к началу — надо найти еду.
— Значит, жить решил, аморал?
Я вздрогнул и резко развернулся на сухой надтреснутый голос, от этих действий меня качнуло в сторону, но я сумел удержаться на ногах. Уже что-то.
— Аморал? — эхом повторил я за стариком. Было непонятно, как долго он здесь находился. Наблюдал ли он за мной с самого начала или подошёл только что. В любом случае такой бесшумности можно было позавидовать.
Старик одарил меня цепким умным взглядом, от которого по всему телу побежали мурашки, а затем медленно, словно нехотя, кивнул на моё клеймо. Я вежливо подождал ещё пару минут, но старик молчал, продолжая сверлить меня взглядом.
Ясно, объяснений не будет. Я тяжело вздохнул — мне б пожрать чего, а не играть в вопрос-ответ.
— Как я здесь оказался?
— Полагаю, так же как и все мы, — взгляд из цепкого превратился в насмешливый.
Да ты, сука, издеваешься… Я подавил закипающую злость и равнодушно пожал плечами, разворачиваясь, чтобы уйти. У меня не было ни времени, ни желания играть в его игры.
— Ладно-ладно, — старик примирительно поднял руки вверх, — уж прости старика, я тут уже десять лет торчу, надо же как-то развлекаться.
Я присвистнул — десять лет внушительный срок, тем более в такой дыре. К зловонию я уже принюхался, а вот влажность ещё даст о себе знать. Так что старик пару пунктов к моему уважению заслужил. Выглядел он древним, но достаточно бодрым.
— Что, совсем ничего не помнишь?
Я нахмурился — память любезно рисовала картины моей прошлой жизни. Ситуация, конечно, вырисовывалась занятная.
Я всегда знал, как я умру — жрецы предсказали мою смерть. А ещё они предсказали, что я должен переродиться. Величайший дар для людей в моём мире. Вот только переродиться я должен был младенцем, а память о прошлой жизни оставить как плату на границе жизни и смерти.
Вот только почему стоит мне подумать о прошлом и я тут же оказываюсь на поле боя?
За спиной стоят верные соратники, с ними мы прошли огонь, воду и выиграли множество битв. Кто-то из них был со мной ещё когда я был всего лишь трущобным щенком, кто-то присоединился позже, но всем им я доверял как себе.
Воздух был густой и тягучий и я дышал его полной грудью, наслаждаясь каждым вздохом, ещё немного и он наполнится металлическим привкусом крови. Им я тоже буду наслаждаться.
В руке нетерпеливо подрагивал парный клинок — Верный. Я почувствовал его жажду и впустил её в себя. Многие владели магией воина, но мало кто смог достичь такого мастерства и единения, чтобы стать Царь-Богом. Мой клинок был продолжением моей руки, а доспехи стали второй кожей. И впереди нас ждала славная битва…
Я тряхнул головой, чтобы прогнать наваждение. Прошлое должно оставаться в прошлом, а сейчас нужно разбираться с тем, во что я вляпался, и как из этого можно будет выбраться.
— Нет, не помню.
— С теми, кто ступил за порог смерти, а затем вернулся, всякое может быть, а уж если ты аморал… — старик вздохнул и покачал головой. — Ладно, садись, расскажу что знаю. Ты голодный небось?
Я как завороженный смотрел на кусок хлеба, который старик вытащил откуда-то из недр своей одежды. Хех, не думал, что когда-то снова начну радоваться куску чёрствого и заплесневелого хлеба.
Есть я старался аккуратно. Несмотря на инстинкты накинуться и сожрать, отламывал по небольшому куску и тщательно перемалывал его зубами. Я знал, что бывает, когда после длительной голодовки люди несдержанно бросаются на пищу и набивают ею желудок. И параллельно внимательно вслушивался в рассказ старика, который назвался Андреем Павловичем…
Если честно, Андрей Павлович мало что смог рассказать о том кто я и почему здесь оказался. Когда мальчишку сюда сбросили, он находился в шоковом состоянии, и единственное в чём старик был уверен так это в том, что я принадлежал к какому-то мелкому клану на отшибе Северной Империи и в том, что меня зовут Макар Воронов.
Мда, негусто. Я надеялся узнать, что должен был натворить мальчишка, чтобы его бросили к тем, кого клеймили аморалами. Кто совершил такое преступление, что единственным приемлемым наказанием было сбросить их сюда и оставить медленно подыхать. Кому-то повезёт и он отправится в загробный мир быстро. Его доконает либо голод, либо другие узники. А кто-то будет вынужден гнить год за годом с мыслью, что он никогда не сможет вырваться из этого ада.
Тем не менее, остальная информация была полезна. Место, где я очнулся, называлась Клоака. Конечно, официальное название у неё было более благозвучное, но среди самих заключённых и в народе иначе её не называли.
Место настолько тёмное, мрачное и безнадёжное, что им пугали маленьких детей, чтобы те даже и не думали становиться на преступный путь. А если всё-таки вздумали, то лучше сделать всё, чтобы тебя не захватили живым. Правда, если ты обычный человек, который не обладает магическим даром, то и бояться тебе нечего — максимум, что тебя ждёт это обычное тюремное заключение. Ну, или банальная казнь на худой конец. А вот если ты одарённый клановой, тогда…
Значит, все, кто здесь находится, владеют какой-то магией. Интересно. Я напрягся, пытаясь разбудить в себе хоть какие-нибудь ощущения этой первородной силы, но либо её во мне было очень мало, либо Клоака, помимо всего прочего, блокировала доступ к источнику. Жаль, я предпочитал знать о своих преимуществах и недостатках. А пока что я знал только о недостатках.
— И где именно находится Клоака?
Я уже давно отбросил все опасения и не стеснялся сыпать любыми, даже самыми глупыми, вопросами. Если Андрей Павлович и не поверил в мою тотальную потерю памяти, то виду не подавал. Было видно, что старик изголодался по общению и был рад моему обществу.
— Так под дворцом Соболевых и находится, — старик пожал плечами и поскрёб редкую бороду. — Сложно сказать, что появилось сначала — система канализации, которая опутывает Клоаку и идёт глубже, или же сама Клоака.
— То есть, знать буквально гадит нам на головы, — я усмехнулся. Изощрённое чувство юмора тут у местных, ничего не скажешь.
Я поднялся на ноги и принялся разминать затёкшее тело. Каждое движение приносило с собой ноющую тягучую боль. Но мне нравилось это чувство. Всегда нравилось. Это означало, что я всё ещё жив. И планировал таким оставаться как можно дольше. У меня была масса вопросов к
