Читаем без скачивания Непокорная - Каст Филис Кристина

На одно мгновение мне вдруг так захотелось стать обыкновенной — без дарованных Богиней исключительных способностей и ответственности, которую эти способности налагали, — что я почти перестала дышать.

Потом моей кожи коснулся ветерок, согретый невидимым пламенем. Я ощутила соленый аромат океана, хотя в Талсе, штат Оклахома, никакого океана нет, услышала пение птиц и вдохнула аромат свежескошенной травы. И тогда мой дух вновь наполнился счастьем и признательностью всемогущей Никс за дарованную мне власть над пятью магическими стихиями: Воздухом, Огнем, Водой, Землей и духом.

Да, я не такая, как другие недолетки и вампиры, и жалеть об этом не стоит. Прямо сейчас моя необыкновенность недвусмысленно подсказывала мне: нужно пойти и помириться с друзьями. Я расправила плечи и, окинув столовую взглядом, в котором не осталось ни капли жалости к себе, тут же заметила за нашим любимым столиком знакомую тройку.

Набрав в грудь побольше воздуха, я быстро направилась к ним, улыбаясь и кивая всем, кто здоровался со мной по пути. Недолетки отвечали на мои приветствия с обычной смесью уважения и благоговейного страха, и это был очень добрый знак. Даже целых два. Во-первых, друзья не ославили меня на всю школу, а во-вторых, Неферет не перешла к решительным боевым действиям. Пока.

Я взяла салат и колу и, судорожно сжав поднос побелевшими пальцами, как ни в чем не бывало, пристроилась рядом с Дэмьеном.

Никто из троих на меня даже не взглянул, зато оживленная беседа оборвалась буквально на полуслове. Ужасно, когда при виде тебя бывшие друзья замолкают, выразительно давая понять, кого они только что обсуждали. Черт…

— Привет! — бодро воскликнула я, подавляя в душе страстное желание слинять и разреветься.

Молчание было мне ответом.

— Ну, как дела? — Я адресовала свой вопрос Дэмьену, зная: наш мальчик-талисманчик — слабейшее звено в цепи решивших «надрать-Зои-задницу».

Увы, ответила одна из Близняшек, а не голубой и, следовательно, более чуткий и вежливый Дэмьен.

— Да никак, правда, Близняшка? — начала Шони.

— Точно, Близняшка, никак! — подыграла ей Эрин. — Какие дела, если нам не доверяют? Кстати, Близняшка, ты знала, что мы с тобой не заслуживаем доверия?

— Нет, Близняшка, до недавнего времени даже не догадывалась, а ты? — продолжала язвить Шони.

— Вот и я тоже! — снова поддакнула Эрин. — Спасибо, теперь узнала!

На самом деле Близняшки никакие не Близняшки и даже не сестры. Судя по золотисто-карамельной коже, в жилах уроженки Восточного побережья Шони Коул текла ямайская кровь, а роскошная блондинка Эрин Бейтс родом из Талсы, штат Оклахома.

Девчонки прибыли в Дом Ночи в один день, едва став Мечеными, и спелись моментально, наплевав на гены и географию. Они понимали друг друга с полуслова. Вот и сейчас они взирали на меня с двойным презрением, вдвойне терзая мои и без того истерзанные нервы.

Черт, как же они меня достали!

Достали и взбесили. Да, я не доверяла им своих тайн. Да, я им врала, но ведь не по своей же воле! То есть, почти не по своей…

— Благодарю за развернутый и продвинутый комментарий. Мой следующий вопрос адресован тем, кто не сделал своей ролевой моделью стерву Блэр Уолдорф из сериала «Сплетница», — С этими словами я демонстративно повернулась к Дэмьену, начисто проигнорировав Близняшек, которые, судя по громкому сопению, готовились произнести нечто такое, за что (я на это надеюсь) им когда-нибудь будет очень стыдно.

— Когда я спросила «как дела?», то хотела всего лишь узнать, не заметил ли кто-нибудь из вас на улице нечто жуткое, призрачное и отвратно хлопающее крыльями? Какие версии?

Лучистые карие глаза высокого симпатичного Дэмьена, всегда сияющие дружелюбием и участием, на этот раз были холодны и неприступны.

— Призрак на крыльях ночи? — язвительно уточнил он. — Прости, не понимаю о чем речь.

Мое сердце болезненно сжалось: Дэмьен разговаривал со мной подчеркнуто холодно. Как с чужой. Как с чужой, которой здесь не рады. Ладно, проехали, хоть на вопрос ответил!

— По дороге из конюшен на меня напали. Толком я ничего не разглядела, но вдруг стало жутко холодно, а вот здесь появились следы от когтей, — и я продемонстрировала Дэмьену руку, только… Только алые рубцы бесследно исчезли.

Клево!

Шони и Эрин дружно фыркнули, а Дэмьен разочаровано вздохнул. Я уже открыла рот, чтобы объяснить ему, мол, минуту назад на моей ладони алели нехилые порезы, но тут к нашему столику подлетел Джек.

— Всем привет! Простите за опоздание, но со мной произошла настоящая трагедия! Буквально в последний момент я обнаружил на рубашке огромное пятно. На самом видном месте, представляете? — Джек поставил поднос на стол и пристроился с другой стороны от Дэмьена,

— Огромное пятно? Надеюсь, не на чудесной синей рубашке от Армани, которую я подарил тебе на Рождество? — заволновался Дэмьен и отодвинулся, чтобы освободить побольше места для своего сердечного друга.

— Нет, что ты, нет! Синюю я берегу как зеницу ока! Она моя любимая и… — Глаза Джека метнулись от Дэмьена ко мне, и бедняжка аж поперхнулся. — Ой, это… Привет, Зои!

— Привет, Джек! — ослепительно улыбнулась я.

Джек и Дэмьен — наши голубки. В смысле цвета и ориентации. Но нас с друзьями, как и других, свободных от предрассудков недолеток и вампиров, это не шокирует и не возмущает.

— Не ожидал тебя увидеть, — залепетал Джек. — Я думал, ты еще… ну, это… — Тут он осекся и залился нежнейшим румянцем.

— Думал, я еще прячусь в своей комнате? — подсказала я.

Джек смущенно закивал.

— Нет, — заявила я решительно. — С этим покончено.

— Это надо… — начала Эрин, но, прежде чем Шони успела перехватить у нее эстафетную палочку, от двери до нас долетел громкий, нарочито сексуальный смех, и все как по команде обернулись.

В столовую вплыла Афродита. Она смеялась, эффектно поигрывала своими длинными белокурыми локонами и строила глазки Дарию, самому молодому и самому мачообразному воителю защищавшего Дом Ночи отряда Сынов Эреба.

Вообще- то Афродита всегда умела работать в многозадачном режиме, но, признаться, даже я не ожидала от нее такой выдержки и невозмутимости.

Лишь пару дней назад Афродита была на волосок от смерти, а потом чуть не обезумела от ужаса, когда сапфировый контур полумесяца — знак богини Никс, который появляется у всех недолеток и символизирует начало их Превращения, в результате которого недолетка или становится вампиром, или умирает — бесследно исчез с ее лба.

Означать это могло только одно: Афродита вновь стала человеком.

ГЛАВА 2

Выходит, я ошибалась, решив, будто Афродита очеловечилась. Даже со своего места мне было отлично видно: ее Метка вернулась на прежнее место.

Холодные голубые глаза отпадной блондинки скользнули по столовой, облили презрением разинувших рты парней, а затем Афродита вновь обратила свое благосклонное внимание па Дария, коснувшись его широкой груди своей тонкой и изящной рукой.

— Ах, как мило, что проводил меня в столовую! Ты абсолютно прав: мне стоило вернуться с каникул на два дня раньше. Сейчас, когда вокруг такая неразбериха, лучше не отлучаться из кампуса, где нас охраняют. А поскольку у дверей нашего корпуса день и ночь стоишь ты, то это самое безопасное и привлекательное место на земле! — проворковала Афродита.

Фу, слушать противно! Не обалдей я от ее появления, то с удовольствием изобразила бы рвотные позывы. Причем, постаралась бы сделать это как можно громче и правдоподобнее.

— Должен на пост я теперь возвращаться. Ночи спокойной тебе, госпожа, — ответил человек-гора. Затем решительно поклонился Афродите и сразу стал похож на прекрасного рыцаря, только без коня и сверкающих доспехов. — Готов служить тебе всегда и всюду. — Дарий тепло улыбнулся Афродите и, развернувшись на каблуках, удалился.

— А уж я-то как готова! — пропела Афродита своим самым призывным тоном, едва Сын Эреба скрылся за дверью. Затем повернулась лицом к слегка прибалдевшему молчаливому залу, приподняла безупречно выщипанную бровь и скривила губы в фирменной ухмылке. — Что вылупились? Давно красавиц не видели? Да меня только пару дней не было! Тренируйте кратковременную память, неудачники. Ну, вспоминайте же, я роскошная сучка, которую вы все просто обожаете ненавидеть! — Когда никто не произнес ни слова, Афродита закатила глаза и нарочито громко вздохнула. — Ну и черт с вами!