Читаем без скачивания Порочная невеста - Вероника Крымова

В ту ночь я стала свидетельницей настоящего кошмара, Ирвин жестоко мучил незнакомую девушку, проделывая с ней жуткие вещи. Не хочу смотреть на это второй раз! Я всхлипнула вместе с жертвой, кусая губы до крови, в надежде, что боль заставит сбросить чары сновидений. Просыпайся, Фабиана, скорее, прерви кошмар!

Незнакомка склонила голову… Какая юная, еще почти ребенок! Неожиданно красные воспаленные глаза посмотрели прямо на меня, заставляя волну ледяных мурашек скользнуть по спине. Судорога страха, подобно разряду молнии, пробежала по телу, когда несчастная заговорила:

– Он уже рядом!

Я проснулась в холодном поту, руки все еще дрожали. В камине давно погас огонь, тяжелая портьера надежно закрывала окно, не давая лунному свету проникнуть в спальню. Подслеповато щурилась в полумраке, пытаясь нащупать свечу на прикроватном столике, когда рядом с кроватью послышались тяжелые шаги.

– Нэнси, это ты? – спросила я. Скрюченные пальцы с силой вцепились в огниво.

– Твоя милая компаньонка любезно покинула нас!

Сердце совершило в груди бешеный скачок, непослушные руки наконец смогли выбить искру, и вспыхнувшее пламя осветило темную фигуру Ирвина Талбота.

Глава 2

Кровь пульсировала по венам, разнося по телу животный страх. Я соскользнула с кровати и кинулась к дверям, едва касаясь босыми ногами холодного паркета. Но попытка побега была жестко пресечена, сильная рука Ирвина схватила меня, жадно прижимая к своему телу. Спиной я чувствовала его живот, ледяная пряжка от брюк, словно раскаленное клеймо, жгла кожу сквозь тонкую ткань ночной рубашки. Теплая ладонь, пахнущая табаком с мятой, взметнулась вверх, на несколько секунд задержалась на вздымающейся от волнения груди, и зажала рот.

– Думаю, это лишняя предосторожность, ты же и так не собиралась кричать, верно, крошка?

– Вы не посмеете, – прошептала я.

– Уже посмел! – Лорд Талбот приглушенно рассмеялся и увлек меня на постель; под грузом тяжелого тела я стала задыхаться.

– Если я позову на помощь, сюда сбежится весь дом, – еле слышно просипела я. Дыхание сбилось, и пришлось жадно хватать ртом воздух, пока Ирвин не ослабил хватку.

– Ну так кричи. – Я ощутила грубое прикосновение губ ко рту, язык требовательно скользнул внутрь и коснулся моего. Столь интимное прикосновение позволено лишь супругу, а этот мерзавец перешел все известные границы.

Я билась, словно канарейка, пойманная в силки, пытаясь вырваться, а мужчина тем временем переключил свое внимание на рубашку. Его пальцы резко рванули тонкую ткань, так что россыпь маленьких перламутровых пуговиц коротким дождем осыпалась на пол с тихим шорохом.

В голове промелькнула дикая мысль: Ирвин хочет, чтобы его застали в моей спальне. Но почему?

Ужас от надвигающегося насилия разжег огонь в крови, адреналин ударил в голову, и я со всей силы вцепилась зубами в щеку милорда. Солоноватая влага разлилась во рту, принеся толику злорадного удовлетворения. Ирвин зарычал и отстранился.

– Решили скомпрометировать, чтобы добиться согласия на брак? – прошипела я; до конца не верилось, что он может пойти на такую подлость.

– Умная девочка. И страстная. Радует, что не ошибся в тебе, не люблю, когда женщина лежит как бревно, сопротивляйся и вопи, пока я буду терзать твое лоно.

– Какой же ты урод! – Я выгнулась, когда Ирвин вновь прильнул ко мне, его пальцы вцепились в бедро, принося легкую волну боли.

– У нас не так много времени, мы должны успеть оросить простыни девственной кровью. – Жестокий и циничный голос эхом отозвался в ушах.

Водоворот забвения стал затягивать сознание, услужливо предоставляя тело в полное распоряжение насильника. Мои ногти безуспешно впивались ему в спину, оставляя на коже глубокие царапины. Еще немного, и все будет кончено, я навсегда останусь во власти этого чудовища. Но вдруг туман в голове неожиданно рассеялся, колючие ледяные иголки впились в глаза, так что я, забыв обо всем на свете, неистово закричала, не только от страха перед изнасилованием, но и от невыносимой боли. Капля крови скользнула из века и прокатилась по щеке, оставляя за собой багровый след.

– Что за черт? – Ирвин отвлекся, его брови нахмурились, на лице явно читалось недоумение.

– Та малышка, последняя твоя жертва, ее звали Лорета?

На лице лорда Талбота промелькнул испуг, он отпрянул, как от пощечины, но тут же взял себя в руки и больно стиснул мои плечи, заставляя смотреть ему прямо в лицо.

– Откуда ты знаешь? – выдохнул он, огонь от свечи отразился огненным отблеском в его темных глазах.

– Она сама сказала мне, только что. – Мой голос звучал отстраненно и безучастно, почти равнодушно.

– Как? Она же… – в полном замешательстве пробормотал Ирвин и тут же прикусил язык, поняв, что может сболтнуть лишнего.

– Мертва? – прошептала я, переполняемая ненавистью. – О да, но власти никогда не найдут ее тела, правда? Ты очень осторожен.

– Кто тебе сказал? – Страх полностью овладел неудачливым насильником, его буквально трясло.

– Лорета. Она стоит прямо позади тебя.

Эффект от моих слов был поразительный. Лорд Талбот вскочил и стал бешено озираться по сторонам.

– Ты видишь духов?

Ответить я не успела, в коридоре послышались громкие звуки. Дверь распахнулась, и в спальню ворвался яркий свет от зажженного канделябра.

На нас смотрело с десяток любопытных лиц. То и дело раздавались притворно возмущенные вздохи. Особенно отличилась хозяйка дома, леди Петчер. Женщина клеймила меня позором и периодически норовила упасть в показательный обморок. Ну надо же, под сводами ее святого дома я посмела заниматься развратом, соблазнила уважаемого лорда. Как и следовало ожидать, спектакль актеры отыграли талантливо, подняв на ноги весь особняк, гостей, их слуг и, возможно, соседей.

Неестественно бледный Талбот растолкал бесстыдно толпившихся в комнате людей и выскочил наружу. Его план, конечно, блестяще сработал, грязное дело сделано и моя репутация опорочена. Никто больше не захочет взять в жены распутницу. Это клеймо на всю жизнь. Остается лишь один выход – выйти замуж за Ирвина. Но лучше смерть, чем такой супруг.

Едва дождавшись рассвета, я покинула роковое поместье, неосмотрительное посещение которого перечеркнуло мою судьбу черной траурной линией. Ирвин Талбот уехал еще раньше, я слышала, как слуги ворчали, что их заставили в ночных потемках готовить лошадей для милорда. Все это откровенно походило на побег. Конечно, задуманное прошло не совсем так, как хотел этот мерзавец. Он не ожидал, что я окажусь в курсе его постыдных тайн.

Последующие дни прошли для меня как в страшном сне, я почти не ела, все время проводила в своей комнате и старалась избегать встречи со своим братом. Сложившаяся ситуация больно ударила по положению Кайла, и он справедливо боялся, что его помолвка с дочерью барона Сагари расстроится. А ведь братишка так любил свою хрупкую прекрасную невесту, ему стоило немалых трудов добиться разрешения на брак у ее отца.

– Прости меня! – Спустя несколько дней я спустилась наконец вниз. За столом сидел мой брат и читал свежую утреннюю газету. Увидев меня, он тут же отложил ее в сторону.

– Фабиана, милая, ты не виновата, – вздохнул Кайл и приказал слугам поставить еще один прибор для завтрака.

– Я не должна была ехать.

– Но ты же не знала, что этот подлец пойдет на столь низкий поступок, чтобы получить тебя в жены. Я должен был это предвидеть, видя, какие взгляды он бросает на тебя. Мужчина, терзаемый таким сильным влечением, способен на все.

– Я не могу стать его женой! – На глазах вновь выступили слезы, хотя я была уверена, что за прошедшую неделю полностью выплакала их. Пришлось рассказать про свои страшные видения, связанные с Ирвином.

– Лорд Талбот до сих пор никак не проявил себя. Я ожидал, что он явится с визитом прямо на следующий день, и гадал, почему он медлит.

Брат с силой бросил вилку на стол, так что фарфоровая тарелка со звоном раскололась на три части, но он не обратил на это внимания.

– Ирвин больше не желает меня! – Волна облегчения разлилась в груди, тяжелый камень, сдавливающий сердце, треснул, позволив мне, наконец, легко вздохнуть.

– Боже, ты понимаешь, что это значит? – На лице и шее Кайла выступили красные пятна, а лоб покрылся испариной.

– Моя репутация не восстановится, – грустно покачала я головой.

– Да плевать на репутацию! Ты поступила необдуманно, поведав Талботу о видении. Если ты сейчас дашь против него показания, он заявит, что это месть обиженной женщины за то, что он не захотел жениться. Фактически доказательств его преступления у нас нет.

– Пусть так! – выкрикнула я. – Я буду молчать, уеду в Эрвиль к тете Магдалене, проведу там пару сезонов, глядишь, все немного уляжется, и я вновь смогу выходить в свет.

Я сама не верила в то, что говорила. Ни одна уважающая себя семья больше не примет меня в своем доме, об этом можно даже не мечтать.