Читаем без скачивания Ухаживания на скорую руку - Барбара Делински

Ния с такой силой замотала головой, что у нее растрепалась прическа, и пряди каштановых волос заметались вокруг плеч.

– Даже не знаю, что вам и сказать, Билл. Я не согласна с этой рубрикой в принципе.

– А что, собственно, тебя тревожит? – спросил Джеймс, как всегда экономно расходуя слова.

– А то, что наши статьи будут очень смахивать на объявления, которые дает служба знакомств. Вы ведь, без сомнения, потребуете от меня, чтобы в репортаже были перечислены достоинства каждого из этих великолепных самцов, – так или нет? – высказала шутливое предположение Ния.

Джеймс не обратил внимания на ее ироническое замечание.

– А что, если мы сосредоточим все усилия – как, кстати, того требует Билл – на попытке выявить истинное лицо этих людей? Посмотрим, так сказать, на этих невест и женихов под другим углом. Сделаем из этих репортажей и очерков глубокие, хорошо документированные и аргументированные литературные портреты, а не жалкие поделки в рекламном духе.

Слова Джеймса произвели на Нию довольно благоприятное впечатление, тем не менее она еще не была готова принять их как руководство к действию.

– Тебе что, не хватает для твоих экспериментов нормальных мужчин и женщин – из тех, что рядом? – возразила она, делая ударение на последней части своей фразы, пытаясь обратить все в шутку. Джеймс был самым консервативным существом в редакции, и тот факт, что он поддержал новый проект, безмерно ее удивил.

– Не хватает. – Его улыбка свидетельствовала, что мысли его были далеко, и шутка Нии не прошла. – Дело в том, что мне придется писать о завидных невестах.

– О невестах?

– Коль скоро ты возьмешь на себя женихов, мне ничего другого не остается, – с невозмутимым видом ответил он. Если бы Ния не знала Джеймса Кабота в течение долгого времени, его странные шуточки наверняка бы вызвали у нее вспышку раздражения. Но она любила и уважала его не меньше, чем Криса.

– Но ведь ты женатый человек, Джеймс, и, кажется, счастлив в браке. Неужели тебе такое задание не представляется… скажем так… несколько неуместным?

– Что же здесь неуместного? В мое задание отнюдь не входит делать этим невестам предложение.

В разговор вступила Присцилла:

– Разве ты не понимаешь, Ния? То, что он счастливо женат, позволит ему относиться к объектам его интервью без малейшего пристрастия. Ты тоже будешь иметь подобное преимущество, но по другой причине. А причиной этой является…

– Развод, – закончила за нее Ния, мигом вставив нужное слово, поскольку ее подруга вдруг замялась и покраснела.

Да, таковы были люди, с которыми она встречалась по работе шесть дней в неделю. Они, конечно, знали о браке, который принес ей одни только страдания и окончательно развалился незадолго до того, как она пришла работать к ним в редакцию. Дэвид Филлипс родился в этом городе и как спортивный обозреватель способствовал его возвеличению. Забавно, что после он перебрался на житье в Техас, в то время как она, Ния, предпочла остаться на Востоке. Но она и в самом деле очень любила Бостон. До сих пор единственным минусом такого ее решения является фактор узнаваемости ее фамилии. Похоже, каждый житель Новой Англии знал, что она была женой Дэвида. К счастью, далеко не все обитатели этого края были осведомлены о всех подробностях этого брака и последовавшего за ним развода.

Слова Присциллы прервали ее воспоминания:

– Вы с Джеймсом способны отнестись к этому заданию с известной долей беспристрастности, поскольку у вас обоих теоретически имеется иммунитет к такого рода контингенту.

– Минуточку внимания! – На передний план выдвинулся Крис, готовый принять участие в дружеской перепалке. – Я бы не стал утверждать, что у Нии иммунитет по мужской части. Так уж получилось, но я знаю, что она далеко не затворница.

Ния закатила глаза к потолку, поскольку отлично знала, что последует дальше.

– Это называется «давайте обсудим личную жизнь Нии» – так, что ли?

Но Крис не желал утихомириваться:

– Ты ведь встречаешься с кем-то, не так ли? Я несколько раз слышал по телефону глубокий мужской голос твоего неизвестного «друга». Это все Присцилла пытается представить дело так, будто ты своего рода… евнух!

– Евнух? Бог мой, до чего удачное словечко! – Ния неожиданно для всех прямо-таки закатилась от хохота. – Вы видите? Мне не нужен никакой завидный жених, чтобы добавить перцу в мою жизнь. Для этого у меня есть Крис! – Позабыв на время о своем негативном отношении к новому заданию, она целиком отдалась веселью, которое, кстати, являлось непременным компонентом их редакционных сборищ. Система «бери и давай взамен» была для Нии одной из любимейших сторон этой работы.

Билл заметил возможность изменить положение и, немедленно среагировав, ухватился за нее:

– Слушай, а что ты в конце концов имеешь против «завидных женихов», Ния? Я хочу сказать, что мы всего-навсего просим тебя написать о них, а не выходить за них замуж.

Ния снова рассмеялась, от души наслаждаясь происходящим в компании добрых друзей, несмотря на нависшую над ней тень в виде неприятного задания.

– Я не стану делать этого, Билл, даже если ты встанешь передо мной на колени. Я по горло сыта радостями брака, и меня с души воротит от мужчин, которые, даже будучи женатыми, продолжают смотреть на себя как на «завидных женихов». В сущности, – тут она села на своего любимого конька, довольная донельзя тем, что ее мысли столь же рациональны, как и ее речь, – у меня есть серьезные сомнения в том, что хотя бы один мужчина в моих глазах достоин эпитета «завидный», хотя сами они, возможно, думают по-другому.

Присцилла нахмурилась:

– Что-то я не совсем улавливаю твою мысль.

Ния принялась терпеливо ей объяснять:

– Уже один только факт, что некий мужчина способен воспринимать себя как «самого завидного» на Восточном побережье, наводит меня на мысль, что он скорее всего чрезвычайно самовлюбленный и самоуверенный тип. – Тут она решительно вскинула голову и добавила: – Я предпочитаю скромных мужчин. Тех, кого именуют «сильными и молчаливыми». Такой мужчина никогда не даст согласия на интервью.

– Ты упустила одну вещь. – Билл снова решил подключить к делу свой авторитет. – Эти самые «завидные женихи и невесты», у которых вы будете брать интервью, сами себя ни в коем случае в таковые не записывали. Это мы избрали их из числа всех прочих.

– Кто избрал?! Мы? – с глуповатой ухмылкой осведомился Крис, после чего оглядел собравшихся. – Что-то я не припомню такой демократической процедуры у нас в редакции.

– Демократия имеет свои пределы, – парировал Билл. – В данном случае жертвы были избраны высшим эшелоном менеджмента.

– Жертвы. Ха! – Ния сморщила лицо, а затем пробормотала себе под нос: – Да они просто в восторг придут, когда узнают.

– Можешь говорить, что тебе угодно, – продолжал гнуть свою линию Билл, – но решение так или иначе принято. Но если кому-нибудь из вас, – тут он сжал губы в нитку, хотя уголки их подрагивали от сдерживаемого смеха, – вдруг вздумается его изменить, то ему придется иметь дело с директором издательства, ответственным редактором, менеджером, да и со мной в том числе.

Как он и предполагал, бунтовщиков среди членов редколлегии не оказалось. В то время, как эта группа сотрудников отличалась чувством товарищества независимо от занимаемых ступенек в иерархии издательства, другие – те, что находились на самых высоких постах, – предпочитали официальные формы общения. Они старались никакого панибратства между низшими и высшими эшелонами не допускать. Таким образом Билл Остин чаще всего являлся своеобразным буфером между этими двумя звеньями, смягчая и сглаживая существовавшие между ними противоречия.

Ния – одна из первых – поняла, что имеет дело с каменной стеной. Со вздохом признавая сдачу своих позиций, она подняла глаза на Билла:

– Ну и кто они… эти счастливчики? Эти ни о чем не подозревающие избранники?

Билл откашлялся, выбрал какой-то лист из невообразимой кучи бумаг, громоздящейся на столе, и нацепил на нос бифокальные очки.

– Сначала женщины.

Он начал читать, а Ния внимательно его слушала и записывала имена в блокнот, отмечая про себя, что в списке стояли фамилии декана колледжа, акушерки, законодателя штата, дизайнера по интерьерам и морского биолога. Фамилии эти в большинстве своем она знала, хотя их нельзя было назвать широко известными, а именно этого она как раз и ожидала.

– Ну, что ты думаешь по этому поводу, Ния? – спросил Билл, пробуя ногой хладные редакционные воды, прежде чем в них вступить. В этом смысле реакция Нии являлась для него определяющей – эта женщина была вечным источником беспокойства для Билла Остина.

– Неплохо, Билл, – кивнула Ния, выражая тем самым одобрение коллектива. – Эти дамы и в самом деле живут на Восточном побережье, хотя я полагала, что в список войдут наиболее знаменитые его обитательницы.