что он улыбается, пожал плечами и отправился вслед за подружкой.
Глава 3. Похищение Руфуса
– Ну что ты здесь опять забыла? Что ты там разглядываешь?
– Хочу увидеть стены каньона!
– Ну и как, видишь?
– Нет.
– Конечно же, нет! Если там даже есть какие-то стены, то они так далеко, что их отсюда не видно, так зачем же пытаться их увидеть снова и снова?
– Если тебе не интересно, можешь спуститься вниз!
– А ты? Я за тебя беспокоюсь, вдруг упадёшь?
– Я не упаду, а вот ты можешь из-за своей ворчливости!
– Нам же снова достанется от родителей, если они узнают, что ты опять забралась на "Сторожевую вышку"!
– Не достанется, если ты не скажешь!
– А как же Руфус? Ведь следить за ним поручили тебе, а ты оставила его одного внизу! Вдруг что-нибудь случится?
Ларни, висящая на тонких верхних ветках высоченного вяза, обернулась и посмотрела на Стефана, который находился "этажом ниже". Мальчику в очередной раз показалось, что он смотрит в темнеющее вечернее небо, на котором горят две яркие синие звезды. Ларни была смуглой от рождения, чем выделялась среди всех детей в их посёлке, а загар, который она приобретала за лето, окрашивал её лицо в цвет золотистой бронзы. Тёмные, почти чёрные волосы, коротко подрезанные, ещё больше усугубляли это впечатление, а ярко-синие глаза создавали странный, даже неестественный контраст. И, тем не менее, все признавали, что девочка наделена некой особенной, пугающей красотой, которая стала заметна уже сейчас в её неполные девять лет. Стефан, как-то подслушал разговор взрослых, которые говорили, что в этой красоте есть, "нечто демоническое"! Он не совсем понял, что они имели в виду. Он и так считал, что его сестра самая красивая девочка из всех, что есть в посёлке, а может и на всём белом свете, (хоть он и не знал, что из себя представляет этот "белый свет").
– Пошли! – Коротко сказала Ларни и с завидной скоростью полезла вниз.
Стефан и сам отлично лазал по деревьям, но угнаться за девчонкой, которая с одинаковой ловкостью цеплялась за ветки руками и ногами, он почему-то не мог. Возможно, это было потому, что Ларни категорически не признавала обуви. Свои мягкие меховые сапожки она сбрасывала, к всеобщему ужасу, весной, едва на улице сходил снег, и обувалась только при первых признаках зимы, а иногда и позже. Ей ещё в раннем детстве случалось выскочить босиком на снег и бегать по двору, пока кто-нибудь из взрослых не поймает этого сумасшедшего ребёнка и не водворит обратно в тёплый уютный дом.
В отличие от Ларни, их младший братишка Руфус, рос тихим и послушным. Впрочем, ему сейчас было чуть больше трёх лет. Ларни обожала его до безумия, а он её немного побаивался.
Размышления Стефана прервал резкий звук ломающихся веток, и в первое мгновение он подумал, что Ларни упала, но в следующую секунду понял, что она просто рванула вниз с невероятной скоростью, буквально сбегая по дереву! Заподозрив неладное, мальчик и сам стал спускаться быстрее и вскоре увидел причину заставившую девочку так рисковать – Руфуса под деревом не было!
Ларни стояла посреди поляны совершенно растерянная, и, то и дело, поворачивалась во все стороны, не зная, где искать младшего брата. Сердце Стефана ухнуло в пятки и там спряталось. Он тоже любил Руфуса, который, несмотря на то, что был мальчиком, больше всего походил на Маранту. Любил, хоть его и раздражала детская неуклюжесть и непонятливость младшего.
Присматривать за малышом, сегодня было поручено Ларни, а Стефан должен был помогать отцу по хозяйству, так что вины на нём, как бы, не было, но это ничего не меняло! Брат пропал, а значит, все остальные дела сейчас не имеют значения. Какое наказание ждёт их с Ларни, тоже было не важно.
Стефан заметил, что сестра дрожит мелкой дрожью, а её, превратившиеся в щёлочки, глаза наполнены слезами. Скверное дело! В таком состоянии от неё будет мало толку, а сейчас как раз необходимо собрать все силы и не поддаваться панике.
Монстры возле их посёлка не появлялись так давно, что люди забыли, как они выглядят. Правда детям по-прежнему запрещалось уходить в одиночку за линию огородов и к реке, но запреты эти постоянно нарушались и, конечно же, первыми нарушителями были они с Ларни. Возможно, Стефан и не стал бы так делать по собственной воле, но Ларни всегда шла туда куда хотела, а он не мог оставить её одну. Вот и теперь, когда он увидел, что сестра, с Руфусом на спине, направляется к "Сторожевой вышке", то бросил порученную ему работу и пошёл вслед за ними. Пошёл с самыми благими намерениями – присмотреть, чтобы с обоими не случилось ничего плохого. Да вот, не усмотрел!
Стефан понял, что сейчас вся ответственность лежит на нём, как на старшем. В конце концов, кто тут охотник? Заставив самого себя не дрожать, он внимательно осмотрел поляну, на которой рос старый вяз и вскоре разглядел то, что им было нужно – в невысокой ещё весенней траве был виден едва заметный след, который вёл от дерева к краю, где начинались заросли кустов. Острые глаза парня позволили ему увидеть, что в этих кустах, что-то белеется и он, не говоря ни слова, схватил сестру за руку и припустил с ней к краю поляны. Когда Ларни увидела то, что видел он, она обогнала брата и влетела в кусты первая, не обращая внимание на колючие ветки, раздирающие кожу на всех открытых местах…
Это была всего лишь тряпка. Та самая тряпка, которой вытирали сопливый нос Руфуса. Ларни схватила эту тряпку и судорожно сжала в руках, будто хотела втереть её в ладони. Стефану показалось, что сейчас он понял, что значит фраза – "нечто демоническое": глаза Ларни были совершенно дикими, рот раскрыт в зверином оскале, а выражение лица напугало бы кого угодно. Но долго разглядывать сестру ему не пришлось – он вдруг заметил, что через кусты идёт узенькая тропинка, оставленная каким-то зверьём, а там где эта тропинка ныряла в особо густые заросли, была сломана молодая зелёная ветка.
– Туда! – крикнул Стефан, и на сей раз не пустил сестру вперёд.
Мысли парня лихорадочно прыгали, заставляя его метаться от одних намерений к другим. Самым разумным казалось, немедленно бежать в посёлок и звать на помощь, но это означало потерять массу драгоценного времени. Правда если Руфуса унёс дикий зверь или монстр, то он возможно уже мёртв… Против этого говорило отсутствие крови на найденной тряпке и на тропинке, по которой они сейчас бежали. С другой стороны ни у него, ни у Ларни не было с собой никакого оружия, если не считать небольшого,
