Для них же спокойнее. И деньги были бы целы, и нервы в порядке. И самое главное: жили бы себе, как раньше, в мире и согласии.
Но такой уж Вероника Шапкина неугомонный человек, что везде ей надо сунуть свой нос. Все посмотреть, пощупать, прикинуть, не сгодится ли эта пылящаяся на витрине вещица в приусадебном хозяйстве.
Натащила на дачу всяких культиваторов, опрыскивателей, рыхлителей и прочего металлолома – не пройти, не проехать. И ладно бы только железом запасалась, так ведь этим летом возле памятника Ленину под улюлюканье и щелканье фотоаппаратов заезжих туристов собирала в бумажный кулек птичий помет. А в другой раз, отправившись на премьерный спектакль, перед самым театром случайно увидела, как лошадка асфальт удобряет, так не поленилась, собрала весь навоз в полиэтиленовый пакет и вместе с пальто сдала в гардероб. Гардеробщицы тогда от неведомого запаха чуть в обморок не попадали.
Совсем помешалась на своих шести сотках баба.
И Славка у нее такой же. Два сапога – пара. Увидит, где гайка валяется, – поднимет, оботрет носовым платком и в карман. Шуруп недовинченный заметит – обязательно вывинтит и в карман спрячет. Как-то рельс бесхозный рядом с домом высмотрел – рабочие трамвайные пути меняли – неделю ночами не спал, но до гаража доволок в целости и сохранности.
Но лучше бы им в тот бутик не заходить.
Вероника во всем виновата. Увидела огромные зеркальные окна и бегущую строку: «Здесь вы найдете товары, которыми с наслаждением пользуются цивилизованные люди всего мира», и сразу к дверям. Даже название магазина толком не прочитала. Хотя попробуй его прочитай, если оно не по-русски написано. Славка следом за ней: вдруг там импортные сверла, метчики или насадки продают.
И точно. Во всю ширину стеклянной витрины большими буквами было написано: «Насадки». Славка сразу в карман полез. Не привык он перед девушками-продавщицами свою неосведомленность демонстрировать и во все тонкости применения покупки вникать. С инструкцией можно и дома ознакомиться, никуда не спеша.
Короче, купил он две суперэластичные насадки с шишечками различной величины и одну силиконовую с расположенными по всей длине усиками, помпу для массажа и какую-то гель-смазку – в хозяйстве пригодятся.
И дернул же его черт зайти в этот бутик.
Вероника тоже сразу к прилавку прилипла, словно его клеем намазали. Без очков пришла, ничего толком не видит, а все туда же – и это покажите, и это, и это тоже кричит.
Сначала ее крем Ларго заинтересовал, потом потенцштеркер (и не выговорить с первого разу) германского производства. Умеют же все-таки немцы своему товару достойное название дать. Но больше всего вибромассажеры приглянулись. Весной для пахотных работ, как найденные будут. Взяла 18-сантиметровый «Реалистик» с вибратором и еще один – многоскоростной.
Эх, лучше бы ей этот бутик стороной обойти. Спокойнее бы было. Но, кто же знал, чем в нем торгуют.
С виду вполне обычный магазин. Реклама красочная во всю дверь: «Нам можно доверять. Мы на рынке уже 10 лет».
Вот Шапкины и доверились. Тысячи три денег в кассе оставили. Домой пришли счастливые, довольные. И сразу за покупки взялись. Слава те, что жена купила, изучает. Вероника, надев очки, то, что муж приобрел, рассматривает. Читает с выражением инструкцию:
– Суперэластичные насадки с шишечками различной величины для стимуляции стенок влагалища… Надеваются за головку полового члена… Шапкин!!! Зачем ты купил эту мерзость?
Муж в шоке. Не зная, что ответить, машинально открывает коробочку с немецким кремом Ларго и пробует прочитать сопроводительную бумагу:
– Крем Ларго эффективно увеличивает длину и объем полового члена… Вероника!!! Ты завела себе любовника?! Теперь я понимаю, зачем тебе этот «Потенцштеркер»!
– Я думала, что это крем для рук…
– Да ты, дорогая, еще и лесбиянка, – достав многоскоростной вибромассажер, кричал возмущенный Шапкин. – Вот бы уж никогда не подумал.
– А ты, ты, – задыхаясь от слез, рассматривала помпу для вакуумного массажа, Вероника. – Ты извращенец! Скажи, зачем тебе эта помпа для оргазма при живой жене?
– Затем же, зачем и тебе этот «Реалистик» с вибратором…
С той поры былая супружеская наивность и кажущаяся невинность в доме Шапкиных рухнула раз и навсегда.
Но, чтобы не выбрасывать деньги на ветер, все приобретенные товары Слава с Вероникой стали использовать по прямому назначению. И так вошли во вкус, что вскоре стали постоянными клиентами сексшопа. А о дачном участке забыли. Неухоженный и некопаный, он порос репейником и крапивой.
Да уж. Лучше бы им тогда обойти этот бутик!
Но от судьбы, как говорится, не уйдешь.
Падение нравов
– Мужчина, можно вас на минуточку? – раздался приятный голосок, и Болтов увидел идущую следом длинноногую девицу.
– Сигареткой не угостите? – улыбалась незнакомка.
– Не курю! – бросил Болтов, а сам подумал: «Уже среди бела дня к мужикам липнут!»
– А огоньку?
– Я же сказал, что не курю! – отрубил Болтов.
– Какое совпадение! – обрадовалась девушка. – Я тоже решила бросить.
– Вот и правильно! – Болтов прибавил шагу.
– Вы не подскажите, где тут университет? – не отставала собеседница.
– Не знаю. Сам здесь проездом! – соврал Болтов: «Ну, что, что ей еще сказать, чтобы отвязалась? Не скажешь же прямым текстом, что нет денег?»
– Я приехала сдавать вступительные экзамены.
– Надо же, – окинув девушку с ног до головы, хмыкнул Болтов: «Долларов на двести пятьдесят потянет! Но подумала бы, милая барышня, откуда у доцента физмата такие деньги?!»
– На физико-математическое отделение поступаю, – улыбалась незнакомка. – Случайно не знаете, сколько стоит хороший репетитор?
– Пятьсот баксов, – автоматом выдал Болтов, обрадовавшись, что девушка абитуриентка, а не представительница первой древнейшей.
Семейное
– Папа, скажи честно: ты нас с мамой любишь?
– Какой разговор! Конечно, люблю.
– Сильно?
– Сильно! Ведь у меня, кроме вас, и нет никого!
– А кого больше? Меня или маму?
– Володя, ты же взрослый человек, самому скоро тридцать, а такие элементарные вещи спрашиваешь. Конечно, твою мать…
– За это надо выпить!
– Наливай!
– За маму!
– За мать твою!
Выпили, захрустели огурчиком. Сын налил еще, но отец отодвинул стопку:
– Володя, я вот никак не пойму. Стоит тебе слегка выпить, как ты начинаешь всякую ерунду пороть. Я ведь тебя вот про Нинку Сапожникову не спрашиваю…
– А ты спроси!
– И спрошу!
– Спроси! У меня от семьи секретов нет.
– Ладно. Скажи, сколько твоя Нинка может… выпить водки?
– С закуской?
– С закуской!
– С закуской – две бутылки.
– Глядя на нее, ни за что не подумаешь! Все-таки учительница начальных классов!
– Я же говорю, у меня от семьи нет никаких секретов. Наливай!
– Погоди! Ладно, бог с ней, с этой учительницей, она все равно женщина замужняя. Ты мне про Гальку расскажи…
– Про какую? Логинову или Петрову?
– Логинову, конечно.
– Вот и я подумал: чего тебе про Петрову рассказывать, если ты, пока мать была в отпуске, сам у нее две недели жил?
– Скажи…
– Сколько Галька может водки выпить?
– Сколько твоя Галька может водки выдуть, я видел в Новый год. Ты вот мне скажи: чего это она в последнее время к Гере Примакову зачастила?
– Как чего? Любовь-морковь у них с Герой.
– А у вас?
– У нас прошла любовь, завяли помидоры… Кстати, я вот тебя тоже давно хочу спросить…
– Спрашивай!
– Как ты к нашему соседу Александру Петровичу относишься?
– Хорошо отношусь. Выпивали недавно. Нормальный мужик, бывший военный, полковник в отставке.
– А еще можно спросить?
– Конечно, спрашивай!
– Вот когда ты с мамкой познакомился, ты кого больше хотел? Дочь или сына? Только честно!
– Честно?
– Положа руку на сердце!
– Просто приятно время провести хотелось, расслабиться… Но я, видно, так неудачно расслабился, что через девять месяцев ты родился!
– Бывает.
– Что уж теперь… У меня от семьи секретов нет.
– У меня тоже. Я ведь тебя не просто так про Александра Петровича спросил…
– А что с ним? Что-то я его не видел сегодня…
– И не увидишь. Он с нашей мамкой в пятницу на дачу укатил…
– Вот скотина!
– Александр Петрович?
– Ты скотина! Второй день с тобой пьем, а ты только соизволил рассказать…
– Я же тебя сразу спросил: кого ты больше любишь?
– Ладно, наливай! А то, не дай бог, мать с дачи вернется да еще и соседа нашего с собой притащит. Он хоть и полковник в отставке, а пьет как генерал.
Банные инвестиции
Баня у нас в Больших Пельменях старая, облезлая, довоенной постройки – без слез не взглянешь. Ремонтировать не на что и закрыть нельзя – завшивеет народ, коростой от грязи покроется. Не у всех в квартирах есть импортные джакузи, да и отечественные ванны тоже.
