Читаем без скачивания Сдайся мне (СИ) - Росс Софи

А потом… Да неважно, что было потом.

— Давайте, девочки, порадуйте мужской глаз. Снимайте лифчики. А ты, конфетка, и полотенце, и верх, — долбаный Гоша никак не уймется.

У него под рукой брюнетка с приличными буферами, а он на Динь засматривается. Слюна едва не капает.

— Поддерживаю, Гошан, — Дюжев тянется своими сардельками к веревочкам на купальнике рыжули. — Всегда приятно посмотреть на упругие молодые сиськи.

Девчонки хихикают и вообще без каких-либо раздумий избавляются от верхних частей своих купальников, а одна из них снимает и трусики, демонстрируя себя во всей красе незнакомым мужикам.

Отрабатывает полученные бабки по полной, на чаевые, наверное, еще рассчитывает.

Трясущийся комок нервов, сидящий рядом со мной, смотрит на всю эту содомию, приоткрывая рот. У Динь зрачки размером с блюдца и трясутся руки. Пальцами малышка вцепляется в полотенце, как в спасательный круг, и опять пытается увеличить расстояние между нами.

— Не умеешь ты баб объезжать, Мир, — Дюжев сокращает мое имя. — Щас я тебе покажу, как надо.

Он скидывает рыжулю со своих колен и, пошатываясь, встает сам. Боров нацелился точно на Динь.

— Иди сюда, — говорю скорее в пустоту и перетаскиваю запуганную девчонку себе на бедра. — Положи руки мне на плечи.

Я приказываю ей, поймав бегающий, охваченный страхом взгляд. Особо не жду, понимая, что с такими окаменевшими мышцами Диана вообще вряд ли способна двигаться сама. Подталкиваю обвить себя за шею маленькими ладошками и срываю полотенце с ее тела.

Это, блядь, не купальник, а порнография какая-то. Реально веревочки одни. Лифчик без пуш-апа, только тонкие, ажурные по краям треугольники.

Ткани, что ли, пожалели?

Они настолько узкие, что едва прикрывают бледные ареолы сосков.

От трусиков тоже одно название.

Особо не раздумывая, я дергаю завязки у Динь на спине и срываю с нее это подобие лифчика. Бросаю этим клочком в Дюжева, чтобы тот успокоился.

Диана порывается возмутиться и завизжать, но я четко даю ей понять, что все это сейчас лучше засунуть подальше. Прижимаю ее к своей груди, надавив ладонью между лопаток, и пытаюсь думать о дохлых голубях, потому что у меня откликается.

Очень твердо откликается то, как ее маленькие съежившиеся розовые соски трутся о мою кожу.

— Во, это по-нашему, — одобряет все мои действия Дюжев. — А теперь нам покажи.

— Не люблю делиться, Борис Михалыч. Я парилку займу минут на двадцать? Сами понимаете… — ухмыляюсь, сжимая как бы в подтверждение упругую попку Динь.

— Развлекайся, — он понимающе кивает. — А мы с Иркой в бассейн завалимся.

— Но я Инна, — рыжуля, как по команде, подает голос.

— Главное, что у тебя рот рабочий. Пошли давай, кис, протестирую.

Диану от этого разговора начинает трясти сильнее. Да и я к тому же руки забыл убрать с ее задницы, а пальцы у меня сейчас живут какой-то своей жизнью.

— Держись, фея, — обжигаю ее ушко своим дыханием и поднимаюсь на ноги, продолжив придерживать ее под попу.

Разговор нам предстоит серьезный.

Глава 2

Ощущение, что я не в парилку попал, а, как минимум, спустился в преисподнюю. Хотя не уверен, что в аду настолько жарко.

Динь я опускаю на верхнюю лавочку. Она тут же отползает подальше от меня и прикрывается руками. Растрепанные волосы лезут ей на лицо, Диана пытается сдуть их, но мокрые пряди будто намертво прилипли к коже.

А руки ей использовать нельзя — есть риск засветить грудь.

Как бы странно это ни звучало при семидесяти градусах в воздухе, мне надо остыть. Я упираюсь в стену кулаками и склоняю голову, дышу через раз, чтобы мгновенно не наброситься на Динь-Динь с вопросами, ответы на которые я готов силой из нее вытряхивать.

— Почему ты здесь? — выдавливаю из себя спустя пару минут. Все еще не двигаюсь, потому что риск сорваться слишком велик.

— Ты ведь сам меня сюда принес… — звучит нереально тихо и неуверенно.

— Не прикидывайся дурой, зефирка. Как так вышло, что мы вызвали проституток, а явилась ты?

— Не только я, — в этот раз даже не приходится напрягать слух. — И это не проституция…

— Да что ты говоришь? — поворачиваюсь лицом к ней, едва себя сдерживая. — Ну уж просвети меня, как это называется, когда молодые девки приезжают в сауну к незнакомым мужикам.

— Тебя я знаю.

— Диана, — рычу, мигов рванув к ней.

Запираю фею в своих руках, поставив ладони на лавку по обе стороны от ее бедер, подаюсь вперед. Моя грудь прижимается к ее острым коленкам. Динь старается разорвать этот контакткожа-к-коже, но между нами слишком мало расстояния, чтобы она могла как-то иначе повернуть ноги.

Так и ерзает передо мной от безысходности, кусая свою нижнюю губу настолько сильно, что она становится ярко-красной от прилива крови.

— Если ты рассчитываешь съехать с темы и замять все это — сильно заблуждаешься. Сестра знает, чем ты по ночам занимаешься?

— Не впутывай сюда Агату. Я сама могу решать, что мне делать. Восемнадцать мне уже исполнилось, — задирает свой подбородок воинственно и наконец-то перестает избегать моего взгляда.

Восемнадцать исполнилось, это я знаю. Вроде бы Диане сейчас даже на год больше. Девятнадцать лет, ума нет вообще.

— Исполнилось, говоришь? Ну тогда давай подумаем, Динь-Динь, как деньги отрабатывать будешь. Минет, анал? Или ты только по классике работаешь? Ценник свой озвучь, я накину, если что. И чаевые щедрые оставлю. Разумеется, мне все должно понравиться.

Я нарочно нагоняю страха на Диану, скользнув пальцами по ее бедру к боковым завязкам на этих греховных трусиках.

Хочу преподать девочке небольшой урок, пусть испугается как следует, чтобы впредь думала и просчитывала варианты того, что с ее хрупким маленьким телом может сделать компания голодных до баб мужиков.

Не окажись меня сегодня здесь, ее бы запросто могли пустить по кругу, а после выкинуть в какую-нибудь канаву, голую и оттраханную во все дыры. Была малышка и не открыла глаза следующим утром.

— Н-н-не трог-гай меня… — у Дианы стучат зубы и еще сильнее расширяются зрачки, когда я все же поддеваю розовый шнурок и тяну его на себя.

Аккуратный бантик, завязанный женскими пальчиками, слабеет. Ткань начинает ползти вниз, и Динь приходится отнять одну руку от груди, чтобы успеть перехватить этот несчастный клочок, пока не стало слишком поздно.

— Не трогать? С какой это стати? Знаешь, девочек обычно для этого и вызывают. Чтобы трогать. И трахать, куда клиент захочет. А я сегодня вроде как твой клиент. Ручки убери, кроха, рассмотрю хоть товар со всех сторон.

— Не надо…

— Решила разозлить клиента? Чревато последствиями, которые тебе совсем не понравятся.

— Выпусти меня, пожалуйста. Я хочу домой, — ее глаза теперь блестят от слез, в уголках совсем мокро.

— Выпустить? Куда? К трем мужикам, которые ждут тебя за дверью? Вряд ли они будут такими же терпеливыми, как я. Но вообще-то и мое терпение уже подходит к концу.

Я дергаю Диану за бедра, поддерживаю под попку, быстро разворачиваясь и опускаясь на нижнюю лавку. Ее устраиваю сверху на себе, крепко удерживаю, чтобы у феи не было возможности вывернуться.

Но она все равно пытается.

Стучит сжатым кулачком по моему плечу, второй рукой продолжая неумело прикрывать грудь, ерзает, делая ситуацию еще хуже.

Когда на тебе извивается полуголая девочка, держать член в руках крайне сложно. Особенно если ситуация располагает — мы здесь вдвоем, и я точно знаю, что мне никто не помешает завалить эту красотку на спину.

Дыхательная гимнастика сейчас пригодилась бы. Но, увы, справляться приходится своими силами.

— Я буду кричать, — заявляет мне этот ангелочек, когда я тянусь к завязкам с другой стороны.

Так, просто для симметрии. Все равно эти трусишки ничего не прикрывают, а здесь такое пекло. Расплавятся еще на ней, опасно это.

— Кричи, если думаешь, что тебе это поможет. Надеешься на рыцаря, который прибежит спасать маленькую принцессу?