Читаем без скачивания Митридат - Виктор Поротников

– В чем моя вина, повелительница?- смиренным голосом спросил Багофан, встретившись взглядом с царицей. Он был бледен, но выглядел спокойным.

Это слегка смягчило Лаодику, которая нетерпеливым жестом велела дальше говорить Гистану.

Кроме евнуха Гистана возле царского трона стояли секретарь царицы грек Дионисий, начальник телохранителей македонец Мнаситей и гаушака Гергис, родом из армян.

Позади трона теснились опахалоносцы, жезлоносцы, предсказатель и посыльный царицы.

Все присутствующие были хорошо известны Багофану.

По должности, пожалуй, только Гиетан был выше Багофана, являвшегося хазарапатом. Иными словами, бьш верховным надзирателем за всеми чиновниками и государственной канцелярией.

Никто не осмеливался взглянуть в лицо Багофану, дабы не рассердить царицу. И только чернобородый Гергис пристально всматривался в Багофана, словно подозревал его в чем-то.

В обязанность Гергиса входило производить тайный надзор за подданными Лаодики, выявлять заговоры, вовремя гасить в народе недовольство.

Гаушака переводился с персидского как «подслушивающий». Лазутчики Гергиса были рассеяны по всей стране, донося своему патрону обо всем подозрительном.

Поймав на себе пристальный взгляд Гергиса, Багофан решил, что ее иначе пронырливый гаушака настроил против него подозрительную Лаодику. И он не ошибся.

Гистан, ссылаясь на доносителей Гергиса, стал обвинять хазарапата в измене.

– В прошлом году, Багофан- свидетели тому все находящиеся здесь,- ты привез во дворец голову Митридата, старшего сына нашей богоравной царицы. С твоих слов выходило, что ты долго гнался за Митридатом по горным ущельям. Настиг его отряд у гор ного кряжа Намруд и в схватке своей рукой обезглавил беглеца. Мы все порадовались тогда вместе с нашей богоподобной владычицей избавлению от недостойного сына. Ты же, Багофан, получил щедрую награду.

И вот, спустя год, выясняется, что наш мертвец жив и даже собрал целое войско в горах Париадра. Лазутчики Гергиса видели Митридата собственными глазами. Как это понимать, Багофан? Растолкуй нам. Багофан с искренним недоумением глядел на евнуха.

– Разве Митридат жив?- промолвил он.- Кого же тогда убил я?

– Ты убил кого-то, похожего на него,- ответил Гистан.- И у нас есть подозрения, что ты сделал это намеренно, дабы лазутчики Гергиса перестали разыскивать Митридата и шайку его разбойников. Если Митридат подкупил тебя, то лучше сразу сознаться в этом. Так будет лучше для твоей семьи, Багофан,- после краткой паузы добавил евнух.

– Я ничего не понимаю,- пробормотал Багофан, потирая лоб.- Откуда мог взяться живой Митридат, если все вы видели его голову. Не две же у него головы!

– Голова у моего сына, разумеется, одна, но, как видно, стоит двух, раз он так ловко обвел нас вокруг пальца,- сказала Лаодика, нервно поигрывая золотым жезлом- символом власти.- Багофан, признайся, ты сносился тайно с моим сыном? Подумай о жене и дочерях.

Багофан упал на колени.

– Царица, ты же сама признала в мертвеце Митридата.

– Мне просто хотелось, чтобы это был он, поэтому я не приглядывалась особо,- раздраженно молвила Лаодика, кривя красивые губы.- Поднесли мне на подносе голову, всю залитую кровью, без глаза, без уха… С совершенно непереносимым запахом! Что там можно было узнать? Гистан и тот не узнал Митридата. А я просто поверила тебе, Багофан, ведь в сражении ты был лицом к лицу с Митридатом.

– Однако Мнаситей узнал его по той голове, царица,- сказал Багофан, стоя на коленях.- Неужели ты не доверяешь Мнаситею?

– Мнаситей был тогда пьян и тоже мог ошибиться,- ответила Лаодика.

– Надеюсь, это не грозит мне отсечением головы,- усмехнулся македонец. Он единственный из всех не проявлял никакого беспокойства. Более того, держался с развязной непринужденностью.

– Встань, Багофан,- промолвил он,- если ты обречен на смерть, раболепство тебя не спасет. Я же не верю, что ты изменник. Гергиса могли ввести в заблуждение.

– Мои лазутчики не ошибаются,- уязвленно вставил Гергис и уколол Мнаситея неприязненным взглядом.

– Тогда пусть они схватят Митридата и приведут во дворец либо отсекут ему голову, как это сделал Багофан,- сказал македонец, взирая на гаушаку с высоты своего роста.- К чему вся эта возня и доносы? Если мы начнем искать врагов среди своих, это действительно будет на руку Митридату или его двойнику.

– Так ты веришь Багофану?- с надеждой в голосе обратилась к военачальнику Лаодика.

– Верю, Божественная,- ответил Мнаситей.- Если ты казнишь его, то лишишься преданного слуги.

Лаодика в раздумьи кусала пунцовые губы, не зная, на что решиться. Ее вопрошающий взгляд метнулся к Гистану. Евнух не заставил себя ждать.

– Полагаю, самое верное- это дать возможность Багофану еще раз показать себя умелым воином,- сказал он.- Пусть ищейки Гергиса выведут Багофана на убежище Митридата, только на

этот раз не нужно рубить ему голову. Пусть Багофан доставит сюда живого Митридата. Дабы у славного Багофана достало доблести и рвения в этом деле, мы возьмем в заложницы его прелестных дочерей. Сами же станем молить богов о ниспослании ему удачи. Гистан умолк, почтительно сложив руки на животе.

– Да будет так,- властно произнесла Лаодика и милостиво протянула хазарапату холеную белую руку.- Встань, Багофан. Я

больше не гневаюсь на тебя. Твоих дочерей я окружу вниманием и заботой, они не будут чувствовать себя пленницами. Твоя жена всегда сможет навещать их. Я верю, с помощью Гергиса ты быстро изловишь Митридата.

Багофан долго кланялся улыбающейся Лаодике, пятясь к дверям.

Домой Багофан пришел сопровождаемый дворцовой стражей.

Не отвечая на недоуменные вопросы супруги Багофана, воины забрали двух его дочерей и увели во дворец, не дав матери толком проститься с ними.

Багофан потом долго объяснял расстроенной жене причину случившегося. Пытался утешить тем, что быстро изловит Митридата и их дочери снова вернутся к ним.

Однако жена Багофана выразила сомнение в скором исходе этого дела.

– Вот уже пошел пятый год, как умер супруг Лаодики,- молвила она.- Все это время царица только и делает что науськивает на беглого сыночка всех своих приближенных, будто охотничьих собак. Гоняются они за ним по горам и долам как за оленем, а догнать не могут. Ты, кажется, настиг Митридата и людей его порубил, самого обезглавил. А глядика, Митридат вновь объявился по ту сторону Армянского Тавра. Не человек он, но- демон! Помогают ему духи гор, они летят за его конем, так пастухи говорят.

– Видел я как-то однажды круп убегающего Митридатова коня, не было над ним никакого Амэши-Спэнты. Выдумки все это!- возразил Багофан, хмуря черные брови.- Духи гор не спасли Митридата от моего меча. Жалею только, что умертвил его ударом в голову, надо было заколоть его как-нибудь иначе, а голову поберечь.

– Не терзай себя,- успокаивала Багофана жена,- ты сражался с Митридатом и убил его. Вспомни, Лаодика ведь узнала голову сына, ты сам говорил.

– Лаодика признавала, что у той головы лоб и губы ее старшего сына,- сказал Багофан.- То, что это точно голова Митридата, царица не утверждала. Она просто согласилась с мнением Мнаситея и тех, кто поверил в это. Вот и все.

– Я думаю, Багофан, дело вот в чем. Здесь не обходится без колдовства. Либо божественные Ахуры оберегают Митридата, придавая ему облик любого из воинов в момент опасности, либо в Митридата вселился бессмертный дух Фраваши, тогда Митридата никому не убить до Последнего Дня мира.

Рассуждения супруги не понравились Багофану, который был не столь суеверен.

– Не мели-ка чушь, Суратха,- заявил он.- Беглец Митридат рожден смертными отцом и матерью. С рождения и до двенадцати лет он рос на моих глазах вместе со своим младшим братом. Никаких божественных знаков и проявлений за эти годы замечено не было. А уж за царскими детьми было кому следить. Тут тебе и маги-жрецы, и ученые астрологи, и знахари всех мастей. Чего же они не узрели божественную Ахуру над старшим сыном Лаодики?

– Ты забыл про хвостатую звезду, которая появилась в ночном небе над Синопой, когда родился Митридат-старший,- напомнила мужу богобоязненная Суратха.- Разве это ни о чем не говорит? Вспомни также, как однажды в его колыбель ударила молния, так что даже загорелись пеленки. Сколько разговоров было после этого случая во дворце!

– Не верю я в бредни служанок,- отмахнулся Багофан,- а хвостатые звезды за последние годы пролетали по небу несколько раз. Одна такая звезда пробила кровлю царской конюшни и упала в лошадиные ясли. Хорошо, лошадей выгнали на выпас, а то одну из них этот небесный подарок мог запросто убить. На деле хвостатая звезда оказалась камнем чуть больше дыни, притягивающим к себе все сделанное из железа. Камень поместили в храм Гефеста. Сначала люди валом валили посмотреть на него, а теперь мало кто помнит о нем.