таких новостей мужчины сразу же сменили убежище, перебравшись в неприметное селишко, на самом краю столичного округа. Но и там их нашли. Вернувшись из таверны, они обнаружили разгромленные комнаты снятого на время дома.
Ванс запаниковал и дал деру, буквально, ногами, остальные следом.
— Какая же глупость, — пробурчал тощий, улыбаясь. — Это ведь могли быть такие же воришки, как и мы, только залетные и…
Глухой стух затылка об дерево прервал его монолог. По носу потекла струя крови, и спустя мгновение голова завалилась набок, увлекая за собой тело. Пару секунд взгляд тощего был еще достаточно осмысленным, чтобы увидеть, как возле его лица замерли чьи-то ноги.
— И почему не все такие тупые, как ты? — спросил холодный женский голос. Черный ботинок оторвался от земли и толкнул тело, перевернув его на спину. — Ну, ничего, скоро вы встретитесь.
Убийца недовольно поморщилась, закрыла глаза, навострила длинные уши. Затем перешла на быстрый шаг, убедилась в нужном направлении и ускорилась.
— Думаешь… он уже… мертв, Тильд? — спросил Ванс, едва выговаривая слова. Лишний вес не прибавлял выносливости.
Тильд невольно оглянулся, надеясь увидеть молчаливо бегущего Санджи, но увидел лишь деревья и кусты. Он хотел бы сейчас пошутить, как обычно, но язык не поворачивался.
Сухая ветка обозначила движение справа, и вздрогнув от неожиданности, мужчина полетел кубарем, задев ботинком камень.
— Тильд, — вскрикнул Ванс. — Что с тобой?
Упитанный мужчина остановился и хотел подбежать к брату, но внезапно, из ниоткуда, появился огромный ветряной меч и с хрустом вошел в спину проклинающего Са-арга старшего. Тело прибило к земле как пуховую подушку, пробитую обычной сталью. Но Тильд не умер, он тянул руку к брату, захлебывался кровью и рыдал.
Структура растаяла и тут же проявилась перед раскрытыми в ужасе глазами беглеца.
— Я немного зла, — сказала наемница позади толстяка, но он не посмел обернуться, — за испачканные ботинки. Я еще с тем воришкой переговорю и отблагодарю за медвежью услугу.
— Так значит… — едва выговорил Ванс.
— Пф, буду я еще вещи ваши перебрасывать. Тем не менее, вы облегчили мне работу, загнав себя в лес. Кто вообще придумал эту идею? Хотя, неважно. В общем, у тебя два варианта — быстрая или долгая смерть. Скажешь, где бумаги — уйдешь легко, не скажешь…
Ванс сглотнул, глядя, как его брат корчится в десяти шагах от него.
— В хранилище коротышек "Бирс и Ко", сто пятьдесят третья ячейка. Вот ключ, — мгновенно среагировал толстяк и вынул из нагрудного кармана заявленную вещицу.
— Правильный выбор, — довольно ответила наемница. — Но есть проблемка — когда я зла, я плохо держу обещания, особенно, перед вонючими аборигенами.
Ночной лес еще долго слушал завывания, стоны и визги медленно умирающего мужчины. Когда все стихло, наемница осмотрела деяния своей магии и поморщилась. На самом деле ей не очень по душе было вытворять подобное, будто мясник какой, но необходимо поддерживать репутацию, ведь от этого напрямую зависела скорость выполнения работы. Те, кого она преследует, должны паниковать и делать ошибки.
Как показало время, лихие деяния в столице привлекли слишком много внимания к ее персоне, как со стороны официальных представителей власти, так и от теневых организаций. Девушке пришлось серьезно умерить пыл, что сильно замедлило ее старания попасть в Серые Пески, как их здесь порой называли. Стало ясно, что она единственная, кто владеет двумя стихиями, как минимум на этой планете. А еще стало ясно, что в штабе просчитались и высланным командам выдали неверные разведданные.
Ей стоило бы и раньше это понять, с самого первого дня появления в столице, но она слишком торопилась, ведь соперники опережали ее очень сильно, еще и подбили. Неприемлемо. И только когда девушку прижали некие Псы, местные Блюстители, она опомнилась и ушла в глубокое подполье. Не буквально к стенке прижали, а стали активно наводить справки и разнюхивать в ее сторону. Когда шумиха стихла, она зарегистрировалась в наемническую организацию, прямо у всех под носом, чтобы иметь какое-то прикрытие, удостоверение, и для верности выдумала себе местную легенду. В этом не было особой нужды, но так учили в академии.
Из-за чего пришлось понервничать, так это внешность. Слишком примечательная. Все, кто видел девушку с двумя стихиями, обычно умирали, иногда даже свидетели, но, конечно, убить всех не получалось. Маньяком все же она себя не считала. В результате ее обычным одеянием стал плащ с капюшоном и маска на пол-лица. Отсиживать в одиночестве было скучно, в тавернах нелепо, поэтому все время было посвящено заказам.
Когда девушка наконец раздобыла личный гражданский пропуск к Переходам, из-за конфликта местных королевств, правила ужесточились, и путь для нее оказался снова наглухо закрыт, а пешком идти в центр Серых Песков слишком опасно.
Со временем, она поняла, что задание скорее всего провалила, и просто ждала результата, но время шло, и ничего не происходило. Как действовать дальше, было не ясно, а жить на что-то все равно нужно, поэтому она продолжила принимать заказы, убивать и выслеживать.
Вот и сейчас, девушка выследила и уничтожила трех болванов, которые ограбили серьезного атлана, серьезного по меркам Фариды, конечно же, для нее они все были пустышками. Тем не менее, эти пустышки оплачивали комфортную, безопасную жизнь.
Девушка дошла до места стоянки и свистнула в причудливую трубку, размером с мизинец. Через минуту захлопали огромные крылья, и коричневая виверна мягко приземлилась на открытое пространство.
Зверь недовольно рыкнул, подставляя крыло для подъема.
— Повозмущайся мне еще, зверюга, я тебе быстро замену найду, — недовольно отреагировала девушка.
Виверна фыркнула и взбрыкнула, едва не сбросив с себя наездницу.
— Ну ладно-ладно, шучу же, знаешь ведь, — улыбнулась девушка. — Давай в банк, заберем кое-что и сразу в штаб, надо отчитаться, взять положенное и хорошенько отоспаться.
Виверна резво взмахнула широкими перепончатыми крыльями, будто действительно поняла слова наездницы, легко поднялась в воздух и устремилась на север.
— Тэна, есть еще кое-что, — устало сказал пожилой мужчина, поправив толстые очки. Его голос был низким, черствым. — С тобой хочет переговорить серьезный атлан о новом деле.
Освещение в кабинете сейчас было слабым, лампы потушены, и языки пламени от небольшого камина отчетливо играли на лицах двух разумных.
