Так было и с Павлом Осиповичем Сухим — конструктором военных самолетов. Вот только один пример.
Однажды во всех газетах появилось сообщение ТАСС: «2090 километров в час! Выдающееся достижение летчика Б. М. Адрианова». А в газете «Правда» от 18 июня 1960 года статья. Перепечатываем ее с некоторыми сокращениями,
«Данные таблицы авиационных рекордов в наше время устаревают быстро. Только в нынешнем году советскими авиаторами уже [6] установлено около сорока новых выдающихся достижений мирового класса. Теперь в их число войдет абсолютный рекорд скорости полета по 100-километровому замкнутому маршруту…
Успеху, достигнутому Б. М. Адрнановым, предшествовала напряженная творческая работа большого коллектива советских людей, создавших прекрасный самолет, образцово подготовивших его к выполнению сложнейшей задачи…
…И вот взлет разрешен. Б. М. Адрианов, напутствуемый командиром и товарищами, занял место в кабине. Под кожаной спецовкой у летчика надет высотный компенсирующий костюм, голова покрыта гермошлемом.
Разбег, и самолет устремился в небо. Движения летчика предельно четки. Он устанавливает необходимый режим скороподъемности и набирает высоту. Сделав правый разворот, машина уже приближается к исходному пункту. Б. М. Адрианов включает форсаж двигателя, начинает разгон. В то же время, ориентируясь по створу населенных пунктов и характерному изгибу реки, он как бы нацеливает самолет на первый сорокасекундный отрезок маршрута. Внимание напряжено до предела. Стрелка М-метра — специального прибора, показывающего величину числа М, то есть отношения скорости полета к скорости звука, все время движется по циферблату вправо.
Уже полминуты машина идет в рекордном режиме. Скоро первый разворот. За ним другой и третий. Для летчика это самый тяжелый участок пути. Почти восемьдесят секунд ведет он машину в крутом, почти вертикальном левом крене, испытывая многократную перегрузку. И здесь, несмотря на это, надо особенно точно пилотировать машину, дабы не оторваться от намеченной «тропы», не снизить заданной высоты полета.
…Когда суммировали все данные полета, то оказалось, что инженер-подполковник Б. М. Адрианов перекрыл прежний абсолютный рекорд скорости полета. Его машина на 100-километровом замкнутом маршруте развила скорость 2090 километров в час. Советскими конструкторами и летчиками, идущими во главе авиационного прогресса, достигнуты выдающиеся показатели нового абсолютного мирового рекорда».
Тогда, двадцать с лишним лет назад, не было названо имя конструктора, создавшего этот замечательный самолет. Теперь можно о нем сказать. Конструктором и создателем новой рекордной машины был Павел Осипович Сухой.
Себя Павел Осипович относил к «рядовым авиации». Что же, рядовой так рядовой. Но тем интереснее фигура выдающегося человека, который считал себя самым обычным, «таким, как все», хотя по взлету конструкторской мысли Павла Осиповича справедливо относят к гигантам мирового самолетостроения.
И я приглашаю вас, дорогие читатели, проследить за судьбой этого человека, за тем, как пришел он в авиацию, как начал свой разбег по жизненной «взлетной полосе», как устремился в небо и долгие годы продолжал свой стремительный полет, который отнюдь не был ровным и безоблачным. Были и неудачи, и «вынужденные посадки», но были и выдающиеся успехи, блистательные рекорды…
Итак, наш рассказ о Павле Осиповиче Сухом, генеральном авиаконструкторе, лауреате Ленинской и Государственных премий, дважды Герое Социалистического Труда, создателе многих замечательных самолетов… [7]
Глаза I. Разбег
Детство и юность будущего конструктора. Первые «летуны». «Только к Жуковскому!». Училище. Мечта сбылась. ЦАГИ. Первый проект, первый самолет. Невольный виновник торжества
Павел Осипович Сухой родился 10 июля 1895 года в селе Глубоком Виленской губернии. Теперь Глубокое — районный центр Витебской области Белорусской ССР.
Семья Сухих была бедной крестьянской семьей. Дед пахал землю, растил хлеб и лен, с утра до вечера гнул спину на помещика. А жили все равно впроголодь. Его сын — Осип — с малых лет помогал пастухам пасти общинный скот: летом целые дни проводил на пастбище, а зимой ходил в школу. Односельчане, заметив незаурядные способности и прилежание подростка, на мирские средства отправили Осипа учиться в город. Окончив учительскую семинарию, он вернулся в родное село и стал здесь учительствовать в начальной школе…
Женился Осип Андреевич на своей землячке. Навсегда пленила его Елизавета Яковлевна добрым нравом, [8] хозяйственной сметкой и… темными косами, что лежали у нее на голове высокой короной. У Осипа Андреевича и Елизаветы Яковлевны было шестеро детей — пять девочек и один мальчик — Павел.
В 1900 году Осипу Андреевичу предложили заведовать школой для детей железнодорожников в Гомеле. И вся большая семья перебралась в город. Неподалеку от школы сняли квартиру. Но мечтали о собственном домике. Купить или построить дом средств не хватало. Хорошо, помог сосед — инженер-железнодорожник. Он привязался к многодетной семье и дал денег взаймы без процентов, в рассрочку на несколько лет, помог достать необходимые материалы.
Дом построили возле железной дороги, рядом с полем. Получился он добротным: четыре комнаты, кухня, большая веранда. Вокруг дома посадили яблони, сливы, крыжовник, малину. И под овощи разбили несколько грядок. Завели кур, корову.
В семье все любили музыку, часто из дома слышались звуки скрипки и пение. В школе Осип Андреевич организовал хоровой кружок для учеников и сам руководил им. Доброжелательных и приветливых Осипа Андреевича и Елизавету Яковлевну уважали ученики и их родители. Не любил Сухих только священник — сами редко ходили в церковь и детей не заставляли.
Осип Андреевич собрал дома хорошую библиотеку. Одной книгой он особенно гордился — томик стихов Якуба Коласа подарил ему сам автор.
Павел очень любил читать и перечитывал все книги из отцовской библиотеки. Он не расставался с книгами даже в праздники, когда все дети веселились у нарядной елки.
Обычно по вечерам дружная семья Сухих собиралась в большой комнате за общим столом. Здесь вслух читали странички из любимых книг, декламировали стихи, сообща составляли очередной выпуск семейного журнала «Молодая поросль» — каждый мог сюда записать все, что хотел, — школьное сочинение, впечатление о прочитанной книге, свои стихи или нарисовать какой-нибудь замысловатый рисунок, дружеский шарж…
Все вместе обсуждали и городские новости — открытие в Гомеле первого кинотеатра — по-тогдашнему иллюзиона, появление на улицах первого автомобиля, приобретение соседом граммофона. Понятно, что не оставила [9] без внимания семья Сухих и сенсацию века — первые полеты аэропланов. И мы отметим для себя, что юность Павла Сухого совпала по времени с «юностью» авиации.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
