Читаем без скачивания Золотой круг - Надежда Храмушина

седьмом году ему исполнилось пятьдесят семь лет. Он был ровесником века. В бригаде его уважали, слово его было веским, даже ведущие инженеры нередко прислушивались к его советам. Обстоятельный он был мужик, серьёзный. И поэтому, когда в конце очередной смены раздался радостный крик Митьки Заревина, и вся бригада сгрудились возле золотого круга, проступившего из породы, он воздержался от победного рёва своих товарищей. Выступивший круг был диаметром почти метр. Тонкий слой золотых окатышей отсвечивал от их шахтёрских лампочек, словно настоящее солнце в день затмения. Шахтёры щупали золотую жилу, некоторые пытались отколупать крупинки золота, радостно взвешивая их на своих ладонях. А Пётр Васильевич тихо сказал: «Не к добру это. Не надо трогать это золото. Про́клятое оно». Никто его даже слушать не стал. Забегая вперёд, скажу, что все, кто прикасался к этому золоту, умерли в течение одного года. Все семь человек. В бригаде у Петра Васильевича было девять человек, не считая его самого. Вот и считай, из бригады только трое в живых осталось. Когда после смены Пётр Васильевич об этом золотом круге доложил начальству, то сразу предупредил, что не похоже это на жилу, нет там дальше золота. И повторил то, что сказал недавно бригаде, что не надо касаться золота, не для людей оно. На что ему было отвечено, что золото никогда лишним не бывает. И премию даже можно получить, если жила хорошая. И со следующего дня уже начали работать на жиле. Вернее этот круг размолотили, а за ним ничего. Пустая порода. Прав он оказался, нет дальше жилы. А потом началось. Шахта стала обваливаться, крошилось всё — свод, стены, падали подпорки, со всех сторон хлынули потоки воды. Процесс было уже не остановить. Погибло из бригады Петра Васильевича двое шахтёров, а в общей сложности погибли на шахте в этот период десять человек. Петра Васильевича перевели на «Южную», он ещё года три работал, потом на пенсию его отправили. В семьдесят шестом году его не стало. Сын его, Юрий Петрович, разбирая после смерти Петра Васильевича его архив, а тот всю жизнь собирал вырезки из газет, в которых упоминалась их гора Благодать, нашёл тетрадь, а там была записана такая невероятная история, что Юрий Петрович задумался и отложил её подальше, чтобы поразмышлять над ней, когда время выдастся. Ну, и как обычно бывает, дела, хлопоты, и руки до тетрадки у него всё никак не доходили. И забылась бы эта тетрадка, затерялась с годами, если бы не удивительный случай, который произошёл с внуком Юрия Петровича, Геннадием. Сам Юрий Петрович пошёл по стопам своего отца, работал шахтёром всю свою жизнь, ему в этом году исполнилось восемьдесят два года. Сын у него проработал водителем, тоже на шахте. А его внук Гена, окончил Горный институт три года назад. Но по специальности не пошёл работать, торгует горным оборудованием. Ему двадцать четыре года, не женат, живёт в Екатеринбурге. Так вот, Геннадий приехал к деду своему в этом году в мае, у него отпуск совпал с днём рождения Юрия Петровича. Приехал с другом, Олегом, с которым вместе работает. Олег впервые оказался в Кушве, а что там показывать из достопримечательностей? Конечно карьер, оставшийся от горы Благодать. Вот и повёл его Гена на своё любимое место, где они с пацанами любили лазить. Зрелище там великолепное, ступенчатый карьер, размеры очень впечатляют, плюс природа наша Уральская. Суровая красота. Мужская такая, настоящая. Вот и лазили они там целый день, до самого глубокого вечера, пока не умаялись, и не сделали привал. Выбрали место повыше, чтобы всю округу видеть, достали свои бутерброды и сидят, ужинают, любуются красотами. Решили дождаться заката, в городе ведь его не увидишь, кругом дома. И вот, когда солнце почти уже село, на одной из полок карьера, на стене, что-то так ярко блеснуло, что они оба это заметили. Блеснуло, и почти сразу погасло. Это их заинтересовало, и они быстро спустились, чтобы на это смотреть. Ну как быстро, карьер большой, пока они спускались, уже и темнеть начало. Место они это нашли, посветили фонариками, и увидели, что в плотной породе зёрнышки золотые блестят. Они пригляделись, а зёрнышки эти в углублении небольшом располагаются, и это углубление представляет собой ровную окружность. Если и располагалось когда-то золото по всей окружности, то теперь остались всего несколько зёрнышек, видимо, их не заметил тот, кто остальное золото взял. Олег выковырял зёрнышки из этой бороздки, всего там было шесть зёрнышек, каждое до пяти миллиметров, не меньше. Да только споткнулся, и выпали они у него из рук, когда он хотел дать Геннадию их разглядеть. Зёрнышки скатились по склону, и пропали. Они так и не смогли их найти, так как сверху немного мелкого щебня сползло, когда они зёрнышки искали. Конечно, расстроились. Пошли домой, всю дорогу это только и обсуждали. Все дома уже спали, они тоже легли. А утром Геннадий деду рассказал про золотой круг. Дед посмотрел на него, полез в комод, достал из самого нижнего ящика тетрадь и протянул ему. Говорит, чтобы прочитали про этот золотой круг. Он и сам это читал, и знает, что это не хорошее место, где такой вот круг проявляется. Геннадий тетрадку в свою сумку закинул, пошли они со своим другом купаться. Вечером домой засобирались. Дед опять ему про тетрадку напомнил, сказал, чтобы обязательно они вместе с товарищем её прочитали. Геннадий кивнул, и они с Олегом уехали в город. Прошло пару месяцев, и друг Геннадия неожиданно заболел. Так кашлять начал, что из него кровяные сгустки выходить начали. Лёг в больницу, там его обследовали, и удивились, что молодой человек не курит, ведёт здоровый образ жизни, а лёгкие у него, как у старика с пятидесятилетним стажем курильщика. Вот тогда Геннадий и вспомнил про эту тетрадь. Сам прочитал, и мне принёс. Вчера принёс. Посидели мы с ним, поговорили. И решили, что в ближайшие выходные поедем с ним в Кушву, к его деду, и Гена нам покажет, где этот круг золотой проявился. Ты ведь тоже со мной поедешь?

— Я тоже с вами! — Воскликнул Дениска.

— Поеду. — Согласилась я — Интересно посмотреть. Так что же в этой тетрадке?

— Сейчас. — Сакатов торжественно показал нам новую тетрадь с заголовком «Золотой круг», и сказал — Я переписал текст из старой тетрадки в свою, немного подправил стилистику, заменил некоторые фразы на более приемлемые. А сделал это я потому, что решил создать свой персональный сайт и все эти истории публиковать