виде мешочка, с металлической серебряной застежкой из двух аккуратных шариков и золотым логотипом «Элизабет».
— Подарок от папы, он делает изделия из кожи. Сейчас на заказ шьет чумного доктора, — сказала с гордостью Элизабет.
— Супер эксклюзивная вещица, — сказала Джулия.
Девушки купили много сувениров, как и планировали, и направились в сторону отеля. Проходя мимо лавки Вуду, девушки решили туда заглянуть, так как Элизабет была непреклонна в желание ознакомиться с Вуду в этом городе. Зайдя в лавку, девушки попали в мистический мир Вуду. Освещение было тусклым. В лавке казалось немного тесновато, все полки были плотно заставлены всякой всячиной. Ряды с множеством стеклянных банок разного размера и содержимого, всевозможные статуэтки — обереги, иконы Вуду богов, на стене висели причудливые деревянные маски.
— Я возьму этот оберег для Эдварда! — сказала с восторгом Пэм, взяв с прилавка Вуду зомби с бумажной биркой, гласящей, от чего именно защищает эта вещица.
— Давай, Элизабет, спроси уже, есть ли у них размельченные когти черной совы или желчный пузырь бобра, родившегося в полную Луну, ты же тут за этим? — спросила со смехом Гвэн, желая подшутить над подругой.
— Я хотела купить всего лишь набор игл Вуду с наконечниками в виде черепов, — сказала Элизабет, смеясь громче подруг.
— Могу вам чем-то помочь? — обратился к девушкам высокий колоритный мужчина — продавец.
— Я хочу мешочек Гри-Гри! — азартно сказала Гвен, хлопая в ладошки от восторга.
— Ах ты ж ведьма! Я думала, только Элизабет не от мира сего, — сказала Джулия, с прищуром глядя на Гвен.
— У нас, разумеется, есть Гри-Гри, — сказал мужчина, обращаясь к девушкам.
— А у вас случайно никакой ритуал Вуду не намечается? Мы бы хотели поприсутствовать, — сказала Пэм, обращаясь к мужчине.
— Ритуалы Вуду это не аттракцион для зевак, — сказал мужчина, протягивая Гвен мешочек.
— Разумеется, нет! Это магия! Мы бы хотели посмотреть, как все это выглядит на самом деле, нас интересует эта культура с первых рук, — сказала Пэм, толкая в бок Элизабет, чтобы та ее поддержала, что она с энтузиазмом и сделала.
— Да! Мы чтим эту религию, и хотим быть частью ее, особенно в этом городе, — сказала Элизабет, держа в руках нужные иглы с наконечниками в виде маленьких черепов.
— Через полчаса магазин закрывается, и мы начнем один ритуал. Вы можете присутствовать, но пользоваться телефонами и снимать происходящее под запретом! — сказала вышедшая из подсобного помещения женщина, судя по всему, хозяйка лавки.
— Клянемся, мы будем следовать всем установленным правилам! — воодушевленно сказала Пэм.
— Вы уверенны, что вам это под силу? А если в ритуале будет присутствовать жертвоприношение? У нас нет времени и желания приводить в чувства потерявшего сознание туриста, — строго сказала женщина.
— Будем насылать на кого-то проклятие? — спросила Гвен.
— Мало кто знает, но один из главных принципов Вуду — не навреди себе и другим. Вуду является очень древним вероучением, и его цель — помощь людям через общение с духами, — сказала женщина, уставшая от стереотипов туристов о Вуду.
В этот момент из-под стола возле кассы выбежал черный маленький поросенок. И подошел обнюхать девушек.
— Я пойду покурить снаружи, — сказала Джулия, обращаясь к девушкам.
— Мы с тобой! Вернёмся через полчаса, когда магазин закроется и начнется ритуал, — сказала Пэм, и девушки направились в сторону выхода.
Сев на лавочку, девушки были воодушевлены тем, что их возьмут на ритуал, все, кроме Гвен.
— Вы не поняли? Этого черного поросенка будут приносить в жертву богам! — сказала Гвен с ужасом в голосе.
— Да, но мы же едим свинину, поросята умирают каждый день, — сказала Пэм.
— Мы должны выкрасть поросенка! — сказала Гвен.
— Но это кража, так нельзя, нас не пустят на ритуал, — сказала Пэм.
— Это неважно! Зато мы спасем поросенка, маленькую поросячью душу, — сказала Гвен.
— Я тебе помогу, дело благое! — сказала Элизабет, отпивая газировку.
— Да, давайте спасем свинью, — сказала безразлично Джулия, затягиваясь сигаретой, скорее за компанию, чем переживая за животное.
— Не могу поверить своим ушам! У нас есть возможность быть свидетелями уникального ритуала, а мы украдем животное и сбежим? — сказала Пэм, все еще с надеждой глядя на девушек. Но девушки уже все решили. Они, не смотря ни на что, будут спасать поросенка. План был прост. Зайти через полчаса в лавку. Отвлекать двух продавцов, пока Гвен выманивает поросенка на улицу. Так и было сделано. Гвен выманила печеньем поросенка и посадила себе в рюкзак. Девушки, увидев, что дело сделано, направились в сторону улицы, желая скрыться, что им и удалось. Так быстро они давно не бегали.
Сидя в сомнительном дворе, Гвен открыла рюкзак, из которого показался розовый свиной пяточек.
— Назову его Одиссей, — сказала девушка сильно запыхавшимся голосом.
Пока девушки переводили дух в переулке, к ним неожиданно подошел продавец из лавки.
— Верните животное, я вырос в этих дворах и любого вора отыщу, — сказал холодным голосом мужчина, глядя на ошарашенных девушек, сегодня обнаруживших, что они не гении грабежа.
— Мы не позволим его убить, выпотрошить и выкинуть! — сказала Гвен и прижала поросенка к себе.
— Никто не собирается его убивать! Это питомец моей племянницы, она его обожает. Да и для нас он как член семьи, — сказал мужчина.
— Но как же жертвоприношение? Ритуал Вуду? Он там не для этого? — с недоверием спросила Элизабет.
— В ритуале не будет никакого жертвоприношения, вам так сказали, чтобы напугать и посмотреть, насколько сильно вы хотите присутствовать на ритуале. А в лавке он был, потому что мы за ним присматриваем иногда. Моя племянница сбилась с пути, но мы вернем ее на верный путь, — сказал мужчина, с грустью в голосе.
— Мы вернем поросенка, можно мы поприсутствуем на ритуале? Проявите к нам доброту! Мы раскаиваемся! — театрально сказала Пэм, игнорируя неловкость ситуации.
— Можно, но воровать это плохо, — сказал мужчина, вытащив свое животное из рюкзака Гвен.
Девушки и мужчина с поросенком вернулись в лавку. Мужчина запер дверь изнутри и пригласил девушек в подсобное помещение, которое оказалось большим и просторным холлом, со множеством зажжённых свечей. Там уже находилась женщина, которая в лавке пугала их жертвоприношениями. На полочке стояло фото, на котором была изображена полноватая девушка с цветными розовыми волосами и пирсингом в носу.
— Это хозяйка поросёнка, моя племянница, — сказал мужчина, заметив, что девушки разглядывают фото.
Пахло благовониями. От ароматических палочек шло неестественно много дыма, над которым проделывал некий ритуал мужчина. Женщина начала читать какую-то молитву, а мужчина начал бить в барабан. Затем, женщина начала петь песню, которую повторила ровно три раза. В центре действа находилась кукла и небольшой гроб, размером с эту
