А. В. Суворов разбил ряд польских военачальников под Кобрином и Брестом. Тем временем другой русский генерал, Иван Ферзен, разгромил и взял в плен Костюшко. (После смерти Екатерины II император Павел I освободит его из плена под честное слово, что он не будет сражаться против России, Т. Костюшко слово сдержит.)
Битва под Крутицами 17 сентября 1794 годаВ октябре 1794 г. суворовские войска стремительно подошли к Варшаве и предложили ей почетную капитуляцию. Город обороняли 20 тысяч человек под командованием генерала Зайончека.
А. В. Суворов имел 22 тысячи солдат, но его совершенно не смутила незначительность перевеса наступающей стороны. 24 октября (4 ноября по новому стилю) он штурмом взял варшавское предместье на правом берегу Вислы — Прагу.
Памятник на Крупчщком поле, 1950 год Мемориальная доска в честь победы А. В. Суворова Кароль Сераковский Сражение за Прагу было очень упорным и кровопролитным, русские солдаты, помня о резне своих товарищей полгода назад, пленных не брали.
Потеряв убитыми половину личного состава, польские войска капитулировали. В плен попали 11 тысяч солдат и 18 генералов.
26 октября (6 ноября) суворовские солдаты вошли в поверженную столицу. Царские идеологи позже скажут, что это был реванш России за сожжение Москвы в 1611 году. Однако Суворов не только не стал сжигать Варшаву, но и фактически спас город от пожара, вызванного артиллерийским обстрелом Праги. Чтобы не допустить распространения пожара на другой берег Вислы, где находилась Варшава, Суворов приказал разрушить деревянный мост через реку и сбить пламя. (Позже, за то что Суворов пощадил польскую столицу, ему была поднесена от благодарных горожан золотая табакерка.)
Всех сдавшихся в плен Суворов отпустил под честное слово. Польским раненым была оказана медицинская помощь. В войсках победителей не было мародерства и покушений на жизнь и собственность мирных обывателей.
Сообщение о взятии Варшавы Суворов отправил Екатерине II в характерной для него лаконичной форме. Оно состояло из трех слов: «Ура! Варшава наша!»
Императрица ответила ему двумя словами: «Ура, фельдмаршал!» Долгожданный жезл фельдмаршала Суворов получил именно за польскую кампанию 1794 года.
Суворовские солдаты получили за эту кампанию серебряную медаль «За труды и храбрость при взятии Праги». Офицеры — участники штурма, получили золотой крест с надписью «За труды и храбрость». В той кампании отличились многие будущие полководцы 1812 года, в том числе П. И. Багратион, М. Б. Барклай-де-Толли, П. П. Коновницын, А. П. Ермолов, Н. А. Тучков, Л. Л. Бенигсен и многие другие.
В октябре 1795 года Речь Посполитая была разделена в третий раз и исчезла как государство. Большая часть восточного славянства (кроме жителей Галиции, прежней Галицкой Руси, отошедшей к Австрии) вошла в состав Российской империи.
Польша после III раздела в 1795 году Историк В. О. Ключевский так прокомментировал создавшуюся ситуацию: Россия не присоединила ни одной квадратной версты коренной польской территории. Но великая славянская держава не имела нравственного права пополнять и без того обширное славянское кладбище еще одной свежей могилой {Ключевский В. О. Сочинения. В 9 т. М, 1989. Т. 5. С. 55).
Когда Речь Посполитая прекратила существование, польские деятели предложили Екатерине II принять титул королевы Польши, на что российская императрица ответила: «При разделе я не получила ни пяди польской земли. Я получила то, что сами поляки не переставали называть Русью… Не получив ни пяди польской земли, я не могу принять и титул королевы польской».
В Петербурге по этому случаю была отчеканена медаль с надписью: «Отторгнутая ненавистью, возвращенная любовью». По-церковнославянски политика Екатерины II звучала так: «Отторженные возвратих!»
Карта белорусских и литовских губерний27 МАРТА 1793 г.
МАНИФЕСТ ГЕНЕРАЛ-АНШЕФА М. Н. КРЕЧЕТНИКОВА О ПРИСОЕДИНЕНИИ ЗЕМЕЛЬ К РОССИИ ПО ВТОРОМУ РАЗДЕЛУ ПОЛЬШИ
Е. и. в. всемилостивейшей государыни моей от армии генерал-аншеф, сенатор, тульский, калужский и новоприсоединенных областей от Речи Посполитой Польской к империи Российской генерал-губернатор, начальствующий над всеми войсками, тамо находящимися и расположенными в 3 малороссийских губерниях, отправляющий должность генерал-губернатора сих губерний, воинский инспектор и кавалер орденов св. Андрея Первозванного, св. Александра Невского и св. равноапостольного кн. Владимира 1-й степени, польских Белого Орла и св. Станислава и великокняжеского Голстинского св. Анны, я, Михаил Кречетников, объявляю сие по высочайшей воле и повелению моей всемилостивейшей государыни е. и. в. всероссийской всем вообще жителям и каждому особенно всякого чина и звания присоединенных ныне от Речи Посполитой Польской на вечные времена к империи Российской мест и земель.
Участие е. в. императрицы всероссийской, приемлемое в делах польских, основывалось всегда на ближайших, коренных и взаимных пользах обоих государств. Что не только тщетны были, но и обратились в бесплодную тягость и в такое же понесение бесчисленных убытков все ее старания о сохранении в сей соседней ей области покоя, тишины и вольности, то неоспоримо и ощутительно доказывается 30-летнею испытанностью. Между неустройствами и насилиями, произошедшими из раздоров и несогласий, непрестанно республику Польскую терзающих, с особливым соболезнованием е. и. в. всегда взирала на те притеснения, которым земли и грады, к Российской империи прилеглые, некогда сущим ее достоянием бывшие и единоплеменниками ее населенные, созданные и православною христианскою верою просвещенные и по сие время оную исповедующие, подвержены были.
Ныне же некоторые недостойные поляки, враги отечества своего, не стыдятся возбуждать правление безбожных бунтовщиков в королевстве французском и просить их пособий, дабы обще с ними вовлещи Польшу в кровавое междоусобие. Тем вящая от наглости их предстоит опасность как спасительной христианской веры, так и самому благоденствию обитателей помянутых земель от введения нового пагубного учения, стремящегося к расторжению всех связей гражданских и политических, совесть, безопасность и собственность каждого обеспечивающих, что помянутые враги и ненавистники общего покоя, подражая безбожному, неистовому и развращенному скопищу бунтовщиков французских, стараются рассеять и распространить оное по всей Польше и тем самым навеки истребить как собственное ее, так и соседей ее спокойствие.
По сим уважениям е. и. в. всемилостивейшая моя государыня как в удовлетворение в замену многих своих убытков, так и в предохранение польз и безопасности империи Российской, а равно и самих областей польских и в отвращение и пресечение единожды навсегда всяких превратностей и частных разнообразных перемен правления соизволяет ныне брать под державу свою и присоединить на вечные времена к империи своей все замыкающиеся в нижеописанной черте земли и жителей их, а именно: начиная черту сию от селения Друи, лежащего на левом берегу Двины при угле границы Семигалии, оттуда простираясь на Нарочь и Дуброву и следуя по частному рубежу воеводства Виленского на Столбцы, проводя на Несвиж, потом на Пинск и оттоль проходя через Кунев между Вышгорода и Новогроблы близ границы Галиции, с коею смыкаясь, простирается по оной р. Днестра, наконец спускаясь всегда по течению сей реки, примыкает к Егорлыку, пункту прежней границы в той стране между Россией) и Польшею таким образом, что все земли, города и округи, объемлемые вышеписанною чертою новой границы между Россиею и Польшею, отныне навсегда имеют состоять под скипетром Российской империи; жители же оных земель и владельцы, какого бы рода и звания ни были, в подданстве оного.
Чего ради и имею я как учрежденный над оными от е. в. генерал-губернатор точное высочайшее повеление торжественно обнадежить прежде всего собственным ее священным именем и словом (как то сим торжественным манифестом для всеобщего сведения и удостоверения действительно и исполняю) всех е. в. новых подданных, а мне любезных теперь сограждан, что всемилостивейшая государыня изволит не токмо всех их подтверждать при совершенной и ничем не ограниченной свободе в публичном отправлении их веры, также и при законном каждого владении и имуществе, но и совершенно их под державою своею усыновляя и приобщая ко славе и благоденствию Российской империи по примеру верноподданных ее жителей белорусских, живущих в полном спокойствии и изобилии под мудрым и кротким ее царствованием, всех и каждого награждать еще отныне в полной мере и без всякого изъятия всеми теми правами, вольностями и преимуществами, каковыми древние подданные ее пользуются, так что каждое состояние из жителей присоединенных земель вступает с самого сего дня во все оному свойственные выгоды по всему пространству империи Российской, ожидая и требуя е. в. взаимно от признания и благодарности новых своих подданных, что они, будучи милостию ее поставляемы в равное с россиянами благоденствие, потщатся со своей стороны соделать себя и имени сего достойными истинною к новому ныне, но прежде давнему их отечеству любовию и непоколебимою впредь верностию к столь сильной и великодушной государыне.
