— Не меньше девяносто семи баллов, профессор.
Мгновение заминки, и в классе снова начал гулять смех.
— Тогда, прошу, — Антон Сергеевич показал на электронную доску, где было написано название теоремы, которой должна была закончиться пара. — Теорема вихревых потоков при трансмедиальном переносе данных.
Среди когорты гениев, все это время старавшихся просто поддерживать компанию, зазвучали уже искренние и злорадные смешки. Частная теорема, одна из тех на которой обосновывалась технология построения виртуальной реальности, за семь минут не могла быть доказана. В принципе.
Таисия вздохнула.
К доске идти было тоже лень.
— Опустить расчеты можно? — спросила она с интересом.
— А как же вы выводить будете, студентка? — профессор покачал головой. — Никаких пропусков. Все обстоятельно. С самого начала.
«И уложиться в шесть минут и двадцать две секунды? М-да… Профессор. И никакого снисхождения к ленящейся девушке. А лень, между прочим, двигатель прогресса. И кстати говоря! Вас же наверняка предупреждали обо мне и моих «тараканах», что ж вы не послушались то старших и опытных наставников?»
Поднявшись со своего места, Тая весело улыбнулась, двинулась к доске, привычно уворачиваясь от кусков кода, которые плавали по классу, и одновременно правой рукой набирая на клавиатуре, отвечающей за построение внутренней частной реальности, коды повышенной подлости. Ничего злорадного в них не было, но, по крайней мере, именно так называли эти коды в Таином исполнении ее немногочисленные знакомые.
Набрав побольше воздуха в грудь и нажав на клавишу исполнения, Тая открыла рот и… никто ничего не услышал, кроме едва слышного гула. А на доске, одновременно с этим странным гулом, начали появляться цифры, формулы, ссылки на теоремы и частные их выводы. Причем со скоростью, из–за которой рассмотреть все это мельтешение в подробностях было невозможно.
Профессор мрачнел на глазах. Одновременно с ним Таисия расплывалась все в более и более довольной улыбке.
А когда она поставила на доске точку, и гул стих, Антон Сергеевич заметил:
— Использовать преломление звуковых волн в частных целях могут только студенты учебного совета.
— Видите ли, профессор, — Таисия довольно улыбнулась, мимолетно взглянув на секундомер, начавший свою работу с того самого момента, как она начала доказательство теоремы. В четыре минуты и пятьдесят две секунды она умудрилась впихнуть рассказ на сорок семь минут с использованием практического материала. Это был частный случай как раз той самой теоремы, которую Антон Сергеевич попросил ее доказать. — Та технология, которая используется в учебном совете, и та технология, которую только что использовала я — не одно и то же. А поэтому, как обладатель исключительного патента, я могу ее использовать, где хочу и когда захочу тоже.
Подсунув под нос преподавателя свою зачетку, Тая улыбнулась.
— Дополнительные вопросы будут?
— Вы с какого отделения, студентка?
— Как? — округлила глаза Таисия. — Вы еще не обратили внимания? Я студентка физиотерапевтического отделения, профессор.
Антон Сергеевич молча расписался в зачетке, также молча отдал ее студентке и показал на дверь. Издевательски хихикнув, Тая нажала на disconnect и с удовольствием вернулась в свой дом. Она совсем не была плохой или злой, просто это обучение ей надоело хуже горькой редьки… А именно этот профессор валил студентов с любых других специализаций, считая их по интеллектуальному уровню тупее табуреток. И сегодня, намеренно начав конфликт, Тая сделала то, что редко кому удавалось. Доказала, что бывают ситуации, когда весь интеллектуальный багаж «умников» ничего не стоит в столкновении с хитроумностью кого–то ещё. Ведь рассмотреть доказательство теоремы не удалось никому из умников — а выводить её теперь им предстояло самостоятельно.
Мстительно? Вполне.
Подло? Уже нет. Умники просто посидят несколько часов, а та часть группа, которая «просиживала» пары, чем училась успела получить разжеванный конспект по почте.
А сама Тая, выбросив все из головы, взглянула на часы. До начала боя на подпольной арене оставалось еще пятнадцать минут. Вполне достаточно времени, чтобы сбегать в душ, перекусить и спуститься вниз — в игровой центр. Со своего домашнего нейроконнекта на подпольные игровые арены Таисия предпочитала не выходить.
…Опираясь на небольшую, практически декоративную решетку, которая окружала огромную яму–стадион, Таисия сонно жмурилась, то и дело поглядывая на один из шести вращающихся шаров, парящих в небе. Внизу, на утоптанной площадке одновременно проводились шесть боев и туда вызывали по номерам.
— Интересно, — рядом с Таисией остановился высокий дроу с белыми волосами, заплетенными в мелкие косички, оперся, как и она на перила, разглядывая семечки в кульке. — Слушай, Тай.
— Надоел с этой собачьей кличкой, — пробормотала девушка невнятно. — Тая! Та-я! «Я» на конце, «я»! Всего три буквы, вбей их в свой куриный мозг, иначе, — остро взглянула она на собеседника. — Это сделаю я. Вызову тебя на дуэль и раскатаю.
— Хорошо–хорошо! — дроу торопливо вскинул руки. — Спокойнее, Тая. Спокойнее. Мне с моим уровнем с тобой не сравниться.
Таисия медленно подняла голову, качнула пальцем золотистый шарик у себя над головой. Сорок седьмой уровень у нее против двадцать первого уровня у дроу.
— И? Что хотел?
— Почему мы все выглядим в общей своей массе здесь не как люди, а как не пойми, не разбери, кто?
— Чего тут разбирать? — Таисия вздохнула, повернулась. — Смотри. Темный эльф, он же дроу. Твой сородич. Оборотень. Светлый эльф. Фея. Русалка. Водяной. Леший. Еще одна группа темных. Кажется, они в командном бою участвовать будут. Робомехи. Ну? Что непонятно?
Дроу вздохнул.
— Тая, ты зануда. Я спрашивал не это.
— А откуда я знаю, двести восьмой, что ты спрашивал? — округлила девушка глаза.
— Почему мы носим здесь трехмерную проекцию нечеловеческих сущностей?
— Хороший вопрос. Можешь взять пирожок с полочки, — Тая вновь взглянула на шар, но бой внизу на ее площадке затягивался, поэтому ее вызова все не следовало и не следовало.
— С двадцать первого века пошло, — спустя пару минут неожиданно мирно ответила она. Сам «двести восьмой» таких вопросов задавать бы не стал, но иногда его аккаунтами пользовались его же друзья или младший брат. Так что, можно было не ершиться. — Когда системы нейросвязей еще только появились, люди представали здесь в том виде, в котором хотели. Так и повелось. В образе людей еще и сейчас появляются игроки, но выглядим мы белыми воронами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
