Хоть глоток свежего воздуха.
Лайза вцепилась пальцами в холодные прутья решетки, будто хотела сорвать ее. Ни звука, кроме пения птиц. Вокруг только деревья и те за оградой. За высокой кирпичной оградой, которую Лайзе тоже хотелось разрушить. По ее щекам текли слезы.
– За что? – прошептала Лайза. – Я ведь просто хотела быть счастливой.
2
Еще год назад не было ни решеток, ни запертых на все замки дверей, ни страха. Лайзу считали легкомысленной женщиной, которая умеет радоваться жизни, как и положено в двадцать три года. У нее была масса поклонников, и ей оставалось только выбирать. И Лайза выбрала самого настойчивого – Нормана. Лучше бы она не выходила замуж вообще!
Их познакомил отец Лайзы. Тот день она помнит с такими подробностями, будто все произошло вчера.
Лайза стояла на балконе своей комнаты и наблюдала за старым садовником, который ходил около кустов роз, пощелкивая ножницами, не зная, с чего ему начать. Через пятнадцать минут, так и не дождавшись, когда садовник наконец приступит к своим обязанностям, Лайза не выдержала:
– Эй, Джон!
Тот испуганно вскинул голову и посмотрел на Лайзу.
– Вы меня испугали, мисс. Нельзя же так внезапно появляться на балконе и отрывать людей от работы!
Лайза рассмеялась.
– Я уже полчаса тут торчу и что-то не вижу, чтобы ты работал. Скорее ты создаешь видимость бурной деятельности.
Садовник пощелкал ножницами.
– Я же не могу вот так сразу обкорнать эти великолепные кусты. Хозяйка с меня голову снимет. Этими же садовыми ножницами.
– По-моему, тебе пора на покой, – заметила Лайза. – Ты работаешь на нас больше двадцати лет. Пора уступить дорогу молодым.
– Еще чего, – проворчал старик. – Чтобы они загубили сад?
– А по-твоему, он будет выглядеть лучше, если оставить все, как есть? От этих роз уже деваться некуда. Они – хуже сорняков.
– Я бы вас попросил, – сказал садовник, который всегда пререкался с Лайзой, и это доставляло им взаимное удовольствие, – не указывать мне, что делать. Я получше вас знаю о своих обязанностях.
– Ах, ну извини, что я даю дурацкие советы. Вот только что скажет моя мама, когда узнает, что ты лентяйничаешь?
– Да ну вас, – махнул рукой садовник. – Замуж вам пора.
– Не вижу связи! – запальчиво объявила Лайза.
– Тогда вы сможете ворчать на своего мужа и оставите меня в покое, – пояснил старик.
– Если я выйду замуж, то уеду отсюда навсегда, и тебе не с кем будет пререкаться, – ответила Лайза и ушла с балкона.
На ее кровати сидел Род, ее брат.
– Тебя не учили стучать, когда ты входишь в чужую комнату? – спросила Лайза.
– Я стучал, и довольно громко, но ты была занята разговорами с прислугой.
Лайза взяла румяна и подправила макияж. Даже когда точно знала, что весь день будет дома и к ним не нагрянут гости, она предпочитала держать себя в образцовом порядке. На всякий случай.
– Почему ты сегодня никуда не поехал, Род? Мне казалось, папа решил загрузить тебя работой так, чтобы у тебя не осталось ни секунды свободного времени.
– Я всегда найду причину, чтобы ничего не делать, – рассмеялся Род. – К тому же ты, по-моему, забыла, что у нас сегодня званый вечер.
– Да ну? – удивилась Лайза. – Я в первый раз об этом слышу.
– Отец вчера заключил очередную выгодную сделку. В честь этого сегодня соберутся гости.
– Почему же меня об этом не предупредили?! – возмутилась Лайза.
– А что такое? – Род насмешливо поднял бровь. – Тебе нечего надеть? Все сто тридцать пять платьев никуда не годятся?
– Да ну тебя. – Лайза открыла шкаф. – Все мои сто тридцать пять платьев в порядке. Просто у меня такое чувство, что в этой семье со мной не считаются.
– Семье некогда считаться с тобой, – совершенно серьезно заметил Род. – У родителей другие проблемы.
Он был прав. Отец Лайзы и Рода был очень богат. Фирма мистера Смита процветала и должна была когда-нибудь перейти в руки сына, однако Род не спешил становиться солидным человеком. Он был слишком молод, чтобы думать о делах. Из-за этого у них с отцом случались постоянные стычки. А мать была очень тихой женщиной и никогда ни во что не вмешивалась. Следует сказать, что и Род, и Лайза неукротимым характером пошли в отца, чем он, с одной стороны, гордился и, с другой, был озабочен. Его дети, взрослея, становились поистине неуправляемыми.
– Как у тебя дела с твоим новым другом? – поинтересовался Род.
Лайза усмехнулась.
– Уже надоел. Жутко скучный тип. Мы расстались позавчера.
Род притворился удивленным.
– И что тебе только надо? Я-то думал, что он мужчина твоей мечты.
– У меня более возвышенные мечты, – фыркнула Лайза.
Род с заговорщическим видом поманил сестру пальцем.
– У меня есть один секрет для тебя.
– Да? – Лайза подсела к Роду поближе. – Давай рассказывай!
– Сегодня к нам придет один потрясающий мужчина – так, по крайней мере, характеризуют его все знакомые мне дамы – и, что самое интересное, отец будет совсем не против, если ты выйдешь за него замуж.
Лайза разочарованно отстранилась от брата.
– Тоже мне секрет. Отец давным-давно рад был бы выдать меня замуж за первого встречного негодяя при условии, конечно, что у того много денег.
– На этот раз все серьезно, – сказал Род. – Как ты думаешь, почему я сегодня так спокойно сижу дома? Меня оставили для того, чтобы я подготовил тебя к встрече с Норманом Барретом.
– Какая глупость! Кстати, я где-то слышала это имя.
– Еще бы, – подмигнул ей Род. – Наверняка ты его слышала от отца. Норман жутко богат.
– А при чем здесь ты? – Лайза уже потеряла интерес к происходящему, но решила выяснить все до конца, чтобы знать, чего ей следует ожидать сегодня.
– Скажу тебе правду, сестричка. Отец считает, что по нынешним временам двадцать три – это возраст старой девы. Нашей фирме как раз надо укрепиться на рынке, а это проще всего сделать с помощью Нормана Баррета. Я с ним хорошо знаком и, значит, по мнению отца, могу представить тебе этого богача в выгодном свете. Меня попросили, – Род издал смешок, – расписать тебе его в красках, чтобы ты заочно влюбилась, но так, чтобы мои дифирамбы не вызвали у тебя подозрений. Но ведь отец не знает, что мы никогда друг от друга ничего не скрывали.
– Мне все ясно, Род, – сказала Лайза. – Очередной финт папы. Скучно.
Лайза вышла к гостям и сразу же заметила незнакомого красивого мужчину. Высокий брюнет, стройный, подтянутый, с волевым выражением лица и холодными серыми глазами, взгляд которых парализовывал. Лайза сразу поняла, что этот мужчина и есть Норман Баррет. Она была поражена, так как настраивала себя на то, что не должна обращать на своего заочного жениха внимания. Однако Лайза не могла заставить себя отвести от него взгляд. Образы всех ее прежних поклонников тут же померкли. Отец подвел Нормана к Лайзе и представил их друг другу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
