танцуя с беззаботными вакханками под аккомпанемент свирелей, флейт и тимпанов. Сопровождает Диониса мудрый и преданный учитель – старик Силен. Он, как правило, восседает на осле, опираясь на мех с вином. Венок из плюща украшает его лысую голову, добродушная улыбка озаряет лицо. Никто никуда не спешит – веселая процессия медленного продвигается по зеленым лужайкам, тенистым лесам, удобным тропам. Вся бездарная борьба с пьянством увядает на корню, когда в дом стучится веселая компания, сопровождающая счастливого Диониса.

История ведает приданием о том, что враги часто докучали веселому божеству, пытались отравить ему жизнь. С ними бог разбирался сурово. Доставалось и тем, кто не уважил его вниманием и гостеприимством. Так были превращены в летучих мышей три дочери царя Миния, не пожелавшие принять приглашения Диониса на очередную вакханалию. Морских разбойников, пытавшихся одеть на него оковы, он превратил в дельфинов. Жадного до богатств Мидаса, выпросившего у него волшебное свойство все превращать в золото, Дионис наказал опасностью смерти от голода и жажды, ибо любая пища и напитки превращались в руках скопидома в презренный металл.

Память о добром и злом, веселом и печальном, встречающимся в жизни на каждом шагу, приковывала внимание людей к культу замечательного бога. Особо усердствовали по части поклонения Дионису женщины – существа нежные, чуткие и чувственные. Они всегда находились под гипнозом его обаяния. Молодые и старые, бедные и богатые, прекрасные и безобразные фурии тянулись к той безотчетной свободе, искрометной веселости, неукротимому любовному буйству, которыми были обделены в силу традиционного воспитания. Аполлон позволял лишь любоваться своей красотой, Дионис властно призывал пользоваться свободой и счастьем, показывая пример такого рода рачительного отношения к мгновению жизни.

Ничего нет удивительного, что как только в зимний месяц Дадафорий наступал период праздников Диониса, толпы женщин устремлялись из Афин на Парнас через Виотию. Они шли с пением и плясками, составляя на ходу веселые хороводы. Ощущение близости к чувственности знаменитых Фиад удесятеряло страсть поклонения излюбленному богу. Но кульминация вожделения, отчаянные оргии, начинались на Корикийской скале – любимом приюте птиц и пристанище духов. Так вещал мудрый провидец – Эсхил. В глубине той скалы находилась сталактитовая пещера, получившая свое название от имени знаменитой нимфы Корикии. Именно здесь, на скале и в пещере, предавались зачарованные Фиады, сбросившие с себя на короткий период оковы благонравия и политеса, посвящению в таинства Диониса, а заодно и Аполлона. Многие покрывали козлиными шкурами обнаженные тела и среди разожженных костров начиналась "оттяжка" по всем правилам самых диких пиршеств и разнузданных сексуальных игрищ. Происходил совокупный гипноз обалдевшей от свободы и порока толпы женщин. Вмешиваться в него никто не имел право, можно было только наблюдать из далека, что и делали многочисленные завистливые зеваки. В своих отчаянных оргиях Фиады, мечущиеся по террасе Парнаса с факелами в одной руке и жезлами, обвитыми плющом и виноградными листьями – в другой руке, как бы возбуждали к жизни умершего Диониса. Все это яркое действо было обрядовым спектаклем, изображавшим сложную судьбу любимого бога – его страдания, радости, смерть и возвращение к жизни. Конечно, к судьбе уравновешенного и строгого Аполлона такой театр не имел никакого отношения.

Еще Гомер свидетельствовал о женщине, как целомудренном существе. Исключение тогда делалось лишь Гетерам. Антигона, засыхая в верности, обезвоживая свое прекрасное тело потоками слез, ожидала своего суженного – Софокла целую вечность. Такая жертва и была эталоном поведения достойной женщины. В Спарте холостые подвергались бесчестию. Там женщина рассматривалась как орудие обязательного деторождения, у которой их отбирало государство и воспитывало в казармах: питало за общим столом, учило воинскому искусству, поощряло и наказывало. Солон – предводитель Афинян ввел должности специальных чиновников – гинекономов, обязанность которых заключалась в наблюдении за поведением женщин в общественных местах. Но тот же Солон организовал первые государственные публичные дома. Но такие акции закабаляли или распускали плоть, тело, возможно, разум. Душа же оставалась свободной – ею распоряжались лишь Боги. От Души брали свое начало мысли и поступки. Именно от нее началась и продолжается по сею пору жизнь на Земле.