Читаем без скачивания Ветер сквозь замочную скважину - Стивен Кинг

Ыш тоже был на плоту, стоял на самом краю и сосредоточенно разглядывал свое отражение в воде. Или, может быть, отражение стального троса, протянутого над рекой.

– Это Уайе? – спросила Сюзанна у Роланда.

– Да.

– Уай-ай-ай, – улыбнулся Эдди, поднял руку и помахал ею над головой. – Джейк! Эй, Джейк! Ыш!

Джейк помахал в ответ, и хотя до реки и плота оставалась еще четверть мили, зрение у всех путешественников было одинаково острым, и они разглядели, как Джейк улыбнулся, приоткрыв белые зубы.

Сюзанна поднесла ко рту сложенные рупором ладони:

– Ыш! Ыш! Ко мне, малыш! Иди к маме!

Ыш пронзительно взвизгнул – лаять по-настоящему он не умел, но этот визг очень напоминал лай, – сорвался с места, пробежал через плот, скрылся в зеленом сарае, выскочил с другой стороны и помчался вверх по склону холма. Уши плотно прижаты к голове, глаза с золотым ободком сверкают.

– Не так быстро, мой сладкий, а то сердце прихватит! – крикнула, смеясь, Сюзанна.

Ыш, похоже, воспринял ее слова как команду прибавить скорость. Уже через две минуты он подбежал к коляске Сюзанны, запрыгнул ей на колени, тут же спрыгнул обратно на землю, радостно оглядел путешественников.

– Олан! Эд! Сюз!

– Хайл, сэр трокен. – Роланд употребил древнее слово для обозначения ушастиков-путаников, которое впервые услышал еще в раннем детстве, когда мама читала ему книжку «Трокен и дракон».

Ыш поднял лапу, помочился на траву, потом повернулся в ту сторону, откуда пришли путешественники, и принюхался, глядя за горизонт.

– Почему он все время так делает, Роланд? – спросил Эдди.

– Не знаю. – Однако он почти знал. Вроде бы что-то подобное было в одной старой сказке. Не в «Трокене и драконе», но в очень похожей. Роланду почему-то подумалось о зеленых глазах в темноте, зорких и настороженных, и у него по спине пробежал холодок – не страха, нет (разве что самую малость), а какого-то смутного воспоминания. Но ощущение быстро прошло.

Даст Бог – будет вода, подумал Роланд и только потом осознал, что произнес это вслух. Эдди переспросил:

– Что?

– Да так, пустяки. Не бери в голову, – сказал Роланд. – Пойдемте знакомиться с новым приятелем Джейка. Может быть, у него там найдется парочка лишних бутербродов.

Эдди, которому до смерти надоели резиновые «стрелецкие голубцы», тут же воодушевился.

– Да, пойдемте скорее. – Он взглянул на воображаемые часы у себя на руке. – Батюшки-светы, мы чуть было не пропустили обед!

– Заткнись, моя радость, и толкай креслице, – сказала Сюзанна.

Эдди заткнулся и взялся за ручки коляски.

3

Когда они вошли в здание лодочной станции, старик сидел на стуле, а когда вышли к реке, встал им навстречу. Увидел револьверы на поясах у Роланда и Эдди – большие тяжелые револьверы с рукоятями из сандалового дерева, – и его глаза расширились. Он опустился на одно колено. Вокруг было тихо, и Роланд услышал, как в ноге старика что-то хрустнуло.

– Хайл, стрелок, – проговорил старик, сжал в кулак распухшую от артрита руку и поднес ее ко лбу. – Я приветствую тебя всем сердцем.

– Встань, друг, – отозвался Роланд, очень надеясь, что старик – действительно друг. Джейк, кажется, в этом не сомневался, а Роланд давно понял, что интуиции мальчика следует доверять. Не говоря уже об инстинктах ушастика. – Прошу тебя, встань.

Старик попытался подняться, и Эдди помог ему встать.

– Благодарствую, сынок, благодарствую. Ты сам тоже стрелок или пока подмастерье?

Эдди взглянул на Роланда, но тот вообще на него не смотрел. Поэтому он пожал плечами и улыбнулся:

– И то и другое, наверное. Я Эдди Дин из Нью-Йорка. Это Сюзанна, моя жена. А это Роланд Дискейн. Из Гилеада.

Глаза старика еще больше расширились.

– Из Гилеада?! Ты сказал, из Гилеада? Я не ослышался?

– Ты не ослышался, – подтвердил Роланд, и его сердце защемило от тоски. Непривычное чувство. Время – лицо на воде, а вода на то и вода, чтобы течь.

– Тогда заходите на плот. Вы здесь желанные гости. С молодым человеком мы уже подружились. Да, подружились. – Ыш подошел к старику, тот нагнулся и погладил ушастика по голове. – И с этим пушистым приятелем тоже. Да, парень? Помнишь, как меня звать?

– Бикс! – сразу же отозвался Ыш, потом опять повернулся к северо-западу и потянул носом воздух, подняв мордочку кверху. Его глаза с золотым ободком неотрывно следили за движущейся полосой облаков, отмечавшей Тропу Луча.

4

– Будете кушать? – спросил их Бикс. – У меня все по-простому, без разносолов, да и где их тут взять? Но я с радостью поделюсь тем, что есть.

– Будем очень благодарны, – сказала Сюзанна. Взглянула на трос, протянутый наискось через реку. – Это паром, да?

– Ага, – подтвердил Джейк. – Бикс говорит, что на том берегу живут люди. Не совсем у реки, но и не так чтобы очень далеко. Он думает, это фермеры. И там у них рисовые поля. Но они редко приходят к реке, эти люди.

Бикс пошел в дом. Эдди дождался, пока старик скроется внутри, потом наклонился к Джейку и спросил, понизив голос:

– С ним все нормально?

– Нормально, – ответил Джейк. – Нам все равно на ту сторону, и он с радостью нас переправит. Он говорит, что уже и забыл, когда в последний раз перевозил пассажиров. С тех пор прошло много лет.

– Это да, – согласился Эдди.

Бикс вернулся с плетеной корзиной, которую Роланд забрал у него – иначе старик наверняка свалился бы в воду. Потом они все расселись на плетеных стульях и принялись за бутеры с какой-то розовой рыбой, щедро сдобренной специями и божественно вкусной.

– Ешьте сколько хотите, – сказал Бикс. – Бычков в реке много, и почти все хорошие. Если вдруг попадаются нехорошие, я их сразу выкидываю обратно. Когда-то нам было велено выбрасывать всех мутантов на берег, чтобы, значит, они не плодились. И по первости я так и делал, но теперь… – Бикс пожал плечами. – Живи и давай жить другим, вот что я говорю. Как человек, сам проживший немало, я могу так говорить.

– А сколько вам лет? – спросил Джейк.

– Сто двадцать-то точно минуло, а потом я и счет потерял. Время, знаешь ли, коротко по эту сторону двери.

По эту сторону двери. Где-то в сознании Роланда снова забрезжило смутное воспоминание о какой-то древней истории, но тут же исчезло.

– Вы идете за ними? – Старик указал вверх, на полосу облаков, движущихся по небу.

– Да.

– К Кальям или еще дальше?

– Дальше.

– В великую тьму? – В голосе Бикса звучала тревога, но вместе с тем и восхищение.

– Мы идем своей дорогой, – сказал Роланд. – Сколько ты с нас возьмешь за переправу, сэй паромщик?

Бикс рассмеялся. Хрипло и от души.

– Деньги не стоят вообще ничего, если их не на что тратить, скота у вас нет, и оно ясно как день, что еды у меня всяко больше, чем у вас. И потом, вы всегда можете вытащить револьверы и силой заставить меня переправить вас на тот берег.

– Никогда в жизни, – сказала Сюзанна, искренне потрясенная, что он мог так подумать.

– Я знаю, знаю, – махнул рукой Бикс. – Бандиты, те могут… еще и паром мой сожгут, когда переправятся на ту сторону… но настоящие стрелки – никогда. Вы, миссис, ведь тоже стрелок? Вроде не вооружены, но про женщин никогда не угадаешь.

Сюзанна улыбнулась и промолчала.

Бикс повернулся к Роланду.

– Вы, как я понимаю, пришли из Лада. Я бы послушал про Лад, как там теперь и чего. Это был удивительный город. Он уже рушился, когда я его знал. И там творилось немало странного. Но он все равно был удивительный.

Они быстро переглянулись, все четверо. Это были не просто взгляды: это был – ан-тет, странная телепатия, когда члены ка-тета понимают друг друга без слов. А еще в этих взглядах был стед. Это древнее слово Срединного мира иногда означало «стыд». А еще оно означало «печаль».

– Что? – спросил Бикс. – Что я такого сказал? Если я попросил вас о чем-то, о чем просить не подобает, вы уж меня извините.

– Нет-нет, – сказал Роланд. – Просто Лад…

– Лад – пыль на ветру, – закончила за него Сюзанна.

– Ну, – вставил Эдди, – не совсем чтобы пыль…

– Пепел, – сказал Джейк. – Который светится в темноте.

Бикс обдумал услышанное и медленно кивнул.

– Но вы все равно расскажите. Сколько успеете за один час. Ровно столько займет переправа.

5

Бикс рассердился, когда они предложили помочь ему с приготовлениями. Сказал, что это его работа, и он с ней справляется – просто уже не так быстро, как прежде, в те незапамятные времена, когда у реки были фермы и несколько мелких факторий и на том берегу, и на этом.

Впрочем, приготовления были недолгими. Бикс сходил в дом и принес табурет и рым-болт из железного дерева. Взгромоздился на табурет, закрепил рым-болт на вершине шеста и прицепил его к тросу. Потом отнес табурет в дом и вернулся к парому с какой-то большой металлической загогулиной в форме буквы «Z». Старик положил ее в деревянный футляр на дальнем конце плота – с таким торжественным видом, словно исполнял некий священный ритуал.