Сегодня в ресторане было не очень много посетителей, поэтому я не бегала савраской между столиками. Карла сегодня работала в первую смену, а, значит, поболтать мне было не с кем. Мишель, конечно милая, но дружеских отношений, как с Карлой, у нас не сложилось.
Выйдя на улицу, с наслаждением вдохнула ночной воздух. У него волшебный запах, который не разложить на составляющие, не собрать в лаборатории. Запах покоя, тайны и вечности. Эти ингредиенты не найти на прилавке. Дорога домой занимает двадцать минут. Я снимаю домик у моря, в уединении — с моей жизнью это оправдано. Домашних животных нет. Хотелось бы, но с частыми переездами… Кому я вру? Ни кошка, ни собака не будут жить рядом со мной, они убегут. Заглушив мотор, выхожу из машины и привычно оглядываюсь. Небольшой одноэтажный дом, отделанный серым камнем, серая черепица на крыше и зелень вокруг. Чуть дальше будет каменистый спуск к морю. Своеобразное жилище отшельника. Но при моей жизни — то, что надо.
Дом встречает меня тишиной и темнотой. Щелкнув выключателем, кладу ключи на полку и прохожу на кухню, а спустя пятнадцать минут держу в ладонях чашку горячего шоколада. Тянет на улицу. Там тихая ясная ночь и полная луна на небе, серебристой дорожкой, бегущая по морю. От этого ли в груди какое-то томление? Сердце начинает биться быстрее. Вдруг замечаю, что кожа стала совсем бледной. Этого не может быть! Снова? Так быстро? Зов стал сильнее и, поставив чашку на стол, выбегаю из дома, поддавшись ему. Я чувствую эти изменения каждый раз. Как будто с меня слетает шелуха, и я становлюсь настоящей, самой собой. Улучшается слух, зрение, обоняние, усиливается чувствительность кожи. Одежда на мне меняется, превращаясь в длинный свободный белый плащ с капюшоном, надвинутым на голову. Сердце бьется быстро, пока происходят изменения, но как только все закончено, сердцебиение замедляется, становясь редким, еле слышным. Все это занимает считанные минуты. Я знаю, как теперь выгляжу. Волосы развеваются из-под капюшона, глаза красные, ноги босые, но я не чувствую холода. Я даже земли под ногами не чувствую, будто не касаюсь ее. Моя фигура теперь скользит по поверхности земли, становясь еле заметной белой тенью. Так будет, пока я не достигну нужного места. Зов приводит меня к богатому старинному дому, по фасаду которого вьется зеленый куст. Я замедляюсь и впитываю в себя ощущения страха, горя и боли, которые собираются вокруг. Они ожидают своего часа, чтобы наполнить собой каждый глоток воздуха и отхлынуть, оставив после себя горечь и утрату. Мужчина. Хозяин этого дома, уже старый, но все еще полный жизни. Сегодня его жизнь оборвется вместе со звуком выстрела. Я уже слышу его эхо, гуляющее по коридорам дома. И пусть все это произойдет только через час, колесо судьбы уже не остановить, иначе я не получила бы Зов. Совсем скоро в дом залезет мужчина. Он пройдет прямиком в спальню хозяина и разбудит его ударом. Потом заставит его что-то подписать, а после, дав жертве почувствовать себя в безопасности, расслабиться, вытащит из-под одежды пистолет и выстрелит. Атмосфера вокруг с приближением смерти нагнеталась, все больше криков и плача я слышу в воздухе, все больше горя чувствую. Оно проникает в меня, наполняя до краев, позволяя почувствовать все его оттенки. Это моя доля, мой долг перед ними.
Внутри меня будто нарастает вал, который через мгновение разносится по округе отчаянным криком полным боли, полным скорби по человеку, которому этой ночью предстоит переправиться через реку Стикс. Крик все продолжается и продолжается, достигая всех уголков. Природа будто замерла, отдавая дань моей скорбной песне. Где-то вдалеке заскулили собаки.
Освободившись от этой тяжести на душе, я разворачиваюсь и ухожу оттуда. Долг отдан, жертва оплакана. То, что я знала о его смерти заранее, не значит, что в этом есть моя вина. Я не являюсь причиной этих страшных событий, я всего лишь вестник. Та, кто предупреждает о приближении костлявой. Я — банши.
Глава 2
Место преступления было оцеплено предупреждающими ленточками. Повсюду были специалисты, осматривающие предметы на наличие отпечатков пальцев или других вещественных доказательств
— Привет, Стив. Что здесь? — инспектор Джон Маккейн огляделся, отмечая для себя каждую мелочь в комнате. Его напарник, Стив Бернс, невысокий крепкий мужчина с небольшим животиком от Гиннесса, пожал ему руку и вернулся к созерцанию картины места преступления.
— Привет. Огнестрел. Выстрел в упор, судя по всему из глушителя — звука выстрела никто не слышал. Экономка утром зашла к нему проверить все ли в порядке? Парень не спустился к завтраку. Тут-то она его и нашла. Время смерти примерно полночь, точнее установят после вскрытия. Калибр получишь после заключения баллистиков.
— В доме еще кто-то живет?
— Нет, остальные приходящие — повар, садовник, горничная.
— Их уже допрашивали?
— Да. Последним уходил повар — в десять вечера. Так что никто ничего не знает.
— Что-нибудь пропало?
— Нет. Все вещи на местах, а здесь имеются довольно дорогие цацки. И следов борьбы тоже нет. Видимо жертва знала нападающего.
— Черт. Позови экономку.
— Сейчас.
Стив направился к женщине, стоящей у входа в комнату и вытирающей белым вышитым платочком слезы, беспрестанно текущие по лицу. Покивав копу, женщина пошла следом за ним.
— Джон, это миссис Симонс — экономка.
— Мои соболезнования вашей утрате. Миссис Симонс, вы не заметили ничего странного вчера вечером? Может, в настроении мистера Вайса? Он не был взволнован? Напуган? Ему не угрожали? Может, были недоброжелатели?
— Нет, что вы. Он был хорошим человеком. И вчера он вел себя, как всегда — даже пошутил за ужином. А потом поднялся к себе. Ума не приложу, как мог кто-то ночью проникнуть в дом незамеченным — все окна были закрыты!
— По предварительным данным, его убили в полночь, значит, залезть в дом могли раньше. Вы не слышали никаких посторонних звуков?
— Звуков? Ну, если можно так сказать. Даже не знаю, важно ли это?
— О чем вы? Что вы слышали?
— Где-то часов в одиннадцать на улице кто-то закричал. Я тогда так испугалась, подбежала к окну, но никого не заметила. А пока дошла до другой стороны дома, крик стих. Там тоже никого не было.
— Кричала женщина?
— Наверное, даже девушка — голос молодой.
— Понятно. Спасибо вам. Если еще что-то вспомните — позвоните мне, — Джон протянул ей карточку с номером телефона. Затем подтолкнул Стива в сторону выхода и последовал за ним на улицу.
— Как ты думаешь? Та девушка могла что-то видеть? — Стив помялся и отрицательно покачал головой.
