При всём этом можно уверенно сказать, что появление и развитие религиоведения (около 150 лет) - крупнейший шаг вперёд в движении научной мысли от многообразия теологий (теологией было принято называть проповедь той или иной религии, как единственно верной, что и считалось апологетикой этой религиозной системы) к началам сравнительного анализа крупнейших мировых религий. Но, как мы уже отмечали выше, недостаточно иметь возможность посмотреть со стороны на существующие мировоззренческие религиозные системы, отказавшись от апологетики любой из них и всех их в целом. То есть для успешного поиска истины в суждениях о той или иной религии недостаточно и необязательно быть атеистом, либо сторонним исследователем.
Если какой либо учёный или группа учёных берётся за вопросы религиоведения, а тем более за вопросы сравнительного богословия, они просто обязаны не только выйти за пределы всех религиозных систем современности (один из вариантов, хотя и не лучший, это переход в атеисты), но, исследуя суть вопроса о взаимоотношениях человека и Бога, они и сами обязаны не оставаться в стороне, ощущая необходимость приближения к истине в решении этого вопроса для себя. Ведь суть вопроса, о котором они пишут и который они сами исследуют, просто обязывает любого из них (если они хотят остаться честны хотя бы перед внимающей им аудиторией) определиться в вопросе религии - в вопросе взаимоотношений человека с Богом. В противном случае их точка зрения на вопросы религиоведения (а тем более на вопросы сравнительного богословия, которые обойти не так-то просто) всё равно будет проявляться в их трудах, но в умолчаниях. Однако имеющиеся умолчания типа «не определились», «не знаем», «никому не верим» и другие подобные умолчания в случае исследования вопроса о взаимоотношениях человека с Богом в той или иной религии (чем и должно заниматься религиоведение) автоматически опускают авторов до уровня одной из исследуемых ими систем (если не вписывает последних в одну из них, которой они всё-таки бессознательно симпатизируют) - даже если они декларативно и не симпатизируют ни одной из таковых. Поэтому их анализ остаётся как минимум не полным (не охватывает всех граней вопроса), и максимум - предвзятым, поскольку относясь ко всем религиозным системам только лишь познавательно-исследовательски, они оценивают достоинства и недостатки последних исходя из своего декларируемого либо неосознаваемого атеизма: именно поэтому с периода открытого атеизма [2] и началось религиоведение. Короче говоря, невозможно получить полноценное представление о той или иной религии, будучи самому атеистом (не говоря уже об осознанной либо бессознательной поддержке какой-то одной или нескольких религиозных систем современности).
Атеист (вне зависимости от того убеждённый он атеист, либо просто не определившийся в том, как себя называть и к кому причислять) в своих религиозных исследованиях всегда будет уступать верующему Богу человеку в глубине понимания психологии и мировоззрения людей, принадлежащих той или иной религиозной системе. При этом атеист подходит к исследуемому вопросу как принято говорить схоластически [3], избегая того, чтобы двигаться в глубину вопроса и проникать в его содержание. С другой стороны, как мы уже отмечали, атеисту проще не предвзято освещать всё, что он увидел, не сильно опасаясь за свой статус в той или иной религиозной системе, которой обязательно принадлежат апологеты вер этих систем. По этой причине мы позитивно оцениваем колоссальный труд исследователей, который имеется в российской системе образования и вошёл в учебники религиоведения.
Для начала дадим некоторые основные определения и кратко осветим историю возникновения и этапы развития религиоведения. Стандартное определение религиоведения полностью соответствует высказанным нами выше соображениям о содержании этой отрасли знания.
Религиоведение - специальная отрасль знания, не имеющая ничего общего с тематически близкой ей, но принципиально чуждой теологией, т. е. апологетикой (проповедью) религии как богооткровения. При этом во многих учебниках предлагается отличать позицию религиоведение и от позиции атеизма, но не высказывается какой именно “неатеизм” имеется в виду. Цель религиоведения - анализ всей совокупности проблем происхождения, сущности и функций религии, её места в обществе, истории, культуре, её объективной роли на протяжении тысячелетий и в современном мире. Иными словами, цель религиоведения - познать и понять религию как форму общественного сознания, как социальный феномен.
Религиоведение это комплексная сфера знаний людей о религиозных системах. Предметом изучения религиоведения являются пути образования религии, особенности религиозных представлений о мире и человеке, специфические черты религиозной этики и морали, функции религии в обществе, исторические формы религии - всё, что относится к религии в её современном понимании во всём единстве её структуры, функциональности, закономерности.
Как отрасль гуманитарного знания религиоведение возникло во второй половине XIX века на грани философии, психологии, социологии, антропологии, этнографии, археологии, языкознания. Религиоведение, как заявлено, ставит своим заданием беспристрастное исследование религий мира.
Первые пробные кафедры религиоведения были открыты в конце 70-х годов XIX века в Голландии и Франции, вскоре - в других европейских странах и США. Первый конгресс религиоведов состоялся в Стокгольме в 1897 г., а первый конгресс историков религии - в 1900 г. в Париже. В 1950 г. на седьмом конгрессе была основана Международная ассоциация историков религии, которая и сейчас остаётся самой авторитетной организацией религиоведов мира.
Религиоведение прошло за свою 150-летнюю историю несколько периодов развития.
Первый период начался с 60-х годов XIX века и завершился с окончанием Первой мировой войны XX века. Характерным для этого периода было стремление религиоведов отмежеваться от теологии и использовать сугубо научные методы исследования религии.
Второй период относится к межвоенному времени (1918 - 1939). Его можно назвать периодом усиления теологического влияния, в котором сугубо научные методы исследования начали вытесняться принципом «вчувствования». Это привело к кризису науки о религии - к кризису религиоведения на основе научного атеизма.
Третий период начался после Второй мировой войны XX века. Для него характерно осознание острого кризиса в религиоведении, критика предыдущего периода и его методологических основ. Были попытки вернуться к принципам первого этапа, переосмыслив их на основе новейших достижений науки. После этого кризис религиоведения так и не был преодолён. Совершенствовались такие вещи как терминология, международные связи, изучались нетрадиционные и новые современные формы религий, создавались теологические и религиоведческие энциклопедии и словари. Короче говоря, “наука” шла «вширь» (накопление фактологического и исторического материалов), но не «вглубь» (поиск истины через сравнение религий), так и не преодолев методологический кризис второго периода.
В определении религиоведения есть понятие теология, от которого отмежёвываются современные религиоведы.
Теология (от греческого theos - Бог и…логия). Буквально наука о Боге. А совсем буквально - если с греческого взять и прочесть по-русски - Божья логика. В то же время, один из переводов греческого logos - слово, учение. Поэтому теология - по-русски богословие.
Итак, теологию (богословие) из смысла перевода с греческого можно назвать отраслью знания (познания),которая занята постижением логики Бога, познанием, изучением, исследованием Божией логики.
Как мы уже говорили, в стандартном определении религиоведения его авторы постарались отмежеваться от теологии (богословия), называя последнее «апологетикой (проповедью) религии как богооткровения» (цитата из вышеприведённого определения религиоведения). В действительности же понятием богословие может быть обозначена не только апологетика какой либо известной религии (например, христианства, к защите которого на ранних этапах и привязано изначально это понятие). Русское понятие богословие гораздо шире (если не употреблять вместо него не всем известный греческий синоним теология) и должно означать в самом широком смысле следующее.
