— Я в вашей власти, милорд…
Человек улыбнулся, услышав в окончании фразы немой вопрос:
— Можешь звать меня Валентином.
Часть первая
Одно лето в аду
Мне кажется, что я в аду.
Значит, это действительно так.
Артюр Рембо
1
Стрела Валентина
— Ты еще злишься?
Алек, прислонившийся к стене лифта, сердито сверкнул глазами на Джейса:
— Не злюсь.
— Да нет, ты именно злишься. — Джейс попытался ткнуть приемного брата локтем и вскрикнул от резкой боли, пронзившей руку.
Все тело ныло после того, как он пролетел три этажа, прошибая спиной гнилые доски, и упал на кучу металлолома. Теперь в синяках были даже пальцы.
После встречи с Авадоном Алек лишь недавно начал ходить без костылей и выглядел сейчас не лучше Джейса — весь в грязи, потные волосы свисают сосульками. Через всю щеку шел длинный порез.
— Не злюсь, — процедил он сквозь зубы. — Просто если бы ты не сказал, что дракониды вымерли…
— Я сказал, почти вымерли.
Алек вытянул палец и прорычал дрожащим от ярости голосом:
— В данном случае твоего «почти» СОВЕРШЕННО НЕДОСТАТОЧНО!
— Ясно, — кивнул Джейс. — Ладно, я прослежу, чтобы в учебники демонологии внесли соответствующие исправления. Везде, где говорится «монстр почти вымер», следует читать «вымер недостаточно для Алека, который предпочитает как следует вымерших монстров». Это тебя устроит?
— Мальчики, не ссорьтесь. — Изабель, рассматривавшая свое отражение в зеркальной стене лифта, обернулась к братьям с лучезарной улыбкой. — Ну да, пришлось попотеть чуть больше, чем мы ожидали, зато было весело.
Алек посмотрел на нее и покачал головой:
— Как тебе удается при любых обстоятельствах не извозиться в грязи?
Изабель невозмутимо пожала плечами:
— У меня чистое сердце. Оно отвергает скверну.
Джейс так громко фыркнул, что Изабель обернулась к нему, нахмурившись.
— Да у тебя скверна изнутри и снаружи! — заявил Джейс, указывая на нее пальцем. Его руки покрывала корка засохшей грязи, кончики ногтей темнели черными полумесяцами.
Изабель уже собиралась ответить, но тут раздался скрежет, и лифт остановился.
— Давно пора починить, — пробормотала Изабель, с усилием открыв дверь.
Джейс уже предвкушал, как избавится от оружия и брони и влезет под горячий душ. Он убедил приемных брата и сестру отправиться вместе с ним на охоту, хотя оба опасались действовать на свой страх и риск без привычных указаний Ходжа. Но Джейс хотел забыться в битве, хотел борьбы за жизнь и физической боли, заглушающей боль душевную. Изабель с Алеком это прекрасно понимали и потому вместе с ним отправились лазать по подземным туннелям, пока не нашли дракониду и не убили ее. Они втроем умели действовать очень слаженно, как давно сработавшаяся команда. Как семья.
Алек стягивал покрытые грязью сапоги, присев на низкую деревянную скамью, и еле слышно что-то насвистывал, видимо давая Джейсу понять, что на самом деле не сердится. Изабель вытащила шпильки, и длинные темные волосы заструились по спине и плечам.
— Есть хочется… Жаль, мама не дома, она бы что-нибудь приготовила.
— Хорошо, что ее тут нет, — сказал Джейс, расстегивая поясную портупею. — А то нам бы уже влетело за испорченные ковры.
— Ты совершенно прав, — раздался холодный голос за его спиной.
Джейс резко обернулся, все еще держась за портупею, и увидел в дверях Маризу Лайтвуд. На ней был строгий черный дорожный костюм; волосы — такие же темные, как у Изабель, — толстым жгутом спадали до середины спины. Скрестив руки на груди, Мариза испытующе оглядывала всех троих ледяными голубыми глазами.
— Мама! — радостно воскликнула Изабель и кинулась ее обнимать.
Алек встал со скамьи и тоже подошел к матери, изо всех сил стараясь скрыть хромоту.
Джейс остался на месте. Что-то во взгляде Маризы заставило его замереть. Он ведь не сказал ничего обидного… Весь дом нередко посмеивался над трепетным отношением Маризы к антикварным коврам.
— Где папа? — спросила Изабель, отстранившись. — И Макс?
— Макс у себя в комнате, — ответила Мариза после едва заметной паузы. — А папа, увы, еще в Аликанте. Ему пришлось задержаться.
Алек, который лучше Изабель различал малейшие оттенки тона, слегка напрягся:
— Какие-то неприятности?
— Это я у вас хочу спросить, — сухо ответила Мариза. — Ты что, хромаешь?
Врать Алек совершенно не умел, поэтому Изабель поспешила ответить вместо него:
— Столкнулись с драконидой в тоннеле метро. Ничего страшного.
— А высший демон, с которым вы столкнулись на прошлой неделе, — тоже «ничего страшного»?
Тут и Изабель не нашла, что ответить, вопросительно посмотрела на Джейса.
— Мы не собирались… Это была ошибка… — начал оправдываться он, пытаясь сосредоточиться.
Мысли путались. Мариза с ним даже не поздоровалась, не сказала ему ни слова и по-прежнему не сводила с него пристального взгляда холодных голубых глаз. У Джейса засосало под ложечкой. Она никогда не смотрела на него вот так, что бы он ни сделал!
— Джейс! — Макс, младший из Лайтвудов, протиснулся в дверь мимо Маризы и, увернувшись от ее цепких рук, ворвался в комнату. — Ты вернулся! Вы все вернулись! — Он крутанулся волчком, радостно улыбаясь Алеку и Изабель. — Я сразу подумал, что это вы, когда услышал лифт!
— А я думала, что велела тебе сидеть в своей комнате, — сказала Мариза.
— Не помню такого, — ответил Макс с невозмутимой серьезностью.
Для своего возраста Макс был очень невысок и выглядел лет на семь, однако малый рост компенсировался сосредоточенным видом в сочетании с огромными очками. Алек протянул руку и взъерошил младшему брату волосы, но Макс не сводил сияющих глаз с Джейса. Джейс почувствовал, что ледяной кулак, стиснувший внутренности, потихоньку разжимается. Макс чуть ли не боготворил его. К родному старшему брату он не относился с таким восторгом — возможно, потому, что Джейс всегда был к Максу гораздо более благосклонен.
— Я слышал, что вы сражались с высшим демоном! — выпалил Макс. — Было круто, да?
— Своеобразно… — осторожно ответил Джейс. — Как тебе Аликанте?
— Здорово! Мы видели кучу классных штуковин! Там огромная оружейная мастерская, и мне показывали, как изготавливают оружие! Показали, как по-новому куются клинки серафимов, чтобы они дольше работали! Я очень хочу уговорить Ходжа…
Помимо своей воли Джейс с изумлением взглянул на Маризу. Так Макс еще ничего не знает о Ходже? Она что, ничего ему не сказала?
