class="p1">— Привет! — прокричала девочка и призывно протянула ручку: — Пойдём играть?
— В море? — удивилась я. Там, где находился валун, было достаточно глубоко.
— Конечно! Я сейчас к тебе подойду, — улыбнулась девочка и встала на самый край.
Как в замедленном кино я видела девочку, спрыгивающую с камня в прозрачную морскую гладь. Ни одна волна не колыхнула воду в тот момент, когда её ножки опустились в солёный океан. Она, как поплавок, замерла на воде, и через мгновение море слилось с её платьем, потекло через ткань, став бесконечными струящимися складками. Рыбы, ракушки и даже зелёные водоросли проходили по её сарафану и уплывали обратно в море.
Ко мне по бескрайней глади шло море с распущенными чёрными вьющимися волосами, которыми играло серебро луны. Ничего прекраснее в своей жизни я не видела.
Вот малышка подошла к берегу и протянула ко мне ручки:
— Пойдём играть! — позвала она. — Там интересно!
Я чувствовала себя мореплавателем, которого зовёт куда-то русалка.
— Идём, что же ты! — малышка взяла меня за руку и потянула за собой.
Мы шли через океан. Вблизи девочка напоминала волну, которая неспешно плыла впереди. И лишь маленькие ножки, шагающие по морскому дну, говорили о том, что это — живое существо. Море подо мной было лишь по колено и, как ни странно, глубже не становилось. Вот мы дошли до гряды валунов, покатых, чёрных, напоминающих мокрые спины китов.
— Во что же мы с тобой будем играть? — спросила я, оглядываясь вокруг. Нас окружало бесконечное море, берег был так далёк, что едва угадывался в лунной дымке.
— Давай в воспоминания!
— Как это? — спросила я.
Мы забрались на валуны. Девочка легко вспрыгнула на камень, отпустив море. Рыбки с плеском нырнули в бесконечный океан.
— Ой, я тебя сейчас научу! — малышка выпрямилась во весь рост и указала пальчиком на воду около меня. — Смотри туда! Как скажешь стоп, то увидишь воспоминание целиком!
Водная гладь возле валунов успокоилась, и там, как в экране телевизора, замелькали образы. Какие-то люди, города, летящие листья, спелые колосья, книги, фильмы…
— Стоп! — крикнула я. Картинка замедлилась, приблизилась. Маленький толчок в спину, я не удерживаю равновесие и с криком падаю в воду. На секунду меня охватывает паника, море сомкнуло свои воды, пузырьки воздуха разлетелись в разные стороны. Но вот я уже стою на асфальте совершенно сухая. Как с картины художника, с окружающего мира медленно стекает морская вода и уходит в неизвестность.
…Облетают золотые листья с огромного клёна, ложась сплошным ковром. Город дышит осенью. Я глубже вдохнула воздух, стараясь пропитаться им вся, до молекул. Иду вперёд, туда, где на перекрёстке между школой, чья крыша поросла мхом, и небольшим магазинчиком, стена которого оплетена красными листьями дикого винограда, горит, разрезая влажный туман, фонарь. На улице — ни души. Лишь вдалеке, перебросив через плечо рюкзак, бежит по лужам девочка лет 10. Я замираю. Внезапная догадка озаряет меня. Если я смотрю свои воспоминания…5 лет назад. Тихий городок, куда мы с подругой уехали на отдых. Я шла из книжного магазина, где на каждой полке блестели лакированными боками томики литературы. Сейчас там, под фонарём, меня ждёт подруга. Мы откроем зонтики и под ливнем побежим в пекарню, где пахнет корицей и кокосовой стружкой. Но перед этим…
— Нет! — что есть силы закричала я. — Я не хочу это смотреть! Перестань!
Но ничего не изменилось. Как в замедленном кино я видела красную машину, которая на полной скорости пронеслась на красный сигнал светофора. Я хотела отвернуться, закрыть глаза, убежать, но какая-то невидимая сила заставила смотреть, не отрываясь, на девочку в плаще. Вот она выбегает на пешеходный переход, вот летит машина…Мгновение. Второе. Третье. Удар сердца. Ещё один. Я кричу что есть сил. Но меня никто не слышит. Детский крик разрезает воздух. Хрупкое тельце, словно тряпичная кукла, отлетает на тротуар, в объятия золотистой листвы гигантского клёна. Её туфельки слетают с ножек, падают в придорожную грязь. Белоснежные колготки тут же становятся чёрными. По золотистым волосам течёт струйка крови.
Она должна была перейти дорогу и продолжить свой путь. Собирать листья, смеяться, ловить на ладошки капли дождя. Как может один человек отнимать жизнь другого? Неужели наша жизнь настолько хрупкая, что каждая случайность может разрушить её, словно ветер, добравшийся до карточного домика? Для человека, у которого в голове лишь мысли о прекрасном будущем, было настоящим ударом понять, что один миг может сломать жизнь навсегда, разбить, как хрупкую вазу. Когда ты слышишь о трагедиях, то кажется, что это все ненастоящее, а лишь фильм, воплощённая на экране очередная фантазия Стивена Кинга. Но когда это все происходит перед тобой, нет возможности снять 3D очки и выбежать из кинотеатра.
Я плакала, наблюдая за тем, как девочку, чья улыбка так и не была тронула ужасом надвигающейся машины, спешно увозят в больницу. Как и 5 лет назад, я не понимала, как небо допускает такое? Почему тонкие стекла судеб разбиваются, покрываются незаживающими ранами-трещинами, ломаются, искривляются?
Стены города стали стекать вниз, превращаясь в морскую воду. Люди, машины, дома и фонарь растаяли, словно были сделаны из тончайшего льда. Я какое-то время держалась на плаву, но потом волна накрыла меня с головой. Задыхаясь и отплёвываясь, я вынырнула около валунов и с удивлением обнаружила, что могу достать ногами до дна.
Это был мой самый жуткий кошмар. Я спрятала его далеко-далеко, в глубину души, где никто не мог дотронуться до этой кровоточащей раны. Но эта девочка смогла… Вот только зачем? Зачем делать так больно? Я до сих пор с опаской подходила к дорогам, боясь, что одна из машин станет той, что перечеркнёт и мою судьбу тоже.
Слезы душили. Они были такие же солёные, как и море, что лениво гнало волны. Я огляделась. Девочки на валуне не было. Она шла далеко впереди, направляясь к берегу.
— Постой! — крикнула я. — Подожди!
Девочка не обернулась. Море выстилало перед ней дорожку из песка, чтобы через мгновение вновь сомкнуть свои воды.
И я побежала. Быстро, как только могла позволить вода. Море заволновалось. Налетевший ветер практически закрыл луну, поднял волны с белыми пенными шапками.
— Не уходи! Скажи, кто ты! — просила я, но голос разбивался о скалы и валуны, которые были равнодушны к моему крику.
Девочка вышла на берег. Я задыхалась. Солёные брызги больно стегали по лицу. Чёрное небо и тёмное море практически слились в единую клокочущую массу, в которой я была лишь сопротивляющейся песчинкой. Добегаю до берега. От девочки меня отделяют лишь несколько метров песка и
